В банде только девушки
— Я же говорил, не даст! — вздохнул Винтик, стягивая с головы половину предварительно разорванных женских колгот. — Стерва все-таки эта Людка!
— Точно! — поддержал его Шпунтик, освобождая свою физиономию от капрона. — Стерва первостатейная.
— Чо ж делать? — В голосе Винтика прорезалось сухое отчаяние. — Выпить хочется, мочи нет.
— Может, вернемся на дачу, заглянем к бабке Соне. Та угостит самогоном.
— Ага, только если огород вспахаем. Мне после такой каторги уже и самогон ее вонючий не понадобится.
— А если в чулке? — В глазах Шпунтика сверкнули дьявольские искры. Он даже прищурился в предвкушении удачной операции. Мягкотелая Силантьевна — старушка лет семидесяти. Это вам не упитанная бабища с бутылкой «Колокольчика» в мощных лапах. Силантьевна точно перепугается их грозного вида и отольет самогона.
— Ну… — Винтик не был таким оптимистом.
— Да брось ты. — Приятель подмигнул и быстро пошел по дороге, ведущей к пролеску.
* * *— Ничего не понимаю. — Саша даже привстал. — Только что были здесь — и уже нет.
— Нужно было лучше смотреть. — Иннокентий Валерианович тоже подался вперед, но, приблизившись к шоферскому затылку, болезненно поморщился и снова откинулся на спинку сиденья. Он не выносил запаха вспотевшего тела.
— Да куда они денутся, — вдруг заявил дурно пахнувший водитель, — в этом лесу полно дорог, но все они упираются в рыночную площадь села Иванцы.
— А вдруг какая-нибудь не упирается? Или «девятка» затормозит раньше, чем доедет до этих Иванцов.
— Да не… — легкомысленно отозвался шофер. — У тещи моей тут дача. Мы всю местность за грибами исходили. По какой дорожке ни топай, а пройдешь лес насквозь и аккурат выйдешь на Иванцы. Можно по любой катить, все равно с «девяткой» пересечемся.
Он повернул машину на довольно просторную, по лесным меркам, сухую грунтовую дорогу.
— Интересно, куда поедут эти придурки? — усмехнулся Косолапых.
— Куда бы они ни поехали, все равно окажутся в Иванцах, — упрямо заявил шофер.
— Мне показалось, или в кустах чья-то морда торчала? — Иннокентий Валерианович удивленно вскинул бровь, всматриваясь в зеленые заросли, обрамляющие дорогу.
Саша быстро глянул в его окошко, потом пожал плечами и наконец мотнул головой:
— Откуда в лесу морда… Не, показалось вам…
* * *Агент 0014 довольно ухмыльнулся и откинул в сторону две зеленые ветки осины. Все-таки мастерство не пропьешь. Он умеет маскироваться. А эти дуралеи, мнящие себя акулами теневого бизнеса, покатили дальше в своей машине, так и не поняв, что за ними установлена слежка. Да где уж им понять. Если бы они поняли, агент 0014 самолично разжаловал бы себя в подмастерья.
Он похлопал себя по бедрам, проверяя наличие огневого запаса. Запас оставался нетронутым именно там, где и должен был находиться: две кобуры сладострастно прижимались к его телу. Они хранили в себе несокрушимую мощь отечественной военной промышленности — два многозарядных, сделанных по спецзаказу пистолета. Патронташ опоясывал талию, чуть пониже груди висели гроздья маленьких, но очень мощных гранат, за спиной под кожаной курткой покоился карабин, в карманах военного жилета хранились ножи и самурайские железки, которые очень хороши в ближнем бою. Все это несколько утяжеляло агента, но ему было не привыкать. В таком обмундировании он способен был творить чудеса, выполняя трюки, которым позавидовали бы лучшие цирковые артисты.
* * *— Ты уверен, что они свернули на эту дорогу? — сквозь зубы спросил Принц, съезжая с магистрали на грунтовку.
— Да, больше им ведь деться некуда, — отвечал Кудрявый.
— Ну, смотри!
— Я машины не вижу, — констатировал Бека, глядя в лобовое стекло.
— Никто не видит, — зло гаркнул Принц.
— Так они, поди, уж скрылись за поворотом. — Кудрявый пожал плечами.
— Я и поворота не вижу, — опять встрял Бека.
— Мы стояли довольно долго, они уже далеко отъехали, — терпеливо принялся разъяснять ему коллега, — отсюда поворота не видно. Но он есть. Непременно должен быть. Иначе мы бы видели эту «девятку». Маленькую, в смысле уменьшенную расстоянием, но видели бы.
— Ох. — Принц терял терпение. Он с силой вдавил в педаль газа, и машина понеслась, подпрыгивая на ухабах.
— А если они с этой дороги еще на какую-нибудь свернули? — не унимался Бека, вертя головой по сторонам.
— Где ты видишь хоть одну дорогу? — строго вопросил его Кудрявый.
— Когда увижу, скажу, — сообщил ему Бека.
— Эй, вы видели рожу в кустах? Или мне показалось? — Принц поперхнулся.
— Да ну вас, — отмахнулся Кудрявый, — всякое привидится с перегрева!
— Может… Но рожа, скажу, была. Как из комикса про супермена.
— Это который у вас в сортире лежит? — оживился Кудрявый.
— Точно. У этой лесной рожи такой же квадратный подбородок до колен. Мерзость.
— Это вы от зависти. — Кудрявый широко и добродушно улыбнулся.
Принца перекосило на пол-лица:
— Чего мне завидовать этой роже?
— Будь у вас такой волевой подбородок, вы бы не гонялись за паршивой «девяткой». Нет, не такой замечательной, как та, в которой едем мы, а за той, которая впереди. Так вот, будь у вас такой подбородок, как в картинке из комиксов, вы бы не гонялись по лесным дорогам за какой-то паршивой «девяткой». Вы бы в кино снимались…
Принц закусил губу с такой силой, что она побелела. Ему очень хотелось взвыть, но позволить подчиненным видеть досадливо воющего шефа он не имел права, исходя из педагогической этики.
* * *До взрыва осталось 17 часов 50 минут 00 секунд.
— Иннокентий Валерианович, — Саша поерзал на сиденье, — раз уж мы все равно не спешим, может, выпустите меня?
— У тебя что, свидание? — усмехнулся шеф.
— У меня нужда.
— А потерпеть? — Ему нравилось издеваться над Косолапых.
Тот скривился и пропищал:
— Да нету же никакой мочи. Я с утра бегаю как ошпаренный. Не отливал часов пять уже!
— Эта информация лишняя для моих ушей. Ладно, останови, — приказал шеф водителю.
— Так почти приехали, — отозвался тот.
— Куда? — взвыл Саша.
— Как куда? В Иванцы. Минут через пять будем на рыночной площади.
— И что, ты мне там прикажешь отливать?! Прямо посреди площади? — разозлился Косолапых.
— Н-да… — задумался Иннокентий Валерианович. — Это, пожалуй, будет не слишком-то эстетично. Эдакий писающий мальчик. Иванцы, поди, не Копенгаген, не поймут местные жители.
— Остановите, умоляю! — заскулил Саша и согнулся пополам.
Машина затормозила посреди дороги. Шины еще катили по земле, когда дверца резко распахнулась, из нее вывалился Косолапых и опрометью бросился в ближайшие кусты.
* * *— Чулком теперь никого не удивишь. Даже если на голову его нацепить, — тоскливо заметил Шпунтик и рубанул рукой по ближайшей ветке, свисающей на тропинку.
— Да, не те времена пошли. Раньше бабе скажи «ограбление», так она родит на месте. А теперь вот за бутылку хватается, — согласился Винтик, тащась следом за приятелем.
— Нормальная баба, может, и сейчас бы родила. Так мы ж не про нормальную говорим, а про Людку.
— Не-е, время другое. Люди как звери. Друг на дружку кидаются. Закон джунглей, мать его!
— Тут, конечно, с одним чулком на башке жизнь не наладишь. Вот если бы оружие… Посмотрел бы я на Людку! Раздобыть бы ножик повнушительнее, поплясала бы тогда, стерва.
— К Людке лучше с топором ходить, как на кабана, — зло ухмыльнулся Винтик и сплюнул в кусты.
— Ты слышал? — Шпунтик замер.
Винтик тоже остановился.
— Слышал? — повторил Шпунтик.
— Чего?
— Кто-то ругнулся в кустах.
— Может, кукушка?
— Где ты видел кукушку, матюгающуюся человеческим голосом?
— Ну… считать-то она умеет. Может быть, и матюгается, если припрет, — предположил Винтик.