Холокост и православная церковь

Мы чтим память бесчисленных жертв нашего народа и всех тех людей, которые пали на поле боя, были убиты оккупационными войсками, умерли от голода, болезней и подневольного труда. Участники этой конференции будут особо вспоминать погибших во время Холокоста и других людей, ставших жертвами концентрационных лагерей. Освенцим, Треблинка, Майданек, Дахау, Собибор, Равенсбрюк — кажется бесконечным список мест, где были безвинно прерваны человеческие жизни. Наше сознание пронзает память об ужасах войны и геноцида. И нам необходимо сделать все, чтобы подобное не повторилось… Искренне убежден, что новые поколения ждет достойное будущее в том случае, если уроки Второй мировой войны будут постоянно в памяти у всех людей, независимо от их социального статуса, национальности, религиозных убеждений или уровня образования»36.
Накануне отмечавшегося в 2010 г. 65-летия Победы в Великой Отечественной войне Патриарх Кирилл вновь публично выразил свое отношение к Холокосту и еврейским жертвам Второй мировой войны. Первосвятитель отправил письмо президенту Российского еврейского конгресса (крупнейшей светской еврейской организации страны) Юрию Каннеру, в котором отмечал: «Ярким примером отстаивания исторической правды является проводимая вами работа по восстановлению мест, связанных с массовой гибелью евреев от рук фашистских оккупантов». Предстоятель Русской Православной Церкви также отметил, что «программа сохранения памяти о погибших безвинных людях заслуживает всяческой поддержки и сочувствия» и «наш общий долг не допустить инсинуаций в отношении памяти воинов, павших на полях сражений второй мировой войны, а также в отношении гражданского населения, на чью долю выпало пережить и ужасы военного времени, и античеловечность фашистского режима». Патриарх Кирилл поддержал проект Российского еврейского конгресса «Вернуть достоинство», посвященный поиску и приведению в порядок мест массовой гибели евреев от рук фашистских оккупантов на территории бывшего Советского Союза37.
Послание Первосвятителя было зачитано в мае 2010 г. на круглом столе в Мемориальной синагоге на Поклонной горе в Москве. Выступая на нем, Юрий Каннер сообщил, что Патриарх Кирилл предложил ему обсудить подробности сотрудничества Российского еврейского конгресса с Православной Церковью через отдел Московского Патриархата по взаимодействию между Церковью и обществом. Активизация диалога Русской Православной Церкви с еврейской общественностью по вопросу отношения к Холокосту началась после того, как в ноябре 2009 г. Святейший Патриарх Кирилл принял в Москве лидеров еврейских организаций России.
Некоторые приходские священники Русской Православной Церкви в последние годы также высказывали свое отношение к Холокосту, и даже принимали участие в создании монументов в память его жертвам. Так, например, 2 июля 2009 г. священник Свято-Троицкого собора г. Себежа Псковской области отец Петр освятил воссозданный к Дню города памятник, посвященный местным евреям, погибшим в гетто и концлагерях (он был установлен из не очень качественных материалов в 1950-е гг. и практически разрушился к 1980-м гг.). Священник активно поддержал и саму идею воссоздания монумента38. 10 ноября 2011 г. на церемонии открытия мемориала памяти 483 жертв Холокоста в поселке Любавичи Руднянского района Смоленской области выступил настоятель местного православного храма отец Владимир, рассказавший об обстоятельствах преследования и казни евреев Любавичей39 (в сентябре 2012 г. в этом поселке была открыта Аллея «Праведников народов мира» — жителей Смоленской области). 12 августа 2012 г. в мемориальной церемонии, посвященной 70-летию самого массового расстрела евреев на территории России в Ростове-на-Дону, приняло участие православное духовенство местной епархии40 и т. д.
Предлагаемая читателю монография является лишь первым шагом по исследованию избранной темы. Несомненно, что она требует дальнейшего углубленного изучения. При этом проблему отношения православных священнослужителей и мирян к Холокосту следует рассматривать как составную часть истории Поместных Православных Церквей в годы Второй мировой войны.
 
Автор благодарит за оказанную помощь в подготовке книги российских ученых Бориса Ковалева, Илью Альтмана, Леонида Тёрушкина, украинских историков Александра Круглова, Назара Давидовского, болгарскую исследовательницу Даниэллу Калкан-джиеву, израильского ученого Аркадия Зельцера и немецкого историка Клауса Бухенау.
 АНТИЕВРЕЙСКАЯ И АНТИХРИСТИАНСКАЯ СУЩНОСТЬ НАЦИСТСКОГО РЕЖИМА 
Хорошо известна антисемитская и антииудейская сущность нацистского режима в Германии, между тем она имела и ярко выраженную антихристианскую направленность. При этом две указанные составляющие нацистской идеологии были связаны между собой и в конечном счете имели одну основу. Обе конфессии — иудаизм и христианство — были неразрывно связаны библейской религиозной традицией и вызывали равную ненависть нацистских вождей, стремившихся создать «новую религию», основанную на совершенно других — расовых принципах.
С самого момента своего возникновения национал-социализм не был чисто политическим движением. Значительная часть его создателей и руководителей воспринимали нацизм как новое мировоззрение и в конечном итоге основу для новой веры, которая расчистит себе путь пропагандой и насилием и придет на смену всем религиям мира. Уже в год основания (1920) национал-социалистической германской рабочей партии (НСДАП) в ее программе «25 пунктов» было заявлено, что она «представляет точку зрения позитивного христианства»41. Так впервые прозвучало одно из возможных названий нового религиозного учения, постепенно, вплоть до 1945 г., создаваемого нацистами и ставшего существенной составной частью их идеологии.
В первые годы нацистского движения идеолог НСДАП Альфред Розенберг пытался внести определенную долю христианских принципов в партийную программу. Однако уже вскоре они были заменены на такие «позитивные» аспекты, как расизм, возрождение нордических ценностей, культ сверхчеловека. Расистская и антисемитская идеология А. Розенберга начала оформляться после провала мюнхенского («пивного») путча 1923 г. В это время он пришел к убеждению, что «еврейское национальное движение — лишь прикрытие еврейских планов мирового господства. Вейцманы, Ротшильды, Варбурги и Шиффы открыто угрожали бы мировой революцией и большевизмом, если бы им не отдали Палестину… Одним из главных его аргументов стало, что большевизм — это не самоцель, а лишь средство, используемое еврейским финансовым капиталом для разрушения существующего порядка»1.
В 1923–1927 гг. Адольф Гитлер написал и издал программное произведение «Майн кампф» («Mein Kampf» — «Моя борьба»), в котором однозначно подчеркивал свое видение нацизма как нового мировоззрения: «Для меня стало вне всякого сомнения, что новое движение лишь в том случае достигнет достаточной силы и выиграет бой, если оно с первых же дней своего существования вызовет в сердцах своих сторонников горячее убеждение, что для нас дело идет не о модном избирательном лозунге для ловли голосов, а о новом действительно великом миросозерцании»4243.
Значительная часть содержания книги Гитлера посвящена «еврейскому вопросу». В предполагаемой новой мировой общественно-государственной системе он не оставлял места для существования еврейской нации. Евреи представлялись в качестве главных виновников нестроений и бедствий во всех сферах жизни и деятельности человеческого общества. Это неприятие постепенно развивалось и перерастало в открытую ненависть, приобретавшую патологический характер: «Из расслабленного “гражданина мира” я стал фанатиком антисемитизма». Одна из причин этой ненависти крылась в еврейском, по мнению Гитлера, происхождении марксизма: «Если бы марксизм стал основой всего мира, это означало бы конец всякой системы, какую до сих пор представлял себе ум человеческий. Для обитателей нашей планеты это означало бы конец их существования. Если бы еврею с помощью его марксистского символа веры удалось одержать победу над народами мира, его корона стала бы венцом на могиле всего человечества. Тогда наша планета, как было с ней миллионы лет назад, носилась бы в эфире, опять безлюдная и пустая. Вечная природа безжалостно мстит за нарушение ее законов. Ныне я уверен, что действую вполне в духе творца всемогущего: борясь за уничтожение еврейства, я борюсь за дело божие»44.