Олигарх 4 (СИ)

Одним словом специалисты по отлову лохов, которых можно развести на добровольную отдачу имеющихся материальных ценностей, а затем отвезти их куда-нибудь в задницу мира, похоже были всегда.
В нашем случае была еще одна интересная деталь, эти люди еще были и запуганы своими «благодетелями» и действительно готовы были бежать на край света, чтобы спрятаться от них.
Братья Фишеры не были среди этих обманутых и несчастных людей. Они просто скитались по свету в поисках лучшей доли. По молодости братья действительно считали, что есть место на Земле, где царит мир и справедливость и пытались его найти.
Обычно такие чудаки и вляпываются в различные истории. В совсем нехорошее братья не вляпались, но по белому свету поскитались, особенно старший. У него был и опыт золотоискателя, причем ни где-нибудь, а в России.
По молодости Карл вдоволь навоевался, начиная с Испании в рядах наполеоновских войск и закончив под знаменами маршала Блюхера под Ватерлоо. В итоге из просвещенной Европы бежал, теряя тапки. Но, исколесив полсвета, оказался с братом на Гавайях.
Там братья решили предпринять последнюю попытку найти спокойный уголок земного шара и взор их пал на нашу Аляску. Почему, они объяснить не могли, только смотрели друг на друга и плечами пожимали.
Суровых зим Карл не боялся, у него был опыт жизни в России. К русским он относился очень хорошо, а вот к царю плохо. Да только где тот царь, а где Аляска.
С бедолагами, обманутыми псевдомиссионерами, братья столкнулись чисто случайно и решили помочь им бежать на край света, взяв с собой на Аляску.
В своих скитаниях по свету Фишеры скорее всего давно бы свернули себе шею, если бы не счастливые билеты семейной лотереи, которые они в своё время вытянули женившись на двоюродных сестрах. Девушки стали идеальными женами и чуть ли не ангелами-хранителями для своих мужей.
Пообщавшись с Фишерами, Иван Васильевич решил предложить их мне исполнителями задуманной операции на Гавайях.
После трехчасового совместного общения с братьями мы с Иваном Васильевичем остались в его каюте одни.
— Ваш выбор, Иван Васильевич, полагаю правильный. Хотя, честно признаюсь, я сначала засомневался, — стюард принес в каюту бутылку коньяка и тонко, по-моему вкусу, нарезанные лимоны. Именно эти в Новоархангельск привезли гавайские бегунки. Иван Васильевич достал из своего секретного ящичка мои любимые сигары. Он сам табачком не баловался, но любил их аромат.
После пятьдесяти капель на брата мы продолжили обсуждение задуманного предприятия.
— Он почти мальчишкой в десятом году оказался с французами в Испании. Кого там только не было, Бонапарт туда гнал народ со всей Европы. Через год его ранили и он вернулся в Германию. Потом он оказался в войсках генерала Йорка и уже бил французов. Я с ним в одних и тех же делах участвовал и могу за него поручиться, — это конечно выдающееся событие, мой начальник охраны говорит, что он за кого-то может поручиться.
— Вашему слову, Иван Васильевич, я верю, но риск слишком велик. Но на Гавайи люди должны ехать, имея сразу тысяч двести фунтов наличными, хотя, — в этот момент мне в голову приходит очень простая, но скорее всего самая правильная мысль. — Мы с вами Иван Васильевич, собираемся сделать очередное открытие Америки. Все надо делать не так.
Иван Васильевич не смог удержать своего удивления и ошарашенно посмотрел на меня. Я рассмеялся и объяснил свою мысль.
— Фирма Джервис и Мюррей, а обеспечение и сопровождение — банкирский дом Ротшильдов.
— А контрольный пакет пренадлежит светлейшему князю Новосильскому.?
— Зачем же их светлость будет заниматься еще и этим? — я свои слова удивления подкрепил еще и жестом. — Есть и другие достойные люди, например некий английский барон.
Иван Васильевич засмеялся и сделал церимониальный поклон.
— Согласен, ваше сиятельство.
— Только в моем плане есть одна небольшая проблема — время. Если отправится сейчас, то в Лондоне я окажусь самое раннее через полгода, а ведь еще нужно посетить Гавану и Нью-Йорк. Затем подготовка сделки и обратная дорога. В итоге год, — конечно на дворе всего лишь 1834-ый и год туда-сюда принципиально погоды в этом деле не делает, но желательно поспешать.
 
— Если вы мне доверите, то я готов испытать другой маршрут. Думаю он будет несколько короче, — Иван Васильевич сделал приглашаюший жест. Карта мира висела у него на стене каюты и была вся в каких-то значках.
— Николаев — Калифорния. Двадцать дней реально?
— Вполне.
— Еще двадцать дней и я в Акапулько, думаю в Мексике на все про всё уйдет неделя и вот он Веракрус. Неделя до Техаса, еще дней двадцать-двадцать пять до Нью-Йорка и еще столько же до Лондона, — свои рассуждения он сопровождал подсчетом дней на счетах. — Получается три с половиной, максимум четыре месяца. Вы же доверите мне провести переговоры с Джо и адмиралом? Федор тоже я думаю вполне с переговорами с Ротшильдами справится. Тем более, что вы же наверняка решите это сделать через свою лондонскую фирму.
— А с кем вы собираетесь отправится в это достаточно опасное путешествие? — план Ивана Васильевича вполне реальный и конечно надо полпробовать.
— С людьми у меня проблем нет ни где, — усмехнулся Иван Васильевич. — Вы же знаете, я всегда первым делом себе резервы готовлю. За меня останутся Петр и Анри, а я возьму здесь двоих людей и в Калифорнии еще четырех. Обязательно пару мексиканцев, там есть достойные кандидаты.
Я с таким решением Ивана Васильевича согласится никак не мог. В его смелости и решительности сомнений у меня не было и людей он наверняка подберет достойных. Но современная Мексика это terra incognita. Там уже больше двадцати лет идет война всех против всех. И два мексиканца это явно маловато.
— Нет, Иван Васильевич, такой ваш расклад мне не нравится. Проехать по незнакомой воюющей стране всемером думаю не реально. Как минимум с вами должен ехать еще Анри и ваш протеже Карл. Он наверняка немного знает испанский и знает как держать саблю или шпагу. Да и мексиканцев надо поболее.
— Насчет Анри конечно не возражаю, про Карла даже в голову не пришло. Это будет ему и проверкой. А о количестве мексиканцев думаю надо будет решать конкретно в Калифорнии.
Вечером о возможном гавайском пректе я еще раз подробно поговорил с Соней, она задала такую кучу вопросов, что я даже начал злиться. Но в итоге супруга эту идею одобрила. Только внесла небольшую поправочку: фирма Мюррей и Джервис, а не наоборот, мы будем иметь дело в основном с американцами, поэтому фамилия соотечественника должна стоять на первом месте и зарегистрирована она должны быть в Штатах.
И в состав команды Ивана Васильевича Cоня предложила включить Джузеппе.
В Николаеве мы задержались на четыре дня и исключительно из-за подготовки миссии Ивана Васильевича.
Непосредственно подготовка к путешествию в Европу заняла всего два дня. С Иваном Васильевичем идут четверо: Анри, Карл и двое наших моряков-старичков из одного из первых наборов, сто раз проверенных и испытанных.
Семья Карла и его брат остаются в Николаеве. Патронаж над ними возьмет лично Павел Александрович.
Законсервированное нами компанейское поселение Воскресенская гавань, русское население которой ушло в Николаев, решено вернуть к жизни.
Там была заложенная еще Барановым верфь, на которой в свое время построили три судна. На ней были своя кузница, слесарная и токарная мастерские. Наличие рядом лесов с хорошим корабельным лесом было конечно плюсом, но очень кратковременным, в ближайшие годы мы начнем учиться строить полностью металлические корабли.
Главными плюсами Воскресенской Гавани, так было решено называть возрожденное поселение, была её большая близость к угольным месторождениям Кеная, которые мы начали разрабатывать и самое важное, незамерзающая акватория.
Между Нашими поселениями на Кенае будет проложен хороший зимник и сразу же рядом начнется строиться капитальное шоссе. Очередная экспедиция из России должна привезти образцы снегоуборочной техники Сидора Пантелеевича и всю техническую документацию на её изготовление.