Следак 2 (СИ)

На этом мы с Олейником к обоюдному удовольствию распрощались. 
В Отделе, как ни странно, никто на меня не набросился с целью морально выпороть. В дежурке узнал, что пока все спокойно, вооружился и поднялся к себе в кабинет. Первым делом припрятал добычу в сейф. 
Только успел с этим покончить, как зашла Журбина с ворохом бумаг и сгрузила все это на мой стол.
— Принимай дежурство, — сказала она мне. 
— Спасибо, — поблагодарил я ее за то, что она меня подменила на пару часов. Не по своей воле, конечно, но все же. 
— Тебе Востриков звонил, велел передать, что нашли какую-то шубу, — расщедрилась она на новости.
— Спасибо, — повторил я, соображая, знает ли пассия Чемезова Олейника или нет. Вроде бы не должна. Впрочем, Олейник уже этой ночью будет в Москве, откуда сразу же вылетит дальше по маршруту. 
Заработала громкая связь, и лишние мысли из головы вылетели. Всю дежурную смену просили спуститься в дежурную часть. Из объявления было понятно, что не на выезд. Интересно тогда зачем?
По-быстрому переоделся в форму и спустился вниз. 
Оказалось, приехал проверяющий из городского УВД, который, ко всему прочему, проверял наличие оружия форменной одежды и удостоверений у сотрудников дежурной смены. 
Я сразу понял, что он по мою душу. Все же та история с карманником оказалась не случайностью, а подставой. Значит придется вычислять урода, что пытался меня подставить, и возвращать ему должок. 
Капитан повертел мое удостоверение в руках, сличил фотографию с оригиналом, заглянул под корочки и нехотя вернул назад. 
Хотел ему еще предложить понюхать и лизнуть, но благоразумно промолчал. 
— Можете быть свободны, — разочарованно распустил он нас, даже забыв погонять по уставу. 
Первый выезд случился лишь днем. Скучная кража, еще и квартира оказалась трехкомнатной. Почти три часа угробили на ее осмотр. Потерпевшие тоже кровушки знатно попили. Все никак не могли взять в толк, чего мы тут возимся, надо же преступников бежать искать. На прощание обещали накатать на нас жалобу. Взмыленный после поквартирного обхода Скворцов с оперской горячностью подсказал им нужный адрес.
— Или обратитесь в прокуратуру. Менее эффективно, но все же, — добавил я, сглаживая инцидент. 
— Уроды, — возмущался Вадик уже в машине. — Вот откуда у них трешка, если в семье даже нет детей? А мы всей семьей в однушке ютимся! — с ожесточением выплюнул он.
— Мы комнату в общаге полгода ждали! — подключился водитель, сержант Крапивин, вместе с которым я выезжал на свой первый выезд в качестве стажера. — Жена недавно родила. Написал заявление на улучшение жилищных условий. Слышали, наверно, малосемейку сдали недавно, вот туда хочу. 
— Тоже что ли заявление написать? — задумался Скворцов.
— Тебе не дадут, ты не женат, — охладила его Котляр. 
Криминалистом-экспертом, к моему удивлению, вновь оказалась Инна. Ей, как и мне в прошлое дежурство, пришлось заменять коллегу, чему она тоже была не особо рада. Мы с ней, когда ехали на кражу, даже сошлись на почве перемывания косточек начальству. Скворцову, чтобы не выпадать из компании, тоже пришлось вставить пару фраз о самодурстве Лусенко и конечно же о том, как его достала картотека.
— Не уверен, что и мне дадут малосемейку, даже при наличии ребенка. И без меня полно желающих, — раздраженно добавил сержант.
— Зато в Париж можешь съездить, — тоже не особо добро ляпнул я. 
— Какой Париж? — не поняли меня.
— Во французский, куда путевки продают только семейным. 
— А, ты про это, — первой сориентировалась Котляр и разъяснила остальным, о чем идет речь. 
Юмор не зашел. Квартиры моими коллегами ценились больше заграничных поездок. 
— Бл… куда прешь?! — неожиданно закричал Крапивин. 
Наперерез служебному автомобилю выскочил мужик. Он махал руками и о чем-то нам кричал. 
Машина резко затормозила. Едва успел упереться руками, чтобы не пробить головой лобовое. До ремней безопасностей местные еще не додумались. 
Сзади вскрикнула Инна и матюкнулся Скворцов. 
Сержант на нервах распахнул водительскую дверь.
 
— Мужик, ты совсем охренел?! Под колеса бросаешься!
— Помогите! Инкассаторскую машину угнали! — в свою очередь закричал несостоявшийся самоубийца. 
Тут уж и я не утерпел, и сидевший позади меня Скворцов. Одновременно из машины вылезли. 
Мужик сбивчиво рассказал, что работает в городском таксопарке водителем такси, а сегодня его машину арендовал госбанк для инкассации. Он с двумя инкассаторами полдня ездили собирали выручку и в итоге нарвались на бандитов. Было их двое. Пока один из инкассаторов в очередной раз ходил за деньгами, один из бандитов влез в салон на заднее сидение за водителем. Оставшегося в машине инкассатора ударил по голове арматурой, а затем приставил к шее водителя нож.
— Вякнешь, убью, — пообещал он. 
Водитель был вынужден молча наблюдать за тем, как первый инкассатор выходит из магазина, как к нему сзади подходит второй бандит и как инкассатор падает. 
— Чудом ушел! — уверял он нас. — Этот, что за мной сидел, в какой-то момент ослабил хватку, ну я и воспользовался случаем, вынырнул из салона. 
— Чего же ты инкассаторов-то бросил? — укорил его Скворцов.
— А что я против бандитов сделаю?! — закричал тот в ответ. — Я без оружия! И я никого не бросал, я за помощью побежал! 
— Ладно, поехали, — распорядился я и первым вернулся в служебный автомобиль. 
Сержант забрался в салон со своей стороны и сразу же завладел рацией. Связался с дежуркой и передал номера белой волги, что угнали вместе с деньгами налетчики. Я лишь добавил, чтобы вызвали скорую. 
Водителя такси мы с собой не взяли, велели ожидать наряд милиции и по возможности оказать первую помощь пострадавшим. Котляр вызвалась остаться с ним. А мы втроем отправились в погоню. 
— И где их искать? — матерился Крапивин, набирая скорость и включая милицейскую сирену. 
Между нами, высунув голову и таращась в лобовое стекло, изнывал от нетерпения Скворцов. 
Засекли мы их спустя несколько кварталов. Вадим издал радостный клич и первым перехватил рацию, чтобы передать в дежурку свежие данные.
— Сейчас мы их прищучим! — потирая ладони, предвкушал он. 
— Походу решили во дворах затеряться, там бросить машину и сваливать уже на своих двоих, — прокомментировал действия беглецов сержант.
— Уйти ведь могут, — мысленно сплюнул я, — Надо им колеса пробить, — пришла отличная идея.
Проговорив это, я открыл окно и достал ствол, снял с предохранителя, загнал патрон в патронник, прицелился и выстрелил. 
— Эй, ты чего делаешь?! — словно очнувшись, заорал мне в ухо Скворцов. 
— Чего под руку орешь?! — гаркнул я на него и вновь стал выцеливать движущуюся мишень. 
— Мимо! — разочарованно констатировал Скворцов, а через минуту я услышал сбоку выстрел. 
Вадим не удержался, тоже решил поучаствовать в охоте. 
— Есть! — завопил он от азарта. 
И действительно, волга, ревя покрышками, вильнула в сторону, сильно накренившись при этом, и тормозила уже, лежа на боку, выбивая из асфальта искры. 
Находившиеся в этот момент на улице редкие прохожие, нет чтобы драпать куда подальше, наоборот, побежали в сторону начавшего дымиться такси. 
— Назад! — орал им во все горло Скворцов. Но, походу, его никто не слышал.
Как только наш служебный уазик затормозил, мы со Скворцовым из него выпрыгнули и ринулись к пострадавшей волге. 
— Назад! — все пытался докричаться до неравнодушно-отчаянных граждан Скворцов, махая на ходу пистолетом. 
До тех мужиков, что первыми добежали до волги, наконец, дошло, что что-то не так, и они в нерешительности застыли на месте. 
— Все отошли от машины! — продолжил командовать опер. 
Он запрыгнул на лежащую на боку машину, и рванул на себя переднюю пассажирскую дверь.
— Живы? — спросил я, после чего тоже заглянул вовнутрь. 
Тот из бандитов, что сидел сзади, пытался выбраться, а вот второй, который был за рулем не шевелился.