Апокалипсис (СИ)

Правда. Суровая, жёсткая, правда. Без лишних политесов, лирики, и формальности. Сурово, коротко, по простому, по мужски. Не ту речь, что привыкли слышать высокородные, но ту, что понятна и юнцу, когда капрал говорит полку: «мы в жопе!» И больше в принципе ничего и не надо.
— Мы в жопе господа. — так и начал я свою речь, заставив некоторых из здесь присутствующих, скривится как от кислого лимона.
Да, правда она такая. Хотя некоторые, похоже, больше задаются не вопросами «как так!?» или «ты чего несешь!?», а «в чей конкретно?». Особенно это ярко выражено на лицах вон той пары амазонок-лесбиянок, уже начавших перемигиваться.
— Мы проигрываем войну, какие бы победы не приносили наши войны в битвах. — вздохнув продолжил я — Вторженецы гонят нас по всем франтам, а мы только и можем, что сверкать пятками, или петь похоронки. Небо — потеряно. — кто-то там дернулся, но вздохнув, сел обратно — Полностью и безвозвратно. Враг полностью доминирует в небесах и заставляет нас прятаться на земле как крыс.
А вот тут уже скривился и я сам, вспоминая свою повторную вылазку за «жизнью», на этот раз в локацию «город», где я отлично провел время! И бегал по подвалам, скрываясь от танков и авиации, боясь наружу даже носа показать. Такой себе был денек.
— Море — потеряно. — и тут уже дернулось сразу несколько человек. — Да, я знаю, что вы недавно потопили целый флот железных кораблей — улыбнулся я им — Но толку? Мы и шагу ступить не можем за приделы суши, чтоб на что-нибудь, на кого-нибудь, да не нарваться! Или не быть зараженными-съеденными грибом. Воды мирового океана мертвы! И с каждым днем становятся все более гибельным местом чем когда либо! Это даже зеленые стали понимать.
Ведь умирающий гриб, и остатки плоти тех, что он съел, стали стремительно разлагаться, отравляя все вокруг. Отравляя сушу, берега, и устья рек. Отравляя небо, отравляя землю, и воду, даже в сотнях и тысячах километрах от океана. Но все это мелочи, в сравнении с тем, что творится в его центре. Где даже если опустить возможность нарваться на еще живой, и озверевший от голода гриб, что потащит даже полностью немагический кораблик на дно из-за одного магического медальона — дышать там нынче просто нечем. И ни помогут даже лучшие противогазы пришельцев! Только замкнутый цикл.
— Даже на суше мы становимся изгоями на своей земле. — печально закончил я, обведя всех присутствующих в зале.
Присутствующих, и подавленных, взявших немую паузу, на переваривание услышанного.
— Что ты предлагаешь?! — донеслось откуда-то с самого дальнего конца стола.
— Предлагаю? — я улыбнулся. — Что там с пленными?
— Жопа с пленными. — выразился моим языком наш «комнатный» плачь, который очень плотно занимается этим вопросом — После магической обработке вторженцы долго не живут — дохнут, что уже и на магии долго не протянут. Так что этот метод почти пустышка, и ничего толком выкачать из их мозга не удается. По старинке, в «ручную» ХЕ! — он усмехнулся и даже подпрыгнул от возмущения — Восемнадцать языков! Абсолютно незнакомых и непонятных нам.
— Уже восемнадцать… — вздохнул тихонько я.
— Фактически тот же тупик. — продолжил заплечных дел мастер — Вся надежда на переводчиков с той стороны, но их у нас в исправных только пятеро, и один работает исключительно под пытками. Не то что бы это было сильно большая проблема, но все же. Лечить то ведь его нашими методами не выходит! А он тот еще озорник… Кхм, плоды этого труда вам всем известны.
Я кивнул, и улыбнулся. Девять порталов за три месяца! Столько мы сравняли с землей, добравшись до вожделенных сведений. Думали что вот он, шанс! Но нифига. Отныне простые солдаты и офицеры не знают, где они находятся, а все старые были перевезены по новым точкам. Так что без обширной наблюдательной сети, которой мы не обладаем, искать их теперь можно вечно.
Людей у нас мало, везде не расставить. Передатчики и следилки требуют ретрансляторов, что заметны и большинство из них уже уничтожены. Небо закрыто, и взлететь означает в лучшем случае летать по миру с непрерывным хвостом, что хоть и не всем способен наносить урон, но гадить и мешать может каждому. Шарится пешком — планета слишком огромна и столетия не хватит, чтоб все обыскать. Искать по резонансным волнам открытия — можно, и это самый перспективный вариант, но не мы одни тут патрулируем местность. Куда не выглянь везде затык.
 
— Что там с резонаторами дальнего действия? — поинтересовался я уже у другого человека.
Парнишка, которому на вид лет десять, тут же встрепенулся. Наш гадкий и единственный глава и светила науки в части меж мировых перемещений, доживает свой век именно в таком облике. Доживает, потому что ему уже триста с хвостиком, а свою молотильную процедуру он запорол уже давно. Так что сейчас ему одного приёма «детства» хватает на пару месяцев, а больше-то ему никто не позволит воровать детей даже с крохой дара.
— Я это… есть прогресс. — замялся он и скорчил гримасу, тип сама невинность.
— Конкретней? — надавил я, игнорирую мнимое смущения.
Я с детьми работаю! И ни такого уже насмотрелся.
— Ну это… в общем, с резонаторами пока не очень. Но!.. Если нам удастся найти рабочий образец, думаю можно будет замкнуть его контр на контур другого портала… только тогда боюсь будут уничтожен как мир вторженцев, так и тот, в который мы откроем портал. — вновь замелся он а толпа загудела.
Это наш шанс! Да как мы можем!? — и так далее и ому подобное. Мнения тут же разделились на «за», «надо попробовать», и «против, мы слишком рискуем».
— Контура другого портала… — протянул задумчиво магистр сквозь шум толпы — Нам нужно притащить в одно место два портала?
— Э… — протянул он и на секунду лукаво улыбнулся — Нет. Нам нужен один из наших порталов.
Все тут же замерли, заткнулись, и выдохнули, разочаровано занимая свои места обратно. У нас не осталось ни одного рабочего портала.
— Как итог, мы практически проиграли. — вздохнул я. — Хоть нам и удалось наладить синтез производства лекарства, чтобы не боятся больше заражения. Хоть мы и прежнему сильны и за прошедшие полгода совместной работы попортили немало крови врага, мы уже практически сидим все тут с вами в гетто и изоляции. Число оставшихся порталов?
— Сто пятьдесят восемь. — доложил ответственный за перемещения.
— Общее число выживших под нашим началом?
— Сорок четыре тысячи, считая крестьян и новорождённых детей.
— Число магов? — печально вздохнул я.
— Каких именно? — печально задал вопрос один из магов, имевший когда-то звание магистр и обучивших за свой век немало одаренных, а сейчас, на старости лет, будучи уже дряхлым старцем, которому ничто не поможет, занимается подсчетом оставшихся.
— Тех, кто может хотя бы выйти за пределы купола и не умереть в течение суток.
— Пятьсот девятнадцать, считая вас, господина Хрензона, господина Фаривана, и всех здесь присутствующих. — уныло ответил он.
Я вздохнул и потонул в наступившей тишине. Пятьсот человек. Пятьсот! И это число не растет совсем, со дня присоединением к нам той сотни из-за океана. И месяц назад нас было пятьсот двадцать два! Один умудрился подорваться на противотанковой мине, потерять ноги и подхватил в итоге проклятущий вирус, не взяв с собой лекарства. Другой попал под авиаудар и его размазали вместе со щитами тактическим ядерным. Третий пропал без вести. Предположительно тоже погиб, но возможно, просто бежал и где-то там шляется. С разбитой рацией, и далеко от портала. Такое тоже уже случалось. Даже со мной.
— Предлагаю перейти к плану «периметр» — вздохнув, произнес я, привлекая к себе внимание и выводя собравшихся из тяжких дум — Отгораживаем зону своего влияния где-то в глубине континента. С порталами и городами под куполом. И начинаем сосредотачивать всю свою подрывную деятельность именно внутри этой зоны, патрулируя территории по кругу и вынуждая врага отказаться от этой местности. Войну так не выиграть — обвел я присутствующих тяжелым взглядом — Но так мы выиграем себе «место под солнцем» в новом мире, и по крайней мере — не вымрем.