Авантюрист. Русская Америка (СИ)
— По поводу производства я думаю что вопрос решаемый, но вот с медью проблемы, у нас она по прежнему привозная из Мексики и Китая. Чтобы нам получить достаточное количество меди, нам нужно, наконец, получить сухопутный путь в Мексику. Ортега говорил что там на севере есть месторождения, нам нужно их контролировать и не зависеть от сепаратистов. Проработайте план, как мы можем поставить их под свой контроль.
— Хорошо, господин президент.
Интерлюдия 7
Двадцатое февраля тысяча восемьсот восьмого года. Французская империя. Париж, улица трех братьев, 4.
— Месье Жан Самуэль Паули?
— Да, месье, это я. Чему обязан?
— Меня зовут Анри Франсуа Булле, я служу в ведомстве господина Кларка, и здесь по его личному поручению.
— Приятно познакомиться, позвольте узнать, что же понадобилось господину военному министру от моей скромной персоны?
— Господин министр хочет, чтобы вы изучили один образец оружия и составили о нем мнение.
— Весьма польщён. Но я не был представлен господину министру. Почему ему понадобилось мое мнение?
— Господин министр не только вам поручил ознакомиться с образцами. Подобные задания получили несколько оружейников в Париже.
— Как интересно, позвольте узнать, кто еще?
— Боюсь что это не целесообразно.
— Хорошо, так, где это оружие?
— Сейчас месье, но сначала вы должны подписать бумагу о том, что эту работу будете вести в полной секретности.
— Все интереснее и интереснее, месье Булле, давайте бумаги.
Чиновник военного министерства достал заготовленные бумаги и Паули погрузился в чтение. Удивившись вознаграждению в целых десять наполеондоров, инженер подписал бумаги.
— Готово, месье, — сказал он Булле.
— Одну минуту.
Анри Франсуа вышел и вернулся с длинным деревянным ящиком в руках.
— Куда я могу положить ящик, месье? — осведомился чиновник.
— Давайте его на верстак, месье.
В ящике оказались два мушкета и пистолет очень достаточно необычного вида. Помимо них там же лежали и странный сверток, перевязанный бечевкой.
— Позвольте, я вам покажу, — сказал Булле. Он взял один из мушкетов в руки и откинул крышку в районе спускового крючка, — это оружие доставлено из Испании, месье Паули. Оно заряжается уже готовыми патронами. У вас же есть место, где можно проверить его?
— Конечно, я же оружейник. Пойдемте, я покажу.
Булле положил оружие обратно в ящик и мужчины прошли на задний двор, где у Паули был обустроен небольшой тир. Булле зарядил оружие и сделал выстрел, а затем еще один.
— Испанцы научились производить такое великолепное оружие? Это изумительно, — сказал Пали, когда они вернулись в мастерскую.
— Нет, месье, это оружие доставлено из Мексики. Это так называемая флоридская винтовка, она нарезная.
— Еще удивительнее. И военному министерству Императора требуются мои выводы касательно возможности производства этого оружия и патронов к нему?
— Все верно, этого нет в бумагах, которые вы подписали, на основании мнений сделанных оружейниками, военное министерство выберет будущего исполнителя большого заказа для армии.
— То есть, решение о производстве этого оружия уже принято?
— Именно так, месье. Его достоинства очевидны.
— Вы абсолютно правы.
— Что ж, месье Паули, не смею более злоупотреблять вашим гостеприимством. К первому апреля мы ждем ваши выводы.
Месье Паули свой доклад предоставил намного раньше и первым. Как потом оказалось, устройство самой винтовки как раз не вызвало никаких вопросов. Другое дело патрон, он стал настоящим камнем преткновения для всех, кроме месье Паули и его компаньона, месье Прела.
Они сразу поняли, что главное в этом патроне это инициирующее вещество, а именно бертолетова соль и предложили вместо неё использовать гремучую ртуть. Проведенные эксперименты показали их правоту и вместе с докладом они представили собственный унитарный патрон и несколько переработанную флоридскую винтовку.
Оружие французского производства было представлено императору уже в конце марта и произвело на Бонапарта сильнейшее впечатление.
Это стало решающим для военного министерства и мае Паули и Прела возглавили департамент созданный для перевооружения армии империи на оружие и патроны нового типа и вскоре развернули массовое производство флоридских винтовок в Париже, Лионе и других крупных промышленных центрах империи.
Однако очень быстро выяснилось, что для перевооружения крупнейшей армии мира флоридская винтовка не годится, свинцовая пуля в медной оболочке оказалась настоящим бедствием для бюджета империи.
Для массовой армии, воюющей от Лиссабона до Дуная, флоридские винтовки и пистолеты не очень подходили, поэтому Паули существенно переработал это оружие в сторону его удешевления. Патрон получил обычную круглую свинцовую пулю, а само оружие лишилось нарезов ствола, превратившись из винтовки в гладкоствольное ружье.
Боевые качества сразу упали, но зато появилась возможность перевооружить всю армию на новое оружие. При этом пехотная гвардия получила именно винтовки, а конная нарезные карабины, пистолеты были гладкоствольными для всех. Кроме гвардейцев нарезным оружием вооружили егерские части, а в пехотных ротах ввели специальных целевых стрелков-снайперов.
Первыми массово перевооружились на новое оружие части воющие на Пиренеях, а затем и все остальные войска империи, став первой армией в Европе полностью оснащённой казнозарядным оружием.
Французы обогнали даже англичан, которые хоть и получили образцы флоридских винтовок еще раньше, но из-за экономических трудностей связанных с континентальной блокадой перевооружались медленнее.
К тому же, англичане были больше заняты другим проектом, который они зжатеяли так же под влиянием новостей из-за океана. Адмиралтейство проанализировало разгром английской эскадры у Барбадоса и фирма Болтона и Уатта получила крупный заказ на корабельные паровые машины и разработку проекта модернизации кораблей всех классов, от корветов и шлюпов до линейных кораблей первого ранга.
Это для владычицы морей был наиболее приоритетный проект, все-таки именно гегемония на море и была основой благополучия королевства, и если флот его величества не сможет оставаться сильнейшим, это приведет к краху.
Еще одной страной Европы, где начали массово перевооружать армию, стала Австрия. Там этот процесс совпал с военной реформой эрцгерцога Карла, который, как и император Франц мечтал избавиться от тяжелых последствий позорного Пресбургского мира и готовил австрийскую армию к новому витку противостояния с Бонапартом.
* * *В Северной Америке тем временем, продолжалась гражданская война в Новой Испании, на которую очень сильно повлияли события в Европе. После рейда калифорнийцев на Сан-Блас положение роялистов в Мексике и так ухудшилось. А уж когда информация о том, что состоялось Байонское отречение и испанским королем стал Жозеф Бонапарт дошла до Мехико, все стало совсем сложно.
Среди противников независимости произошёл раскол, часть из них заявила о непризнании новой власти в Мадриде и поддержке династии Бурбонов, другие напротив, заявили о лояльности новому королю.
Это привело к тому, что в конце июня тысяча восемьсот восьмого года началось полномасштабное наступление сепаратистов, в результате которого они захватили практически всю территорию Мексики, за исключением Веракруса и Мехико.
События на Пиренеях кроме того подстегнули активность англичан, которые вслед за захватом Флориды, начали планировать захват Кубы и еще одно вторжение в Вице-королевство Рио-де-ла-Плато.
Последнее было особенно важно для Лондона, там уже считали Калифорнию практически своей и для сохранения контроля над золотоносной провинцией требовались военно-морские базы на всем протяжении морского пути туда.
Кроме того англичанам требовался полный и безоговорочный контроль над мысом Горн и Магеллановым проливом, без преодоления которых было невозможно попасть в Калифорнию из Европы по кратчайшему маршруту.