Ямато. Японский императорский дом
27 сентября 1945 император Хирохито посетил посольство Соединенных Штатов в Токио, где встретился с генералом Макартуром… С точки зрения японцев, поездка императора в посольство была неслыханным унижением – это Макартур должен был прибыть в императорский дворец и просить об аудиенции. Но правила диктуют победители… К первому унижению добавилось второе – газеты опубликовали фотографию, на которой Макартур, даже не потрудившийся надеть парадную форму, стоит рядом с императором, да еще и в весьма свободной позе! Более того – стоит так, что выглядит гораздо крупнее императора, как, собственно, и было на самом деле. Японский фотограф непременно бы выбрал такой ракурс, при котором император бы выглядел более внушительно, чем генерал, но у американских фотографов свои законы и представления… Разумеется, генерал Макартур не мог не знать того, что, настаивая на визите императора в посольство и фотографируясь с ним, как с равным, он наносит оскорбление императорскому дому и всей Японии. Генерал все прекрасно знал и понимал, но ему хотелось расставить приоритеты и подчеркнуть свое главенствующее положение, а император находился не в том положении, чтобы проявлять строптивость, его судьба буквально висела на волоске. Впрочем, совместная фотография с генералом Макартуром служила веской гарантией того, что Хирохито не пострадает. Начать сотрудничество с императором, публично продемонстрировать к нему расположение, а затем взять и отдать под суд, было бы проявлением низкого коварства, которое непременно вызвало бы возмущение японцев.
В принципе, американцы могли пойти на такой радикальный шаг, как ликвидация института императорской власти, тем более что подобный поступок полностью укладывался в рамки «американской демократии». Горячие головы в американском правительстве, вплоть до Гарри Трумэна, занявшего президентский пост в апреле 1945 года после внезапной кончины президента Франклин Делано Рузвельта, находили ликвидацию весьма привлекательной, но умные головы, в том числе и генерал Макартур, объяснили им последствия такого шага. Вечно оккупация Японии длиться не может, рано или поздно американским войскам придется уйти. Как только это произойдет, японцы восстановят императорское правление и неизвестно еще, кто взойдет на престол. Так не лучше ли оставить престол в покое и держать на нем императора, лояльность которого обеспечивается его прошлыми ошибками? Так в конечном итоге мы получим демократическую конституционную монархию, а не условного «кота в мешке».
План, разработанный для спасения репутации императора, был предсказуем и прост – Хирохито выставили жертвой обмана. Благородный император, доверявший своим генералам (а как можно было им не доверять?), оказался обманутым. Вопрос о привлечении Хирохито к суду поднимался несколько раз и в ходе процесса «реабилитации», но Макартуру удавалось отстоять свою точку зрения. Правда, императору пришлось отказаться от своей божественной сущности (можно расценивать это как уступку тем, кто требовал привлечения к суду).
1 января 1946 года император издал рескрипт об устроении новой Японии и рескрипт о восстановлении нации. Оба этих документа известны под названием «Декларации о человеческой природе». В частности, там говорилось следующее: «Связи между Нами и Нашим народом всегда основывались на взаимном доверии и привязанности. Они не зависят от каких-то легенд и мифов и не определяются неверным представлением о наличии божественной природы у императора». Сказанное можно истолковать по-разному – и как отказ от божественного происхождения, и как указание на то, что император не является божеством. Но никто и не считал императора божеством в прямом смысле этого слова, он не божество, а потомок божества [149].
В подтверждение произошедших изменений была разработана новая Конституция Японии, которая вступила в силу с 3 мая 1947 года. Изменение главного закона страны потребовало изменения Закона об императорском доме, который был принят в новой редакции.
Конституция Японии и Закон об императорском доме 1947 года
Новая Конституция открывалась следующими словами: «Мы, японский народ, действуя через посредство наших надлежащим образом избранных представителей в Парламенте и будучи исполнены решимости обеспечить для себя и для своих потомков преимущества мирного сотрудничества со всеми нациями и благословение свободы для всей нашей страны, не допуская ужасов новой войны в результате действий правительств, провозглашаем, что народ облечен суверенитетом, и устанавливаем настоящую Конституцию. Государственное правление основывается на непоколебимом доверии народа, его авторитет исходит от народа, его полномочия осуществляются представителями народа и его благами пользуется народ. На этом принципе, общим для всего человечества, основана настоящая Конституция».
Об императоре в преамбуле не было сказано ни слова. Если согласно Конституции 1889 года император был главой государства, обладающим верховной властью, то согласно новой Конституции, «император является символом государства и единства народа Японии, его статус определяется волей всего народа, которому принадлежит суверенитет». Статья третья гласит, что «все действия Императора, относящиеся к делам государства, могут быть предприняты не иначе как по совету и с одобрения Кабинета, и Кабинет несет за них ответственность», а в статье четвертой уточняется, что «император осуществляет только такие действия, относящиеся к делам государства, которые предусмотрены настоящей Конституцией, и не наделен полномочиями, связанными с государственным правлением». Далее говорится, что император назначает премьер-министра по представлению парламента, а председателя Верховного суда – по представлению кабинета министров, то есть, по сути, не назначает, а только лишь символически утверждает принятые назначения. Статья восьмая, завершающая главу, посвященную императору, гласит, что «никакое имущество не может быть передано Императорской фамилии, получено ею или принесено ею в дар кому-либо, иначе как в соответствии с резолюцией парламента».
Новый вариант Закона об императорском доме был значительно короче предыдущего, но главным его отличием стало исключение упоминаний о божественном происхождении и сакральном статусе императора.
Конституционный монарх
Можно было ожидать, что после всего пережитого император Хирохито станет вести уединенный образ жизни, но император повел себя противоположным образом – он принимал активное участие в общественной жизни страны, а также совершал дипломатические поездки и принимал представителей иностранных государств. Нужно отдать Хирохито должное – он внес большой вклад в формирование имиджа обновленной послевоенной Японии.
В 1975 году по приглашению президента Джеральда Форда император Хирохито и императрица Нагако посетили посетил Соединенные Штаты, где пробыли две недели. В речи, произнесенной на устроенном в Белом доме обеде, Хирохито поблагодарил Соединенные Штаты за помощь в послевоенном восстановлении Японии. В Японии эти слова были восприняты по-разному, поскольку многое из восстановленного было разрушено в результате действий американских войск. Но зачем вязнуть в прошлом, которое невозможно изменить? Нужно думать о будущем и налаживать сотрудничество, переступая через былые обиды. Император поступал так, как требовали интересы Японии. Помимо общественной деятельности, Хирохито занимался и научной – изучал морских беспозвоночных из класса гидроидных и опубликовал несколько работ на эту тему.
О политике было сказано изрядно, пора уделить немного внимания семье императора.
В январе 1924 года принц-регент Хирохито женился на родственнице принцессе Нагако, дочери принца Куни-но-мия Куниёси, род которого уходил корнями к императору Северного двора Суко, правившему в 1348–1351 годах. Нагако, известная как императрица Кодзюн, родила мужу двух сыновей и пятерых дочерей, одна из которых умерла в годовалом возрасте. Наследник престола Акихито, принц Цугу, был пятым по счету ребенком императорской четы, а его младший брат Масахито, живущий и поныне, является третьим в линии наследования престола. Масахито – известный химик, специализирующийся на терапии онкологических заболеваний.