Overlord: Право на жизнь. Том 1 (СИ)

 Глава 34 
— Какая твоя любимая пора года? — спросил я, глядя в окно своего дилижанса, который был запряжён троллями, ведь буря снаружи что-то разошлась не на шутку, как и дороги местами замело основательно.
— Пора года? — удивилась Лира, что была одета в тёплую меховую шубку, подаренную вождём гоблинов за спасение их поселения от какой-то там эпидемии какой-то совершенно неинтересной мне болезни.
— Да, я так и сказал. Тебя что-то удивило?
— Просто вы почти толком обо мне ничего и не знаете, даже моего возраста, а тут резко спрашиваете о таком…
— Не знаю? — я искренне удивился такому ответу. — Разве?
— Ну вот где я родилась например?
— И что же мне это о тебе скажет? Какой толк в этой информации? Куда больше о тебе говорит то, как ты цитируешь свою наставницу. Ты её уважаешь, у тебя есть выбранный тобой авторитет, несмотря на твой юный возраст ты готова не просто слушаешь других, ты черпаешь от них мудрость и каждый раз пропускаешь через себя мнение своей наставницы, — отвечал я, разглядывая причудливые узоры на стекле дилижанса, который то и дело трясся из-за того, что мы выехали с моих земель и теперь ехали по тому, что стыдно было называть дорогой. — Это говорит не только о твоей какой-никакой мудрости, но и том, что ты способна учиться, стремишься учиться, ты учишься и вероятно обладаешь высоким состраданием, ведь если ты способна обращаться к опыту наставницы, которой давно нет… ты способна также ставить себя на место других в целом. И судя по тому как ты помогаешь гоблинам и соседним деревням, как приютила абсолютно бесталанных сироток… это вроде не догадка, а факт. У тебя доброе сердце, которое таким и осталось даже после того как на твоих глазах уничтожили всё, что тебе дорого. А кто способен на это? Только тот, кто обладает сильной волей…
— Мне нравится лето, — задумавшись ответила Лира, поправляя свой шарф, чтобы плотнее закрыть шею. — Не люблю холод. Это тоже говорит обо мне что-то?
— Это говорит о тебе то, что тебе нравится солнышко и зелёные луга. Можно конечно пуститься в пляс и даже по этому накидать набросок характера, но… пусть этим занимаются гадалки. Я же предпочитаю судить по поступкам, а не развешенным ярлыкам вроде имён или никнеймов, цифр возраста или рейтингов… хотя на самом деле даже астрология имеет какой-то смысл. Ребёнок родившийся летом и увидивший в первые свои дни в этом мире солнце будет иметь совсем иные предрасположенности к характеру, чем тот кто будет корчиться в холоде, родившись ледяной зимой.
— Да, что-то в этом есть… хотя порой дети рождённый зимой получают больше тепла, чем рождённые летом.
— Поэтому даже по поступкам судить человека надо осторожно. А лучше вообще не судить… просто делать личные выводы и формировать сугубо субъективное мнение. Всех деталей никогда не узнаем.
— А какой ваш любимый цвет?
— Синий, вернее даже голубой. Как и у большинства, ведь все мы видим небо голубое, которое порой отражается на завораживающих нас лазурных морях и озёрах. Спокойный цвет, умиротворяющий. Он всегда рядом. Он становится частью многих людей, да и нелюдей.
— У меня тоже, — улыбнувшись ответила Лира.
— Сорок процентов, буквально половина людей скажет то же самое. Немного меньше людей выбирает зелёный. Знаешь почему?
— Красивые зелёные луга? Деревья, травка, свежесть…
— Да, верно, с этим ассоциируется этот цвет.
— А красный? Я думала это ваш любимый цвет.
— Потому что я вампир?
— Потому что вы довольно энергичный.
— Или скорее безрассудный и агрессивный, — ухмыльнулся я, прекрасно зная как выгляжу со стороны.
— В чём-то определенно да, — уклончиво ответила Лира.
— На свой вопрос ты уже и сама ответила. И хоть подкладка моей сегодняшней одежды алая, но этот цвет точно не мой любимый. Просто красный цвет всегда в центре внимания, а чёрный — дань строгой классике. Ведь по цветам не сужу я, но формируют своё впечатление другие.
— Увидеть должны графа вампира.
— Верно. А вот и замок… надеюсь, обойдётся без резни.
 
Сразу покидать дилижанс я не стал, подождал пока тролли снег расчистят, после ко мне вышла скромная процессия владелицы замка. Вернее даже несколько замков, особняков, уютных квартир в столице и даже одного дворца. Принадлежали все эти богатства Хильме Цигнеус, которая судя по слухам являлась членом Восьми Пальцев. Преступной организации, которая переживала не самое лучшее время.
С одной стороны их жала сама корона, стремясь вытрясти как можно больше денег из всех дворян в целом, так и в целом заставить каждого дворянина сражаться до последнего за своё королевство. Но одни переметались, другие пытались продать себя дороже… А Хильма Цигнеус судя по изученной мной информации являлась крайне опасной дамой.
Кроме того она была не последней пешкой, а буквально одним из Восьми Пальцев. Возглавляла отдел наркоторговли и контролировала каждый косяк Ре-Эстиза. При этом всём, для понимания, по законам Ре-Эстиза ей ничего не могли сделать, ведь она дворянка. А дворяне плевать хотели на закон, даже если кто-то осмеливался обратиться в суд и они вдруг забывали дать взятку… всё решалось крайне просто. Это не дворянин выращивал запрещённые растения, это крестьяне самоуправством занимаются.
Стоит ли говорить, что при всём этом сами Восемь Пальцев были крайне влиятельной организацией, а Хильма Цигнеус была одной из влиятельнейшей и богатейшей дворянкой во всём королевстве? Она делала что хотела, зачастую могла лезть даже к другим главам бандитских направлений, которые делились также на восемь отделов.
Работорговля, убийства, контрабанда, воровство, торговля наркотиками, безопасность, банковское дело и азартные игры — все восемь отделов, целое комбо. В отдел безопасности входили Шесть Рук, которые по силе если не превосходили, то были равны адамантивым авантюристам. В распоряжении их были если не сотни, то тысячи бойцов, фактически личная ЧВК из воров, наёмников, ассасинов, создателей ядов и прочего контингента. И сражаются они не как авантюристы, а устраивают засады, разбой и удары в спину.
Даже корона могла лишь на них давить, но не раздавить. Слишком влиятельная организация, которая прекрасно понимает куда катится весь мир и уже думает о том, как бы устроить переворот и лечь под победителя. И если уж я узнал так много об этой организации, то наверняка они уже знают о моей связи с Назариком. По крайней мере мои земли спокойно существуют рядом с Колдовским Королевством, что как бы уже и без всякой разведки намекает.
Так что лишних иллюзий касательно этой встречи я не питал. Хильма Цигнеус хотела поиметь меня, а я хотел поиметь её. И к сожаленью речь не о сексе.
— Господин де Ромар, мы готовы исполнить любое ваше желание. Вы устали? Хотите сходить в баню? Может быть у вас пересохло в горле? Вы не замёрзли? Может быть утомились в дороге? Мы можем развлечь вас тысячью и одним способом…
Я ещё за ворота не успел зайти, как меня встретили горничные, в том числе эльфийки. Это были рабыни из Теократии, которая славилась своим рабством и ксенофобией на весь мир. А продаваемые там эльфийки… это были лучшие рабыни, что стоили дороже моего замка. Без преувеличения Теократия поставляла лучших рабов, превращая свободных нелюдей в тех, кто искреннее будет желать того, чтобы над ними измывались.
Искренне, по-настоящему, их разум буквально ломали и потом собирали в то, что желал получить заказчик. Отсюда и цена. Ну и плюс красота, умения и прочее. В том числе обучение всем сексуальным навыкам при этом без потери девственности. Как они это делали? Я не знаю. Они знают. Но таких рабынь, что была эльфийкой, девственницей в свои пару веков жизни, всё умела и была буквально идеалом… это штучный товар для лидеров сильнейших государств. Например для императора Бахарута. Ну или для Момонги, если захочет себе экзотики для демонстрации статуса, хотя куда больше…
В общем, Хильма с самого порога демонстрировала своё богатство и пыталась меня купить. И хоть эльфиечки выглядели заманчиво, но интересовали меня более практичные моменты.