Кулаком и добрым словом (СИ)

Честно говоря, Марене и самой иногда было тяжело сдержаться и не выйти на площадь, не воткнуть знамя в камень мостовой с криком: "Сограждане! Подданные! Доколе мы будем терпеть Дарнию на наших землях?!" Гатару и Ираниэль было легче в этом вопросе, все же не местные, наемники, привыкшие странствовать вдали от родины, но и опять — это им тоже ставили в вину. Как Марене ее отца-гнома.
— Что вы хотите этим сказать, граф? - спросил Гатар.
Почти спокойно, но Марена ощущала его затаенную ярость, равно как и эмоции аристократов вокруг. За эти семь дней она твердо убедилась, что дед был прав, Особенность — это проклятие, но отказываться от нее не собиралась. Путь к справедливости не бывает легким, это она тоже уже поняла.
Она попыталась сосредоточить эмпатию и Особенность единства с миром на четырех аристократах, основных вожаках этого сопротивления. Граф Антиг Манторн, как застрельщик нападок, и по информации, предоставленной Тарандом Нормом, новым главой Тайной Канцелярии (выбранным по рекомендации деда), граф уже давно мутил воду в своих и окрестных владениях, похоже мечтая отделиться от Стордора и переметнуться к Палантору. Стордор был крепок, Тарбад рядом тоже, а также Стордор дружил с королевством гномов, и поэтому Антиг Манторн держал свои мечты при себе. До недавнего момента, когда прорыв в Альбанде ослабил Тарбад, а затем всеобщие прорывы и взрывы подземелий ослабили вообще всех, поставив Стордор на грань развала. Идеальный момент для действий, возможно, поэтому он так и старался.
Взгляд Марены переместился дальше. Надарха Бонтвилл, герцог Амкента и Рамбула, владетель лесов, рек и деревень на севере и северо-западе Таркента, складывал и переплетал пальцы рук. Тонких, прозрачных, то ли птичьих, то ли женственно-эльфийских рук. Ходили слухи, что основательница рода согрешила то ли с могучим авианом, то ли с молодым драконом, а потом еще и магией добилась зачатия и рождения, вопреки всему.
Слухи, слухи, слухи, за эти дни Марена и остальные вдоволь наслушались самых идиотских выдумок, включая оскорбительные выпады в свой адрес, ибо Гатар сразу бухнул со всей своей воинской прямотой Таранду: "озвучивай все, не надо скрывать правды, король должен знать, чем живут и что думают его подданные". Ну а Таранд и рад был стараться, нес такое, что у Марены сжимались кулаки, а в глазах темнело от ярости и желания возмездия. За эту неделю она лучше стала понимать, почему ее госпожа Грознейшая отвечает не только за месть, но и за справедливость. Слишком легко было сорваться, начать мстить, нести возмездие направо и налево, забыв о справедливости.
Так вот, помимо дурацких слухов (особенно много их почему-то было про ее жизнь в браке с Гатаром и Ираниэль), Таранд принес сведения, что Надарха Бонтвилл крепко связан с бандитами из вольных земель, теми бандитами, которых дед привел в Таркент под обещание амнистии от короля. Короля Гатара, который хоть и объявил амнистию, но прозвучало все неубедительно, слишком уж шатко сидел на троне орк и его королевы. Герцог же тем временем раздувал эти настроения и слухи, собираясь, дескать, не просто отделиться, но и откусить кусок вольных земель и создать свое королевство, установив связи с драконами в драконьих горах, через свое родство. Дед, едва услышав это, сразу фыркнул "Чепуха!" и Марена верила ему, да вот беда, основная часть населения предпочитала верить как раз слухам о родстве.
— Что королю нужны наставники и советники, опытные, мудрые, действительно радеющие о Стордоре, - самым любезным тоном отозвался граф Манторн.
— Я поклялся Теруну, что единственным моим наставником и советником будет Бранд Алмазный Кулак! - Гатар даже поднялся, вскинул руку, демонстрируя огромный зеленый кулачище.
Ах, как прекрасен он был в этот момент, у Марены аж сердечко зашлось от любви и обожания. Прекрасный, могучий и зеленый, с небрежно вскинутой рукой, словно готовый сразиться с Бездной и небесами одновременно.
— Герой - управляющий государством, да это же...! - невольно вырвалось у графа привычное присловье, но он тут же остановился, не произнеся концовки "слизням на смех".
 
Марену хлестнуло, будто кнутом, вспыхнувшим в Гатаре гневом, но внешне он сдержался, даже по столу не стукнул и ее, как на эмоциональных качелях, захлестнуло обожанием. Она знала, что Гатар будет отличным королем, справедливым, могучим, тем, на кого она сможет опереться в своем квесте. Надо только дать немного времени, позволить Стордору воспрянуть из пепла, а Гатару набраться опыта.
— Договаривайте, граф, - предложил Гатар, - или может вы рискнете повторить эти слова Алмазному Кулаку в лицо?
Марена ощущала, как в Антиге тоже вспыхнул гнев, но он сдержался, несомненно, подбирая слова вроде "что за герой Кулак, если обижается на правду и народную мудрость?"
— Королю надлежит быть гибким, - вмешался еще один граф, Паран Ловантек, владения которого располагались на востоке, рядом с Лотонией, - уметь договариваться и соблюдать интересы всех.
Третий из вожаков, практически не скрывающий своих намерений уйти под руку Лотонии. Несколько поколений Ловантеков роднились с аристократами Лотонии, да и само королевство не дружило со Стордором, как гномы Тарбада. То дружило, то воевало и основным камнем преткновения оставался торговый путь, ведущий в Занд. Переход графа Парана к Лотонии означал бы, что они будут контролировать еще кусочек этого пути. Там не было смертельной, вековой ненависти, как с Дарнией, но в то же время следовало признать, что и сил сейчас повлиять на Ловантека тоже не имелось.
— Король должен уметь договариваться даже с Дарнией! - припечатала герцогиня Кордайская своей морщинистой рукой по столу.
Несмотря на возраст, она активно молодилась, использовала всякие зелья и притирания, увешивалась амулетами и, честно говоря, в какой-то момент строила глазки даже Гатару, хотя, возможно, Марене и показалось. Возглас ее, а также попадание в четвертые лидеры этого стихийного сопротивления "долой наемника-орка с королевского трона", был вызван тем, что войска Дарнии, придя на выручку Стордору, заняли, в том числе и владения герцогини. Она лишилась всех доходов и владений и поэтому была крайне недовольна, хотя по сведениям того же Норма герцогиня Моллена Кордайская годами там не появлялась, предпочитая прожигать жизнь в столицах - особенно в Сечете, столице Занда, с их вольностями и подходом "продается все!"
— Да, нужно немедленно вышвырнуть Дарнию с наших земель!
— Отправить против них войско!
Какое еще войско, что вы несете, подумала Марена, войска застряли у Провала, войска погибли в этих выбросах, сражаясь с омонстревшими горожанами, самые крупные силы оставались как раз у аристократов (еще один повод договориться мирно), причем тех, кто деятельно протестовал. Она бросила взгляд, тревожась за наставницу, но Феола Три Глаза мирно похрапывала на скамеечке, не слыша хулы в адрес родной страны.
— Войско Стордора не готово к такому походу! - немедленно громыхнул граф Стил Итхорн, новый командующий всей армией, опять же назначенный по совету деда. - Пока еще не готово!
Советник Гатара, барон Отсон Давади, наклонился к уху короля, зашептал что-то. Обстановка в зале накалялась, и Марена поняла, что переговоры сейчас перейдут на следующую стадию, ту, где на Гатара будут давить, чтобы поставить своих советников, чтобы прибрать к рукам еще земель, денег, влияния, в обмен на поддержку.
— Король должен! - воскликнул кто-то.
— Король должен в первую очередь королевству, - весомо обронил Клехторн, племянник Бехорна, главы Тайной Канцелярии при старом короле.
— Аристократия - становой хребет королевства! Наши уровни и опыт, а также..., - граф Макторн отставил бокал с вином, заговорил горячо, Марена ощутила давление его уровней и каких-то умений.
Недостаточное, чтобы система выдала сообщение, но все равно - плохой знак. Эх, был бы здесь дед, подумала Марена с легкой тоской, уж он бы всем показал!