Плоды мести (СИ)

Турон кивнул.
— Я смотрю, ты хорошо успела изучить историю нашего королевства, прибыв «пару дней назад» всего лишь по «торговым делам», — скривился он. — Тебя, гоблин, прогонять не стану, но все же советую вместе с приятелями покинуть остров, пока слухи не поползли. Позже сможете вернуться, когда все поутихнет. Тебе, девка, дарую прощение, но на острове не задерживайся, чтобы снова не прогневить меня.
С этими словами он вышел, так и не подумав извиниться. Ему и так еще объявлять об отмене поединка. Солдатня будет роптать, и ее придется чем-то задобрить.
«Да уж, король-подкаблучник», — улыбнулся своим мыслям гоблин, глядя на удаляющуюся спину Турона. — «С такой женой попробуй поспорить. Интересно, Турон всерьез рассчитывал, что Усино ничего не узнает?»
— Наверное, сейчас мы видели их настоящих, — произнес Гарб вслух. — Они наконец выглянули из-за ширмы кодексов, за которой обычно прячут свои истинные чувства. Весьма любопытно, я считаю, и опасно.
Он обернулся к Рати, чтобы поделиться и другими своими мыслями, но слова застряли у него в горле. Девушка ощутимо дрожала.
— Эй, ты чего? — взволнованно спросил шаман, подходя ближе.
— Я чуть не бросила ему прямой вызов, — обхватив себя руками, сказала хапуга, не поднимая головы. — Он бы меня просто втоптал в пол прямо здесь.
— Я бы не дал… — начал было гоблин, но умолк.
Дрожь не прекращалась, и Гарб почему-то разволновался не на шутку. Он не знал, как в таких случаях принято поступать. Будь это друг, его можно было бы похлопать по плечу или попробовать пошутить на отвлеченную тему. А тут самка, к тому же не слишком-то дружелюбная. Рати подняла на него заплаканные глаза, и он, повинуясь какому-то безотчетному желанию, положил ладонь ей на плечо.
— Отвали, дубина, — беззлобно сказала она, и Гарб тут же убрал лапу. — И даже на тень мою не смей наступать!
Гоблин наморщил лоб, пытаясь понять смысл сказанного. Свет падал так, что тень девушки лежала в стороне от него, и он никак не мог на нее наступить… А! Это образное выражение, наверное.
— Сейчас принесут одежду, и можешь быть свободна, — сказал он, сглотнув.
Во рту отчего-то пересохло.
— Размечтался, — Рати уже вытерла слезы и успокоилась. — Я плыву с вами.
— Почему? — удивился Гарб. — Посох я тебе все равно не отдам.
— Потому что я тебя выбрала, моорх!
С этими словами девица порывисто обняла шамана за шею и впилась губами в его губы. Поцелуй, казалось, длился вечность, за которую ноги гоблина предательски подкосились, и он чуть не упал.
Обалдело смотрящий из дверного проема на творящееся безобразие Аггрх расплылся в глупой улыбке.
  
Глава 16
 
Гобелинское племя хапугов берет свое название от злобного божества по имени Быр-Хапуг. Название говорящее, потому что хапают они все, до чего дотягиваются их мерзкие лапы.
Из записей Жиля Дыреца, искателя приключений
Не билась со звоном посуда, не сверкали яркие молнии и даже не сотрясались прочные каменные стены. Просто шла самая обычная дуэль взглядов, а также мыслей и периодически озвучиваемых красочных эпитетов, коими награждали друг друга оппоненты. Вечерело.
В одном углу комнаты у окна стоял набычившийся светлый эльф. В противоположном у двери заняла позицию хапуга, принявшая нарочито расслабленную позу. Между ними посреди помещения, примирительно расставив руки в стороны, в качестве буфера разместился здоровенный орк в наспех залатанном нагруднике.
Зеленокожий не пожелал расстаться со старой броней и сам сделал латку, кое-как ее прикрепив. Защитные свойства такого нагрудника вызывали сомнения, но, когда ему об этом говорили, Аггрх реагировал на такие заявления в чересчур грубой даже для себя манере. Потом смягчался и сначала демонстрировал непробиваемую кольчужную рубашку из мифрила на теле, а потом пускался в пространные философские рассуждения о сентиментальном значении некоторых вещей. До конца никто и ни разу не рискнул дослушать, чего орк, впрочем, и добивался.
 
Воин в прямом смысле слова был на голову, а в случае Адинука — на полторы, выше конфликтующих сторон, но чувствовал себя под перекрестным обстрелом на редкость неуютно. Пока его присутствие удерживало обе стороны от драки, но битва могла разгореться в любой момент.
— Ты с нами не поедешь, — упрямо повторил Адинук, поигрывая мечом и искоса поглядывая на порт, в котором уже стоял готовый к немедленному отплытию красавец окирош.
— Поеду! — топнула ногой Рати и положила руку на эфес шпаги.
Хапуга успела принарядиться: Усино позаботилась, чтобы ей подобрали и выдали походное снаряжение. Так что теперь девушка могла похвастаться добротными новенькими сапогами, хорошей рубахой из белого шелка, темным кожаным жилетом с большим количеством карманов и штанами из прочной свиной кожи. Украшала прелестную головку широкополая фетровая шляпа с пером.
Девице вернули нож и зачем-то даровали эльфийскую шпагу с непременной рунной вязью на клинке. Скорее всего, трофейную. Рати презрительно покрутила ее в руках, но отказываться не стала и прицепила ножны на перевязь. Изорванная маскировочная одежда отправилась в походную сумку вместе с некоторыми припасами.
— Девочки, девочки, не надо ссориться! В этом доме будут только рады, если вы друг другу глотки перегрызете! И ставки сделают! — попытался вмешаться Аггрх, не забывая при этом подтрунивать над оппонентами в попытках разрядить обстановку.
С обеих сторон его тут же одарили одинаковыми гневными взглядами.
— Не поедешь, а поплывешь, как чайка по болоту, — нахмурился эльф. — Аггрх, ты на чьей вообще стороне? Это же хапуга! Льонас забыл, что ли?
— Я с Гарбом. Он вбил себе в голову, что ее надо взять, так что я уже смирился, — тяжело вздохнул орк, — но, если меня случайно прирежут во сне, я ему, конечно, не прощу.
— Зачем сразу прирежут? — обиделась Рати. — Есть же много других способов. Например, можно взять подушку и…
— И заткнуть ей свой рот! — чтобы перебить девушку, Адинук едва не перешел на визг. — Мы и так знаем, что все хапуги — коварные и жестокие убийцы. Поэтому и не хотим иметь с тобой ничего общего.
Рати картинно покатилась со смеху.
— Чья бы паучиха шуршала! — фыркнула она. — Народ троу слишком многому нас научил. Мы не виноваты, что вы такие хорошие учителя.
— Гнусь и погань! Я давным-давно отрекся от темных обитателей Подземья и уже доказал свою преданность, — гордо парировал эльф. — И вообще, я сам теперь светлый.
— Гарбу об этом только не напоминай, бледный! — прибила аргументом девушка.
Бард погрустнел, осознавая ее правоту.
— У нас с ним даже мысли начали сходиться. Я его люблю и буду теперь сопровождать везде! — продолжила наступление обладательница каштановых кос. — Ты сам-то когда-нибудь любил?
— Да я и сейчас… — проронил Адинук, смущенно улыбнулся, вдруг ушел в глубокую задумчивость и перестал реагировать на окружение.
Аггрх выдохнул и опустил руки. В таком состоянии эльф мог пребывать часами, так что опасность с виду миновала. Или быстро отомрет и пойдет писать очередную балладу, или через часок такого ступора уйдет к себе в комнату и выпустит паучиху из сумки, чтобы, вероятно, найти утешение в ее объятиях. Орк представил, как огромные черные паучьи лапы ласково скользят по полуобнаженному телу Адинука, и весь передернулся от омерзения.
— Так что там Гарб, собирается? — спросила Рати, увидев, что воевать больше не с кем. — Я стучала, но он не открывает.
— Он собирался по Шеолу погулять, — зевнул воин, — так что его лучше не беспокоить. К утру выйдет, я думаю, а там как раз с приливом и отчалим. Вздремни пока.
***
Гарб попросту спрятался в своих апартаментах, испытывая крайнюю степень смущения. Признаний такого рода ему еще не делали. По крайней мере, глаза в глаза. Все его приключения начались из-за внимания со стороны самки, но тогда о чувствах малышки Тыри он узнал только от своего старого учителя, а сам с ней никогда даже не разговаривал.