Невеста волка (СИ)

- А что взамен? - мои ресницы чуть дрогнули, одновременно с этим губы мужчины расплылись в напряжённой улыбке, он медленно убрал руку, которой всё это время гладил мой живот и немного приподнялся.
- Ничего из того, что я не мог бы потребовать от тебя. Будь послушной, причём, не только в сексе, говори правду, о чём бы я ни спросил и принимай меня без сопротивления тогда, когда я захочу тебя.
Он приподнял брови, ожидая ответа, но я не могла произнести ни слова.
- Если боишься моего волка, - тем временем снова заговорил, видимо, так объяснив для себя моё молчание, - я буду сдерживать его. По крайней мере, пока ты полностью не привыкнешь ко мне.
Он был прав, волк, в которого превращался этот мужчина, пугал меня так, что даже сама возможность увидеть его снова, заставлялась сердце пропускать удары. Но, как это ни странно, существовало кое-что вызывающее во мне ещё большую панику. Мысль, холодной занозой застрявшая в голове с тех пор, как вчера я очнулась в пещере и которую я всеми силами пыталась отогнать от себя. В тот момент она казалась даже более жуткой, чем страх больше никогда не увидеть своего дома.
Я подняла руку и медленно дотронулась до раны на своей шее. За последние сутки все ссадины, синяки и следы обморожения на теле необъяснимым образом исчезли, даже потрескавшиеся на морозе губы снова стали абсолютно гладкими. Вот только след от укуса почти совсем не изменился. Кровь оттуда больше не шла и его края едва заметно затянулись, но это всё.
- Эта рана… - всё-таки решилась спросить, мучительно подбирая слова, но описать ими собственные ощущения оказалось не просто, - она необычная, я чувствую жжение и пульсацию. Вы укусили меня и… теперь… - нервно сглотнула и, собравшись с силам, выдохнула, - я стану такой же, как вы?
И только когда произнесла это вслух, действительно, поняла, в какой опасности нахожусь.
- А кто я по-твоему? - скривив губы в едкой усмешке, после минутной паузы поинтересовался он.
- Вы двуликий, оборотень, - сразу почти шёпотом, не отрывая от него ясного взгляда всё-ещё слишком напуганных глаз, отозвалась я.
И снова в воздухе повисло глухое молчание, он не спешил что-то объяснять и теперь сам коснулся пальцами моей раны. От этого прикосновения я снова вздрогнула, только теперь сильнее и заметнее, чем, когда несколько минут назад он дотронулся до ноги.
Очертил небольшой круг, слегка надавил и тут же волна возбуждения воском разлилась по телу. Ещё сильнее сжала бёдра, вцепилась пальцами в шкуру животного, на которой сидела и замерла, натянутая как стрела со страхом хотя бы как-то выдать свою реакцию.
Он сам в этот момент выглядел спокойным, даже сосредоточенным, как будто размышлял о чём-то, но по тому, как раздувались его ноздри почуявшего жертву хищника, я поняла, что о моём возбуждении ему известно.
- Должно быть, тяжело испытывать к кому-то похоть и одновременно с этим отвращение, - он смотрел на мою рану, а потом перевёл взгляд изучающих глаз прямо на меня, - Так недалеко и до того, чтобы начать презирать саму себя.
Медленно провёл ладонью по плечу, затем всей руке и накрыл побелевшие от напряжения костяшки моих пальцев. Я с силой до звёздочек перед глазами сжала веки и облизала внезапно ставшие сухими губы. Мне нужно было сосредоточиться, продолжить разговор и выяснить, что меня ждёт… вот только хотелось совсем другого. И он был прав, кажется, я, и правда, начинала презирать саму себя.
- Что тебе известно о двуликих? - внезапно прозвучал вопрос, который всё-таки заставил пусть ненадолго, но вернуться к реальности, разлепить глаза и на несколько мгновений, пытаясь вспомнить, уставиться в невидимую точку на противоположной стене пещеры.
- Вы превращаетесь в волков в полнолуние, вас можно убить серебряными пулями и тот, кого вы укусите, становится таким же, - наконец, повернувшись, выдала на одном дыхании всё, что когда-либо слышала о них.
Пока я говорила, он внимательно наблюдал, затем несколько секунд не мигая вглядывался в меня и вдруг неожиданно рассмеялся.
 
- Кто-то смотрел слишком много фильмов, - оскалился, обнажая ровный ряд белых с теперь уже чуть удлинёнными клыками, зубов, - всё, что ты сказала, сказки. О том, что для оборота полная луна не обязательна, тебе и самой теперь известно, серебро для нас также безвредно, как и обычные пули, а стать оборотнем нельзя, им можно только родиться.
Услышав его последние слова, я облегченно и, наверное, гораздо заметнее, чем хотела бы, выдохнула. Ещё несколько раз глубоко вздохнула и уже в следующую секунду почувствовала, как он небрежно стряхнул с моих плеч прядь волос, указательным пальцем провёл по подбородку, после чего сжал его, не сдавливая, а только ограничивая движения и заставляя посмотреть на себя.
- Так что, моя маленькая напуганная мышка, теперь мы договорились?
Судорожно сглотнула.
Мой отказ ничего не изменит. Он ведь итак, и без моего согласия, возьмёт то, что хочет, как сделал это вчера… но вопрос даже не в этом, а в том, чтобы добровольно по собственному согласию впустить в себя чудовище.
Тем временем, продолжая касаться подбородка, он провёл твёрдыми пальцами по моим губам. Такое неожиданно нежное прикосновение и снова кровь быстрее побежала по венам, прилила к лицу, делая его, наверное, пунцовым.
Всего лишь внушение… как ни странно, эта мысль успокаивала, снимала ответственность за то, что происходило с моим собственным телом. Вот только додумать её до конца я не успела.
Уже в следующую секунду мужчина нагнулся, коснулся губами моего рта и, заставляясь его раскрыться под требовательным натиском, поцеловал. Всё происходило долго, а, может быть, просто так казалось, но в какой-то момент, наверное, я всё-таки потеряла остатки разума, потому что мне и самой стало хотеться, чтобы поцелуй не прекращался. Интересно, как, живя в этой необитаемей пустыне, можно научиться так целоваться?
- Договорились? - повторил он, тяжело дыша и, наконец, отрываясь от моих губ, которые я тут же автоматически облизала, проглатывая его запах.
- Да… - я и сама не поняла, как сказала это.
Упираясь лопатками в стену, слегка откинула голову назад, он обхватил её руками, запуская пальцы в волосы и сам нагнулся к ним, глубоко вдыхая. Затем потёрся носом о мою щёку и слегка отстранился, всматриваясь в глаза.
- Назови меня по имени, - вдруг попросил он. Причём, именно попросил, а не потребовал, хотя и продолжая при этом гипнотизировать тёмным с золотыми всполохами взглядом.
И снова я сначала сказала и лишь, услышав собственным голос, поняла, что именно только что сделала.
- Бран… - охриплым шёпотом, не отрывая от него взгляда, выдохнула я.
Опустила глаза, но, даже несмотря на то, что солнце, скорее всего, уже почти село, сгустив темноту в пещере, всё-таки успела заметить широкую улыбку, мгновенно мелькнувшую на его лице. Пусть так. Утром ко мне вернётся моё сознание и все его манипуляции с ним исчезнут. Тогда я снова стану собой, а пока…
- Мина… девочка моя…
Он гладил мои волосы, покрывал поцелуями лицо и шею, сдавливал плечи и шептал что-то ещё, слова, которые я уже не могла разобрать.
Отстранился от меня на несколько секунд, но только для того, чтобы стянуть с треском рвущейся ткани тунику, оставляя моё тело полностью обнажённым, бросить её куда-то в сторону, взять меня на руки, прижать к себе и осторожно более удобно положить на мех.
В полумраке я видела как он расстёгивает ремень, снимает брюки, так же, как и я, полностью раздевается.
- Ты невероятно красива, - поймав мой заворожённый взгляд, едва заметно качнул головой, улыбнулся и снова опустился ко мне.
Заставляющие задыхаться ласки, поцелуи и прикосновения продолжились. Он касался губами сначала шеи, затем ямочки между ключицей и, наконец, груди.
Мои пальцы как-то сами собой скользнули в его оказавшиеся такими жёсткими на ощупь волосы и, как только он дотронулся до влажных складок между моих ног, впились в них.