Overlord: Право на жизнь. Том 1 (СИ)

Здесь же в игре была и функция погружения в сон, который напоминал скорее… странную медитацию, ведь ощущение происходящего вокруг оставалось, хоть и затуплялось. Проще говоря, громкий шум мог вывести меня из такого сна. Погружение же происходило по одному моему желанию, что было крайне удобным. Поэтому время от времени я отдыхал таким образом.
Вскоре мы выдвинулись на поиски логова. Ничего сложного в этом не было, учитывая полученную информацию от охотника. Само племя гоблинов также не понимало всю важность конспирации, сломанные ветки, вырубленные деревья, останки животных, разброшенные повсюду. Чем ближе к цели мы были, тем больше вони било в ноздри, ведь срали гоблины там же, где и спали.
Для их убийства не требовались профессионалы, не надо было обладать какой-то высокоуровневой магией для победы и над огром. Просто нужны были деньги на наём отряда. Лучники, пики, если надо ловушки. Огр тупой, его можно заманить куда угодно и как угодно. Сами же гоблины уступают в физическом плане даже людям.
Их сила в количестве, жестокости и извращённой хитрости, но всё это разрушается при наличии командира, который хотя бы раз сталкивался с такой угрозой. С учётом распространённости гоблинов на этих землях… опытных людей было много. Просто проблема была не в этом, а исключительно в безразличности одних до проблем других, равно как и наоборот.
— Как их много… — с высоты мрачной пихты я смотрел на деревню племени. — Больше сотни, и это без учёта охотников и собирателей, что бродят вокруг. Однако… воинов уже куда меньше, намного меньше.
Спустившись с пихты, я посмотрел на Лиру, которая переместила свой рюкзак на грудь и открыла его. Внутри же рюкзака были различные склянки, начиная с её личных зелий и заканчивая склянками с маслом для ламп. Она не была сильна, ростом не вышла, совсем не коренаста, ведь она же девушка и Творец создал её не для сражений. Однако решимости ей было не занимать, а победа как известно достигается вовсе не меткими стрелками и не большими полками.
Финские снайперы стреляли метко, помогло? Персы собрали гигантскую армию, но что-то тоже пошло не так, да? Потому что победителями становились благодаря мощной экономике и сильной идеологии. Солдаты которые пойдут в бой даже с одним штык-ножом наголо никогда не проиграют, даже если умрут все до единого. Создай мощностью промышленность и дай им винтовки, тогда их всегда будет ждать только победа.
— Стой за спиной, не высовывайся и без самодеятельности, иначе умрёшь, — холодно процедил я, обнажая меч и надеясь, что брать Лиру в отряд не было ошибкой.
Я привык полагаться на себя и зачастую из-за этого моя эффективность в отряде становилась меньше. Приходилось сыгрываться месяцами, даже с теми кого я знал. Подстраиваться под их геймплей, личные заскоки, манеру говора и передачи информации, в том числе под… не тупость, но меньший скилл, ведь играть в игры столько же сколько и я они просто не могли.
В Лире я видел балласт, который лишь в перспективе может стать чем-то полезным. Мне не хотелось брать её в бой, ведь придётся теперь следить и за ней, чтобы её не прибили гоблины. Это тяжело, но без неё с огром могут возникнуть проблемы.
Я не скрывался и пёр вперёд, пока песнопения и пляски у костров становились всё тише. Гоблины заметили меня, их разведка была лучше, чем у дезертиров. И они боялись меня, видели бледную кожу, мою клыки, а также жуткий взгляд. Я же шёл прямо вперёд, проходя мимо лачуг и двигаясь к дому вождю, где они готовились дать бой.
Они не могли сбежать, устроить какую-то засаду, начать играть в тактику бей-беги, ведь здесь были их дети, их старики, их семьи, которые прятались в доме вождя, пока все самцы готовились дать бой. Я это прекрасно понимал, поэтому и шёл к центру, давая понять, что либо они пытаются меня остановить все вместе, либо я вырезаю всех, кто им дорог. И хоть гоблины были крайне озлобленными, но чувство привязанности им не было чуждо. Ведь иначе бы они не стали защищать своё потомство, вставая с дубинами на пути у вампира.
 
Единственная их надежда была на огра, который в отличии от них не думал и завидев меня попёрся в атаку. Каждый его шаг сотрясал землю, а своей дубиной он действительно был способен сносить дома, ведь это был ствол весьма мощного дерева.
— Ослепи его и затем попытайся не отстать.
Лира кивнула и достала из рюкзака склянку, подожгла её и с помощью порыва ветра отправила прямо в голову огра. Вдребезги разлетелось стекло, моментально вспыхнуло пламя и вязкая жижа покрыла вопящего в агонии огра. Его кожа была невероятно прочна, прожечь её было невозможно с помощью такого примитивного приёма, однако зрения он лишился и стал… небоеспособным, по крайне мере пока, ведь огры также обладали превосходной регенерацией.
Рыча и махая своей дубиной во все стороны, огр впал в приступ ярости, а я уже оббежал его и начал ближний бой с гоблинами, которые не ожидали от меня такой скорости. Я же в свою очередь обнаружил, что мои удары оставляли крайне глубокие раны и разрубались даже кости. Видимо гоблины были буквально первого или второго уровней, ведь дохли как мухи.
В процессе истребления я вдруг заметил, что стал видеть ещё больше, чем раньше. Жажда крови максилась мной и поэтому вампирские навыки становились эффективнее. Я стал слышать их сердца, что панически бились, чувствовал смердящий запах их крови и мог сказать какого она качества. Крайне низкого, словно тухлая вода, которая будет выпита лишь тогда, когда не будет иных альтернатив. Благо пока что я был ещё насыщен.
И очень быстро они оказались полностью сломлены, они никак не могли мне навредить, ведь не обладали ни достаточной скоростью, ни достойным оружием. Я же в свою очередь тут же переключился на огра, пока Лира прикрывала спину и внимательно смотрела на отступивших к дому вождя гоблинов, которые пятились и выставляли вперёд остроги. Склянок на всех у неё не хватит, но тот кто рыпнется в её сторону первым — точно умрёт. Это являлось сдерживающим фактором.
Я же превратился для врага в размытое пятно, огр всё ещё махал своей дубиной. Он был ослеплён огнём и оглушён собственной яростью, в результате мне оставалось лишь подобрать момент. Рывок и точный удар, колющий, ведь сейчас важнее пробить его броню, которой была его кожа.
Сразу же после выпада я пригнулся и ушёл в сторону от слепого удара. Колющие удары наносили мало урона, однако в отличии от режущих и рубящих они хотя бы пробивали кожу. Огр был туп и повторял один и тот же паттерн атак, что в свою очередь заставляло и меня повторять один и тот же набор действий. Удар, только один, после отступление. Ещё удар, отступление… ничего сложного, главное не жадничать и не пытаться нанести два удара.
Позади меня тем временем закричали гоблины, которые посчитали что могут попробовать изменить исход боя. Лира сразу же кинула в меня склянки, а я резко изменил цель и вихрем пронёсся по прыгающим сквозь пламя гоблинам. После они уже не предпринимали попыток контратаки, а огра я методично затыкал.
Оставались лишь те, кто не способен был защитить себя сам. К ним я вошёл выбив ногой дверь, пока в панике все они пихали друг друга, теснясь к противоположной от меня стене. Вокруг висели шкуры скота, что был забит в соседней деревне, здесь же красовалась и мебель, наряды и даже драгоценные блестяшки. Некоторые из гоблинов даже носили одежду, снятую с трупов, а самки вешали обереги из человеческих зубов на шеи своих младенцев, которые кричали и плакали, уже прекрасно понимая что происходит.
— Вся история нашего мира идёт от войны к войне, заставляя раз за разом пожинать плоды посеянной ненависти. Неважно сколько времени минует, но жертва будет забыта, боль пройдёт, родятся те, кто будет знаком с войной лишь по книгам и историям. Они развяжут новую войну, а затем всё вновь закончится миром. Они будут пытаться передать это знание из поколения в поколение, но время исказит всё, — встав по левую руку от меня говорила Лира, с грустью глядя на тот как матери прячут своих детей, а старики без страха смотрят в глаза неизбежности. — Люди не могли ужиться даже сами с собой, так как же тогда они должны относиться к тем, кто всю историю грабит их деревни, ворует младенцев и насилует ради потехи женщин, после пожирая изнасилованные трупы? Все спрашивают какое право мы имеем убивать других, но почему-то никто не задаётся вопросом а имеем ли мы право оставлять их в живых. Если оставить их в живых, то через неделю та же участь постигнет все людские поселения близ этого логова. Хотя можно понадеяться, что кто-то завершит эту мерзкую работу за нас… авантюристы истребляют в год до трёх сотен логов по всему королевству.