Французская фантастическая проза (антология)
Библиотека фантастики — 23
Французская фантастическая проза
Предисловие
Истоки современной французской фантастики уходят в даль веков. В своих творческих поисках она следует литературным традициям, у начала которых находился титан эпохи Возрождения Франсуа Рабле. Он создал гротескные образы великанов Гаргантюа и сына его Пантагрюэля, отправившегося в удивительное путешествие к оракулу Божественной бутылки, чтобы узнать о смысле человеческого существования, и нарисовал картину счастливого будущего людей в Телемском аббатстве, основанном на полном доверии к человеку. Позже к фантастическим образам, несущим идеи гуманизма и бунт против духовной ограниченности праздного существования, помогающим осмыслить противоречия социальной действительности, прибегали в своем творчестве Сирано де Бержерак, Луи Себастьян Мерсье, Вольтер, Оноре де Бальзак, Анатоль Франс… Во второй половине минувшего столетия особое место в этом историческом ряду занял Жюль Верн, по праву считающийся отцом научной фантастики. Автор замечательных романов, фантастические идеи которых нашли техническое воплощение и научное обоснование лишь в XX в., был одним из первых писателей, кто предугадал грандиозные благотворные последствия научно-технического прогресса для судеб человечества. Вместе с тем он, как и его английский собрат по перу Герберт Уэллс, предостерег об опасности антигуманного использования достижений науки и техники в условиях капиталистического общества. Жюль Верн понял, что открытие тайн природы может при определенных обстоятельствах вооружить мощными средствами разрушения тех, кто преследует своекорыстные интересы и угрожает миру насилием, войнами.
Современные французские фантасты в своих лучших произведениях солидарны с социальным пафосом жюльверновского наследия с утверждением созидательной деятельности на благо жизни и отрицанием обращения плодов разума во зло человечеству. Пугающим картинам глобальных катастроф — отражению тупиков буржуазного сознания и обреченности собственнического миропорядка-фантасты противопоставляют мощь смелого, пытливого, творческого духа человека, ищущего и находящего конструктивный выход из, казалось бы, самых безнадежных ситуаций. Этим пафосом надежды и веры в человека, его созидательную энергию пронизаны произведения, включенные в настоящий том, начиная с классика фантастической литературы Жозефа Рони-старшего (1876–1940).
Более пятидесяти лет продолжался творческий путь Рони-старшего. Им было создано немало увлекательных социально-бытовых, исторических и фантастических произведений. Наибольшая популярность выпала на долю книг, написанных им совместно с младшим братом Жюстеном. Они посвящены первобытному человеку. Это «Вамирэх» (1892), дилогия «Борьба за огонь» (1911) и «Пещерный лев» (1920). Подвиги их героев, совершенные в борьбе за существование, выживание в суровых, немилостивых к нашим предкам условиях, были поиском нового, неизвестного, когда адаптация к привычной среде обитания оказывалась недостаточной и требовались дополнительные усилия, чтобы расширить горизонт представлений о природе. По сути это были не столько исторические, сколько фантастические повествования — гипотезы, построенные на основе археологических данных, как художественная реконструкция давно утраченной картины жизни. В преддверии первой мировой войны Рони-старший пишет фантастические романы «Гибель Земли» (1912) и «Таинственная сила» (1914). В первом из них выражена тревога за судьбу человеческой цивилизации, угасающей из-за опустошительной войны. Второй построен на сюжете, связанном с ломкой представлений о физических законах, которую вызвал падающий на Землю поток неизвестной энергии.
Повесть «Ксипехузы» написана значительно раньше, в 1887 г. Рони-старший предвосхитил в ней драматическую ситуацию, в которой очутились обитатели Земли, близкие к персонажам романа английского писателя Г. Уэллса «Война миров», но разрешает ее более оптимистично. Фантазия автора содержит в себе прорыв в новые области фантастики и будущее техники. Если у Г. Уэллса в конфликт с землянами вступают моллюскообразные пришельцы с Марса, то у Рони-старшего ксипехузы — существа, чей облик и поведение сегодняшнему читателю напоминают скорее кибернетическое устройство с кристаллоподобной структурой и лазерной установкой, способной испепелять предметы на расстоянии. Приходится только удивляться, как писатель смог создать образ того, чему в его время не было аналогов ни в природе, ни в научных разработках. Даже смутных представлений о принципах и о возможности построения компьютеров не существовало. Больше того, в оригинальном замысле автора содержится и такая мысль, что саморазвивающийся и управляемый бездушным разумом механизм по своей природе не может не быть враждебным человеку. Неконтактность ксипехузов губительна для людей, но вместе с тем она противоречит принципам земной жизни и таким образом таит в себе обреченность. Возникает конфликт: люди не могут мириться с агрессией, угрозой их существованию. На первый взгляд поражение людей в неравной схватке с неуязвимыми пришельцами неизбежно. Однако это только до поры до времени, хотя жизнедеятельность и поведение врагов недоступны пониманию людей. Автор умышленно переносит действие за тысячелетие до возникновения первых поселений, из которых впоследствии вырастут Ниневия и Вавилон-древнейшие цивилизации на нашей планете. Сражения кочевых племен с пришельцами разгораются в побоища гомеровского масштаба. О них читателю сообщает книга жреца-мудреца Бакуна, одного из центральных героев повести, который уже отказался от кочевой жизни, приручил быков и лошадей. Бакун взял на себя труд помочь отчаявшимся соплеменникам в их общей беде, изучить грозных пришельцев, найти способ общения с ними или возглавить борьбу за их изгнание. Его многолетние наблюдения и действия нашли отражение в «книге» доклинопис-ного периода, состоящей из шестидесяти гранитных плит. Она-то и донесла до грядущих поколений историю о том, как человеческий разум вышел победителем в сражении с неведомыми зловещими силами и спас племена от уничтожения.
Вера в мудрость человеческого интеллекта, его способность найти выход из самых затруднительных положений присуща творчеству Веркора. Наиболее значительным в этом отношении представляется роман «Люди или животные?» (1952). До его написания художник Жан Брюлер, инженер по образованию, был известен как автор повести «Молчание моря» (1942) — яркого художественного свидетельства о возникновении движения Сопротивления немецко-фашистским захватчикам. Повесть вышла под псевдонимом Веркор. В своих последующих книгах-романах «Оружие мрака» (1946), «Сила света» (1951), «Гнев» (1956), «Кругосветное путешествие» и «Господин Пруст» (1958), «Декабрьская свобода» (1960), «Сильва» (1961), психологических новеллах, в темпераментной публицистике писатель с разных точек зрения рассматривает проблемы человека и его связи с природой, хранительницей многих, еще не раскрытых тайн, источником подчас неоправданных страданий людей, сложности их существования. Единства человечества, по мнению Веркора, нельзя достичь, пока в мире существуют силы, стремящиеся пробудить в людях звериные инстинкты, провоцирующие кровопролития. Каков он, «гомо сапиенс»? — вопрос, на который писатель не находит ответа в буржуазной науке. Чтобы его получить, нужно общественную мысль направить на объяснение необыкновенного факта, случая, требующего безотлагательного решения. В романе «Люди или животные?» эта проблемная ситуация заостряется детективным сюжетом с фантастическим допущением.
Известно, что эволюционная теория английского естествоиспытателя Чарльза Дарвина обосновала общие истоки в происхождении человека и человекообразной обезьяны. Это научное открытие породило взрыв возмущения части ученых и богословов, а исследователь подвергся грубым и недостойным нападкам реакционеров всех мастей. Роман Веркора как бы воскрешает забытые конфликты. На Новой Гвинее в вулканическом обвале обнаружен кусок черепа неизвестного существа. Британские ученые Грим и его жена Сибила вместе с журналистом Дугласом Темплмором отправляются на место находки, чтобы освидетельствовать ее достоверность. Открытие может подтвердить существование промежуточного, связующего звена в цепи эволюции от обезьяны к неандертальцу. Результаты исследования сенсационны: в доселе недоступной местности обнаруживается целое племя необычных существ. Ученые называют их, используя греческую терминологию, «тропи» (среднее между человеком и обезьяной).