Кулаком и добрым словом (СИ)

— Конечно, глупо говорить о короле Джерарде тому, кто его сверг и казнил, - снова расплылся в улыбке Махакана.
Теперь это был другой человек. Да, он все еще оставался Банкиром, радел за интересы своего дела, но при этом искренне считал Бранда другом. Таким, ради которого можно и нарушить чуть-чуть правила, подумаешь, что тут такого? Король Джерард соблюл формальности, так и Бранд их тоже не нарушил: королева Марена была внучкой Укротительницы, а Алмазный Кулак ее дедом и почти что мужем Платы. Так это или нет, уже роли не играло, главное, что формально Бранд мог подать такой запрос.
— Да и не дело это, вот так вот грабить героев, - словно рассуждал вслух Махакана. - Укротительница никак не могла обойти семью в завещании!
Он еще не превратился в пускающего слюни раба, но все равно изменился и Бранда словно полоснули острым клинком, взрезали, вытащили воспоминания и сунули прямо в лицо. Имрана и Джаггер, сражающиеся с ним так, словно он стал злейшим врагом. Обугливающаяся Вольта, на чьем лице застыл счастливый оскал, слова Обольстителя, падающие тяжелыми камнями в скальных чертогах.
— Позови свое начальство, - прямо приказал Бранд.
— Конечно! Уверен, едва они услышат вашу историю, о герой Бранд, как сразу пойдут навстречу!
И умчался, бросив кабинет - рабочий кабинет высокопоставленного Банкира! - без присмотра. Здесь могла быть масса тайн, который Бранд, несомненно, успел бы похитить и скрыться, будь у него такое намерение. В груди болело и жгло, словно он уже превратился в Обольстителя, наслаждающегося подчинением и превращением живых в рабов.
Времена старого Бранда, о которых так любили вспоминать те, кто говорил ему (или шептался за спиной), что он сильно изменился. Он даже не задумался бы тогда о чувствах Махаканы, просто сделал бы то, что считал нужным и ушел, устремляясь к следующей миссии. Но тогда он и с молодежью и помощью Стордору возиться не стал бы (прибил бы сильнейших монстров, да ушел), а стало быть и не оказался бы в этом кабинете.
— Это невероятно! Скажите, Бранд...
— Если вы предложите мне повлиять моей Особенностью на парочку нужных вам живых, то я схвачу вас и выдавлю секрет того, где находятся хранилища золота или просто разнесу тут все здание и сниму с тел ваших служащих амулеты перехода туда, перемещусь и разнесу всё, а также уничтожу все золото, деньги, сокровища и артефакты, - нарочито равнодушным, скучающим тоном произнес Бранд.
Начальство Махаканы, еще один человек, только в этот раз уроженец Занда, Тиволо Манетте, банкир и купец Золотой Сотни, замолчал, словно пытаясь оценить угрозу.
— Не надо никого убивать! - всполошился Махакана. - Возьмите мой амулет, Бранд, ой, нет, он же перестает работать, едва его снимешь с тела, но для лучшего друга я активирую и так!
— Не надо, - повел рукой Бранд.
Тиволо смотрел в оба глаза на Махакану, бледнея на глазах. Похоже, не поверил до конца, пока не увидел, насколько его подчиненный изменился, буквально за один лишь разговор с Брандом. Было в этом что-то ироничное, злое, но в то же время справедливое, что мастер Харизмы и незаметных воздействий сам попробовал того, чем занимался.
— Да, не надо никого убивать, - повторил Бранд, - ведь можно просто повлиять моей Особенностью на парочку нужных МНЕ живых.
Тиволо побледнел еще больше, а Бранд понял, что противен сам себе. В этом месте стоило бы свирепо поклясться, что он, да больше никогда и ни за что, но Бранд не стал врать самому себе. Основной профессией Тиволо Манетте был Купец, похоже, место в Золотой Сотне шло выше, чем руководство банком (хотя, по правде говоря, в Занде иногда трудновато было отличить одно от другого). Угрожать мощью Занда и героями Золотого круга Тиволо не спешил, понимал, что не поможет.
— Поэтому давайте договоримся просто - вы не упоминаете о случившемся и не предлагаете мне влиять на живых, я не упоминаю о случившемся и больше не встречаюсь с Махаканой Сванти. В мое отсутствие воздействие ослабнет, а после моей смерти исчезнет окончательно. Также мы договоримся полюбовно насчет раскрытия парочки тайн без лишних формальностей...
 
— Нет, - отрезал Тиволо.
Как и подобает правителю и купцу, атрибут Воли у него тоже был немаленьким. Слабовольные и податливые не выживали в таких делах. Бранд прислушался к себе и понял, что воздействовать и давить совсем не хочется, настолько не хочется, что проще встать и уйти. Но дело, дело! Тайна хозяина подземелий сама себя не раскроет, так что Бранд не стал вставать и уходить.
— Хорошо, поступим как в торговых делах. Тайну за тайну.
Манетте посмотрел заинтересованно, потом перевел взгляд на Махакану, словно оценивая, выдаст ли тот тайну.
— Выйди! - скомандовал он.
Бранд кивнул и Сванти покинул собственный кабинет.
— Я знаю место, где может оказаться много адамантита.
— В драконьих горах, - небрежно отозвался Тиволо, уже, похоже, взявший себя в руки.
— Точное место в драконьих горах, - улыбнулся Бранд.
— И там точно будет много адамантита?
— Его там точно может оказаться очень много, - уточнил Бранд.
— Это все равно, что авиан в небе.
Потенциальная добыча, которую еще поди поймай! Иногда встречался вариант "дракон в небе", когда речь шла о совсем уж безнадежных затеях.
— Так и я, возможно, не узнаю ничего ценного.
— Сведения? Разве речь не шла о возвращении денег Платы Укротительницы? - чуть вскинул брови Манетте.
Разговор о деньгах и возможных прибылях окончательно его успокоил и привел в чувство. Да, адамантит был натуральным драконом в небе, Бранд даже вспоминать не хотел, сколько искал ту глыбу, что вынес с драконьих гор, но, опять но. Но именно поэтому цену за него можно было заломить такую, что она окупила бы любую экспедицию (ухитрись та не попасться на глаза драконам).
— И о них тоже. Уверен, король Джерард или его помощники соблюли все формальности, а вы - не лично вы, конечно - им поверили, потому что очень хотели поверить и получить свой процент от тех денег. О да, король был вправе объявить Марену Кладис вне закона, поэтому ваши сотрудники в Тарбаде имели полное право донести на нее в Подгорную Палату и так далее. Но все это не отменяет того факта, что вы обокрали героиню, не какую-то там мелкую соплюху, а Плату Укротительницу. Обидели ее внучку, которая теперь еще и королева Стордора.
— Виновные будут наказаны, - быстро бросил Тиволо.
— Виновные в чем? Вы признаете, что был подлог, но вы закрыли на него глаза? Виновные, что выдали деньги королю Джерарду? Ха, герои никогда не смотрели на буквы закона, а королева Марена еще и паладин Эммиды. Сами знаете, справедливость и возмездие тоже не всегда пересекаются с буквой закона.
— Хорошо, - сказал Манетте после долгой, очень долгой паузы.
Бранд не торопил, понимая, насколько шатка и зыбка вся эта предположительная конструкция, возведенная на предположениях "а что, если будут репутационные потери?" Прямо давить не хотелось, бить тоже, но и оставлять просто так нельзя было.
— Что вы предлагаете? - прямо спросил он Бранда.
— Золотой Круг возьмет мои деньги и через клан Альтас оплатит ими услуги мастеров-портальщиков и прочих, а также поможет с выплатами в других странах Мойна. Я могу, конечно, сгрузить все это золото себе в магический карман, но возиться неохота.
Бранд мог, даже не вспотел бы, с его-то показателем атрибута Силы, и Тиволо о том знал.
— Это стандартная операция, ничуть не нарушение, - все же сказал купец.
— Мне нужен будет доступ, нет, мне нужны будут записи о профессоре Марденусе Сванусе из Дарнии, сколько у него было денег в банках, если вообще были, делал ли он займы, кому платил. Примерно шесть лет назад.
— Для таких вещей есть Следователи, - словно невзначай заметил Тиволо, - и стандартные процедуры получения информации. Кто-то важный?
Бранд отчетливо помнил, что называл имя и фамилию профессора там, в Таркенте, во время суда над королем Джерардом. Возможно, это было ошибкой, если вспомнить, что часть его сторонников могла затаиться. Даже при том, что присутствовал там ограниченный круг живых, событие было не рядовым - суд над королем! Коронация героями никому не известного наемника! Наверняка, слухи уже добрались до самых отдаленных уголков Сии, Кирфа, Перты и Керики.