Хозяйка Высокого замка 2. Обрученные магией (СИ)

— Ну же, просыпайся, — проворчал голос, и Северин вновь заморгала, поняв, что ей все еще с трудом удавалось держать голову вертикально и открыть глаза, чтобы разглядеть говорящего. Но когда зрение привыкло к царящему вокруг полумраку и глаза более не слезились, Рин едва не ахнула, разглядев в говорящем Ночного Кошмара.
— Ты! — рыкнула она осипшим от волнения голосом.
В ответ послышалось тихое хмыканье, а после Ночной кошмар встал со стула, на котором сидел до того момента, как Рин проснулась, и приблизился к ней. И шаг его был бесшумен, зато тень, словно появившаяся из ниоткуда в полутемном помещении, струилась змеей под его ногами.
— Да, это я. А вот кто ты? — проговорил он, остановившись от Рин в трех шагах.
Она оскалилась, жалея, что оказалась связана. Вот если бы ее руки были свободны. Несколько рун, и Кошмар был бы повержен. Сколько раз она представляла, как сражается с ним, не щадя своих сил? Миллион раз, не меньше. И каждый бой заканчивался ее победой. Она мечтала о том дне, когда Кошмар падет от ее рук, и Хозяйка Драконьей пустоши будет отомщена, как и весь их род. Но сейчас Рин была связана и обезоружена. Они попали в ловушку. Мир-Дэй должна была послушать ее и уводить заложников сразу в Рольтан, а не задерживаться в Эделинне, чтобы устроить собственный допрос без посторонних. Рин злилась, наблюдая, как вокруг расхаживал одетый во всё черное лорд-маг, сложив руки за спиной.
— Я так и не услышал ответ, — повторил он, остановившись позади Рин. Она напряглась. Не видеть своего врага — проиграть бой. А она не видела, но зато отчетливо слышала каждое слово, что он произносил. — Ну, что же, — вымолвил Ночной кошмар и вернулся, остановившись вновь в трех шагах от нее. — Придется узнать твое имя самому. Впрочем, как и все секреты, которые ты прячешь в этой чудесной головушке, — с издевкой проговорил маг и стянул с рук перчатки.
Северин вжалась в спинку стула, на миг заметив, как черные полосы-змеи ожили на его запястьях и задрожали, расползаясь в разные стороны. Еще несколько секунд, и его руки полностью почернели. Как и у леди Кроули.
Черное пламя, едва не погубившее ее, вновь запахло гарью, врываясь в память ужасающими воспоминаниями.
Рин задрала голову, одновременно с испугом и вызовом взглянув на мага. Тот оскалился и приблизился, поднимая руки над ее головой. Еще один шаг, и ладони легли на взъерошенные темные волосы, перепачканные сажей.
— Приступим, — прошептал Ночной кошмар и мощным ударом ворвался в голову девушки.
Рин знала, что в Исоре он носил имя Лорд-Дознаватель. Но она никогда и подумать не могла, что все тайны из врагов он добывал именно так — врываясь в их головы пронзительным и крушащим ударом. Северин закричала, погружаясь во тьму, в которую ее втягивал лорд-маг. В его собственный ночной кошмар.
* * *
Ее звали Северин, и ей исполнилось семь лет, когда ее мать, госпожа Драконьей пустоши и наследница рода Рольтанов, отправилась сражаться с лордами-магами на Рубеже. Та ночь была чернее самого черного цвета, который можно было только вообразить.
Северин была дочерью леди Дайаны Рольтан. Ее единственная наследница, которая оказалась в руках Аллана.
Он тяжело опустился на стул, который стоял напротив девушки, валявшейся на полу без сознания, и, почти не мигая, смотрел на ее бледную кожу, на растрепанные грязные волосы и запачканный пропахший дымом дорожный костюм и не верил собственным глазам. Нет, глаза могли подвести, но знания, добытые из памяти Северин, не лгали. Она столь ценный заложник, что Найт даже не сразу понял, как можно распорядиться этим знанием.
Забравшись в ее голову, Найт встретил мощное сопротивление. Маргов натаскивали на подобное, но без правильных рун, которые девушка явно не могла или не успела создать в своей голове, он быстро миновал защиту и ворвался в ее память. Найт вытаскивал все, что считал важным, даже то, что учителем у девочки тогда был некий Хатор, к которому Северин привязалась за долгие годы обучения. Или что у девочки совсем не было друзей, а росла она в небольшой комнатке на чердаке, и все свободное время, которого у нее было очень мало, девочка посвящала тому, что тайно выглядывала из-за серой шторки и рассматривала бродящих по узким улочкам прохожих. Многие из них были маргами и сражались с Исорой под руководством своей предводительницы леди Рольтан.
 
Аллан помнил ту ночь. Ночь, когда он сам едва не погиб, встретив мощное сопротивление маргов. И лишь помощь Маркуса помогла ему выйти победителем и выжить, пусть и магия настолько глубоко впиталась в его кожу, мышцы и кости, что теперь пожирала его каждый раз, стоило вступить в схватку.
Поморщившись от накативших воспоминаний, Найт встал и приблизился к Северин. Сейчас она была безоружна, но оставлять ее без присмотра он не мог. Однако Найту стоило поторопиться, чтобы рассказать все Маркусу и Габриелю. Вместе они решат, как поступить с предателем.
Убедившись, что пленница не выберется из темницы и тем более не сможет воспользоваться магией рун, он покинул темные подвалы замка и быстрым шагом направился в главную башню, где сейчас находились остальные. Перепрыгивая через ступени, Найт добрался до своих друзей примерно через десять минут, запыхавшись и вспотев. Прижавшись спиной к стене, он окинул внимательным взглядом топчущихся на пороге управляющего Ганса и старого мейстера Еннса. Оба были бледны, напуганы и не понимали, что должны делать. Они оглянулись, когда Аллан обратился к ним:
— Они все еще там?
Ганс, прочистив горло, отозвался:
— Да, господин. Они не выходили.
Аллан сжал кулаки и тяжело вздохнул. Слишком долго. С того момента, как все случилось, прошло несколько часов, а Маркус и Габриель так и не покинули покои леди Кроули. Жива ли она? Жив ли Маркус? Что там творит Габи, раз не может справиться с поставленной задачкой?!
Оттолкнувшись от стены, Найт направился к дверям. Ганс хотел было возмутиться, но, встретившись с хмурым взглядом лорда-мага, лишь покачал головой и отпустил, пропуская Найта вперед. Тот толкнул двери и вошел в комнату.
Здесь было темно. Лишь бледное свечение над кроватью выдавало присутствующих. Аллан замер в дверях и долго всматривался в мерцающий свет. Леди Кроули лежала в постели, рядом с ней, держась за руку, сидел Маркус, низко опустив голову и тяжело дыша. Подле стоял Габриель, и его руки были направлены на леди Кроули. Вдруг на кончиках пальцев вспыхнули искорки, которые тут же погасли. Габриель опустил руки и отошел. Маркус медленно поднял голову. В комнате стало значительно светлее.
— Как вы? — тихо спросил Аллан, приблизившись к постели. Он мазнул взглядом по уставшему, сосредоточенному лицу Армитеджа, после обратил внимание на истощенный вид Кроули, и лишь потом осмелился посмотреть на леди Аннабель.
Она спала. Так, по крайней мере, казалось. И Аллан надеялся, что так оно и было. Но Аннабель была так бледна, что кожа приобретала синевато-белый оттенок, дыхания почти не было заметно, как и иных признаков, что леди…
— Она же жива?
— Да, — прохрипел Маркус, продолжая держать ее ладонь.
И только тогда Аллан наконец-то смог увидеть, что руки Аннабель и Маркуса были черны, как ночь. Магия их связала. Магия стала общим проклятием.
Покачав головой, он перевел взгляд на Армитеджа.
— Что-нибудь можно с этим сделать?
Тот задумчиво посмотрел на товарища.
— Значит, нет, — вымолвил Аллан, вздыхая. — Но что будет с тобой? — теперь он обращался к Маркусу.
Но и Кроули предпочел отмолчаться. Все понимали — нужно время, чтобы понять, как поведет себя магия в теле леди Аннабель. К чему все это приведет.
— Ты что-то узнал? — спустя минутное молчание к нему обратился Маркус.
Аллан сжал кулаки и кивнул.
— Нам нужно многое обсудить, — отозвался он и обвел взглядом других магов.
Армитедж по привычке молчал, ожидая ответа Аллана, а Маркус даже не пошевелился, крепко держа хрупкую ладонь Аннабель.