Тайна венецианского купца

– При чем тут ты?
– То есть он ей написал, но телефон-то у меня…
– Выключи телефон!
– Надя, ты не хочешь со мной разговаривать?
– Выключи тот телефон немедленно! – рявкнула Надежда Николаевна. – Ну? Выключила?
– Выключила… Думаешь, он и меня найдет?
– Не найдет, – отмахнулась Надежда. – Ты-то ему зачем? Ну что там он написал?
И Машка добросовестно пересказала все три сообщения, на этот раз ничего не перепутав.
– Знаешь, по времени все сходится. Но почему она честно мне не сказала, что ей нужен телефон? Тогда бы…
– Тогда бы он все равно ее убил… – пробормотала Надежда Николаевна, – потому что… Скажи, ты ничего не слышала про аксолотлей?
– Чего? Каких еще ак… сак… в общем, что ты несешь?
– Да так, мысли вслух…
Мария обиделась: она про убийство говорит, а у Надежды какие-то, прости Господи, аксолотли в голове! Мысленно это слово удалось выговорить, но толку-то…
– Ладно, – сухо заметила она, – у меня звонок по второй линии. Наверняка из издательства беспокоят. – И поскорее нажала кнопку отключения.
Звонили действительно из издательства: Марианна, секретарь главного редактора, грозно вопросила:
– Госпожа Рыбникова, вы не забыли, что у вас через сорок минут встреча с Вячеславом Сергеевичем?
Марианна была жуткой стервой, это в издательстве знали все, и даже до Марии кое-что доходило. Авторов она презирала за исключением очень немногих, самых известных, остальных даже по имени никогда не запоминала, оттого и называла господами, в ее устах это звучало издевательски.
Раньше Мария всполошилась бы, запаниковала, принялась бестолково извиняться, теперь же ей вдруг захотелось ответить, как говаривал когда-то в шутку ее дед: «Господа в семнадцатом сбежали!»
Но она сдержала порыв и как можно спокойнее ответила, что помнит о встрече и будет вовремя.
Если Марианна и удивилась, то виду не подала. Мария же взглянула на часы, поняла, что нужно поторопиться и, вызвав такси, достала из пакетов вчерашние покупки. Бросив на себя взгляд в зеркало, она не могла не признать, что новый образ вполне себе ничего. А главное: теперь не надо накладывать макияж, что, честно говоря, получалось у нее не слишком хорошо.
Однако что-то было не так, и Мария сообразила, что дело в сумке. Скучная, унылая, преподавательская сумка ну никак не подходила к нынешнему виду, и Мария выкопала из кучи вещей, валявшихся в прихожей, яркую матерчатую торбу. Откуда она взялась? Вроде бы Надежда что-то в ней приносила и оставила. Вот сейчас и пригодилась. Но вообще-то сумку надо купить…
Время поджимало, так что Мария просто вывалила все из своей сумки в торбу и выбежала из квартиры.
Остановившись у подъезда, она огляделась. Такси пока не было видно… Впрочем, каждый раз одно и то же – обещают подать машину через пять минут, а она приезжает хорошо если через десять.
В эту минуту, мягко шурша шинами, к ней подкатила большая, красивая черная машина. Дверца открылась, из салона выглянул представительный мужчина с седыми висками и проговорил:
– Такси вызывали?
Мария шагнула было к машине, думая, что первый раз в жизни видит такого представительного таксиста… а в следующее мгновение в голове зазвучал голос, удивительно похожий на голос ее подруги Нади Лебедевой.
«Машка, не бывает таких таксистов! Он похож на дипломата, или директора крупного банка, или композитора Раймонда Паулса в молодости… да и такси таких не бывает! Это же дорогая машина представительского класса!»
«Да ладно тебе, – мысленно возразила Мария внутреннему голосу. – Вечно ты подозреваешь какие-то подвохи и заговоры. Ну кому я нужна?»
«Глаза разуй! – строго прикрикнул Надин голос. – Надо же хоть немножко соображать. Раз с тобой в последнее время такое происходит, то…»
Соглашаться с подругой ужасно не хотелось, но Мария все же притормозила на полпути к машине, а в следующее мгновение пригляделась к представительному таксисту и осознала, что уже видела его. Причем при самых подозрительных обстоятельствах.
Именно он подошел в кафе к столику рыжей женщины, телефон которой Мария невольно присвоила. Тогда он, конечно, одет был попроще и не так бросался в глаза, но у Марии взгляд писательский, приметливый… Этот тип на мгновение задержался возле рыжей, а когда к ней подсела Мария, рыжая была уже мертва.
 
– Садитесь, женщина! – проговорил «таксист» и изобразил подобие улыбки.
– Ой, нет, мне нужно домой вернуться… – пролепетала Мария и попятилась. – Я, кажется, воду забыла выключить… Соседей зальет, боюсь, надо проверить…
Внезапно мужчина выскочил из машины, шагнул к ней и уже протянул руки, чтобы схватить, втащить в машину и…
Перед глазами встало мертвое лицо его рыжей жертвы. И Мария метнулась в сторону.
Однако мужчина ее каким-то образом опередил, отрезал путь к подъезду и прошипел сквозь зубы:
– Садитес-сь, я говорю!
Как назло, рядом не было ни души. Вот, казалось бы, дом большой, и во дворе всегда куча народу – то дворник метет, то управдом куда-то идет, то дети из школы возвращаются, то мамаши с колясками… А бабушки куда подевались? Все лавочки пусты!
В эту минуту, откуда ни возьмись, появилась небольшая рыже-белая собачка – джек-рассел-терьер Снупи, проживавший с хозяйкой в том же подъезде, что Мария. Терьер подскочил к фальшивому таксисту, громко залаял и вцепился в его штанину. Тот от неожиданности попятился, споткнулся и чуть не упал.
В то же время перед подъездом возникла хозяйка Снупи, немолодая девушка Людмила.
– Снупи, разбойник, ты что вытворяешь?! – прикрикнула она на своего питомца, но, повернувшись к жертве нападения и разглядев дорогой костюм, благородные виски и представительскую машину, залебезила: – Извините его, он такой невоспитанный! Надеюсь, он вас не укусил? Он вам не порвал брюки? Если что, пойдемте ко мне, я вам все быстренько зашью…
Мужчина скривился и отступил дальше.
Тут же из-за поворота подкатила видавшая виды коричневая «Шкода», из нее выглянул смуглый водитель и воскликнул, сверкнув многочисленными золотыми зубами:
– Дэвушки, такси! Кого из вас везем?
– Меня! – с облегчением выпалила Мария и, не раздумывая, плюхнулась на пассажирское сиденье.
Выглянув в окно, она увидела, как подозрительный лощеный тип оторвал от себя Снупи и отбросил его метра на два в сторону, но тот успел его цапнуть еще и за руку. Хозяйка терьера, перестав заигрывать с интересным мужчиной, подскочила к песику, убедилась, что он не пострадал, и высказала его обидчику все, что думает о мерзких людях, которые обижают братьев наших меньших. Впрочем, отвратительный тип ее не услышал: он сел в машину и газанул, при этом нарочно въехал в лужу, обрызгав обоих с ног до головы грязной водой.
– Гад какой! – Мария со вздохом выпрямилась на сиденье.
– Муж, что ли, бывший? – осведомился таксист.
Мария хотела огрызнуться, что это не его дело, но вспомнила, что он буквально спас ее от похищения и даже чего похуже, поэтому ответила:
– Не то чтобы муж, но… в общем, бывший.
– И чего ему надо?
– Да черт его знает! – в сердцах воскликнула Мария, войдя в роль. – Ну сам посуди. Встречались мы, то да се… а потом начал командовать: делай то, не делай это, туда не ходи, это не носи… А какое ему дело? Квартира у меня своя, зарабатываю сама, на шее у него не сижу, денег не прошу, чтобы такое от него слышать. Ну я и сказала: раз такое дело, пошел ты лесом вместе со своими деньгами и машиной. А он не согласен…
– Правильно сделала, что послала его, – сказал таксист. – Ты – женщина умная, самостоятельная, по тебе сразу видно, так что командовать собой никому не позволяй. Однако, какой настырный этот мужик. За нами едет…
– Точно? – Мария едва сумела скрыть страх.
– Точно, я номер машины запомнил.
Мария осторожно повернулась и, стараясь тоже запомнить номер, нерешительно спросила:
– А нельзя ли от него как-нибудь оторваться?
– Можно! Для такой женщины, как ты, – все можно! – обрадовался таксист и свернул в ближайший переулок.