Влюбилась в демона? Беги! – 2 (СИ)
― Нет, ― Настя расправила крылья, разминая затекшие руки, ― я не могу в это поверить. Он все время был с нами, он помог мне спастись от Леллеи!
― Вот только в это же время план другой хвостатой женщины почти осуществился. Вспомни, что стало с замком Дора и его подчиненными. Точнее, с замком его отца. Гранги пять лет подбирались, смогли втереться в доверие. Разве Карл не мог поступить так же?
― Если так думать, то любой из нас подходит на роль предателя…
― Ну, мы с тобой точно эти земли не собирались отвоевывать… Корвин с сестрой тоже не при чем. Север потерял жену…
― И как-то резко пришел в себя, ты так не думаешь? ― Настя удивленно замерла, словно мысленно смотрела на Севера совершенно под другим углом.
― Он знает о нашем брате, ― пояснила я, ― решила рассказать. Он тогда на моем плече рыдал, молчал и ни о чем не говорил. А затем спрятал эту боль глубоко внутри и если ты думаешь, что он забыл о ней, то ошибаешься. Он прекрасно все помнит, просто теперь скрывает эти эмоции глубоко, как и наша мама.
― Наша мама не только эмоции скрывала! ― рыкнула Настя, поднимаясь с пола. Она налила из высокого стеклянного графина немного воды в бокал и вернулась обратно к костру. На этот раз она села рядом, положила голову мне на плечо и тяжело вздохнула, ― нам нужно с ней поговорить! Думаю, раз она в курсе нашего отца, то проблем с переходом в другой мир у нее не будет.
― Это если она захочет к нему вернуться, ― я поняла мысли Насти, ― но тут не факт, что он захочет ее видеть. Мы же не знаем, что происходит между ними, к тому же, как говорят в народе ― осколки склеить можно, но шрамы все равно останутся. Но ты права ― принять наличие другого мира ей будет проще, чем мне.
Мы замолчали. Пламя постепенно разгоралось, его тонкие языки слега подрагивали из-за легких порывов ветра. Я смотрела на то, как множество теней соприкасались друг с другом, как образовывали единое целое, но всякий раз расходились. Отделялись, словно их разрывало на части.
Мы так же…
Вначале человек находит свое «целое» ― свой мир, в котором ему хорошо, комфортно. Мир, в котором он развивается, живет, учится, строит свое будущее. А затем с порывом ветра вас разделяет на неравные части. Чей-то кусок всегда больше. И тут дело не в материальных благах, а в душевных муках. Я уже давно не вспоминала Олега ― после событий, что произошли со мной, ценности меняются. Сейчас я думала о том, что в итоге моя жизнь изменилась так, как у него никогда не изменится. Но я поняла это, лишь попав в другой мир. Люди расстаются ― для нашего мира это стало нормой. Многие оставляют своих жен с детьми, многие заводят связи на стороне, а кто-то уходит из этого мира, погибая. В любом случае ― чей-то кусок всегда больше. Та сторона, которая уходит, та, которая предает, чаще всего не страдает. Боль всегда остается с тем, кому вогнали нож в спину.
Сейчас, сидя рядом с Настей, я понимала, что, несмотря на опыт и возраст, она еще совсем юна. Маленькая зубная фея, которая попала в страшную сказку. Ведь для нее это все сказка, что стала реальностью. Корвин ― демон. Безумно красив, влиятелен, жесток, но с ней он до ужаса милый ― он меняется, показывает эмоции и… И он ее действительно любит. Это та самая любовь, которая в нашем мире встречается редко ― она искренняя, честная, безвозмездная и открытая. Любовь, когда оба беспокоятся друг о друге, когда хотят сделать друг друга счастливыми, стать единым целым, поддерживая эту связь. Корвин ― взрослый, мудрый, сильный мужчина, который многому научит Настю, а она в свое время вдохнет в него силы, эмоции, которых ему так не хватает. Он ее не предаст. И она его тоже.
Я всегда знала, что чувства не вечны. И я не понимала, как долго они будут вместе, но знала точно, что оба будут честны друг с другом. А это самое главное. В нашем мире перестали следовать правилам чести. Многие просто понятия не имеют, что это такое ― уважение к себе, мужское слово и ответственность. Да, наш мир развит, магия смешалась с наукой, преобразовалась, трансформировалась, но чем больше прогресс, тем озлобленнее люди.
Встретить доброго, честного, искреннего человека сложно ― чаще всего, уже в более зрелом возрасте, мы видим людей, познавших горе, предательство. Людей, в которых еще торчит острие кинжала…
― Ты сейчас словно план по захвату мира строишь, ― шепнула Настя, выдернув меня из своих мыслей.
― Нет, что ты… Я думаю о том, что, несмотря на жестокость и опасность, этот мир более честный, чем наш. Но, может мне просто не везло, и я встречала не тех людей.
― Зато здесь ты встретила тех, кого надо, ― сестра вновь посмотрела на меня, наклонив голову на бок, ― что произошло у вас с Дором? Только слепой бы не заметил, что что-то не то.
― Он мне предложение сделал…
― ЧТО-О? КАК? ― сестра подпрыгнула на месте, отпрянула от меня, округлив глаза, не веря в то, что я сказала. ― И что ты ответила?
― Я отказала, ― печально улыбнувшись, я попросила Настю налить мне воды в стакан, ― сказала, что его предложение сделано на эмоциях. На самом деле я думаю, что после того, как он увидел, кто я, между нами ничего не может произойти. Мне кажется, он теперь и дотронуться до меня боится.
― Кать, ― сестра отдала мне стакан, ― что ты к нему чувствуешь? Только честно…
― Он мне нравится, ― в области горла сформировался комок ― тот самый, который не позволяет нормально разговаривать и сдерживать подступающие слезы, ― даже больше, чем просто нравится, и это так странно. Я смотрю на него и не понимаю, как это вообще возможно. Он словно рядом, но в то же время где-то очень далеко, будто на страницах книги. Да и я, если честно, боюсь снова замуж. Мы же друг друга совсем не знаем. Вообще не знаем! В моем понимании вначале надо пожить вместе, понять, все ли друг друга устраивает… А он сразу такой шаг ответственный делает… Не понимаю…
Сестра обняла меня за плечи, накрыла сверху крылом и шепнула на ухо:
― Мы с Корвином знакомы несколько месяцев. И оба понятия не имеем, что будет дальше. Особенно после того, как стало известно о моей родословной.
― Слушай, а что если Карла похитили? ― я ушла от неприятной темы, решив напомнить о проблеме. ― Такое возможно? Гранги же натравили Корвина на вампиров, так чего им стоит нашего дракона подставить?
― Я считаю так ― возможно все. Поэтому готовиться надо к любому удару. Даже если он последует со спины. А с Карлом мы разберемся.
Внезапно в дверь постучали, и она бесшумно открылась.
― Видар, ― Настя удивилась его появлению, а вот я нет. Оно было логично и правильно.
― Катя, ты не оставишь нас наедине?
Я прекрасно понимала, что им необходимо поговорить, вот только Настя этого сильно боялась. Ее руки предательски дрогнули, крылья раскрылись, а глаза выражали ужас.
Я обняла сестру и вышла из комнаты.
Им надо поговорить. Им необходимо познакомиться. В отличие от меня, Настя не помнит отца, ведь в нашем доме даже фотографий не сохранилось.
Закрыв за собой дверь, я решила немного пройтись. Ночью коридоры казались зловещими, страшными ― наполненными темнотой, тишиной и мельтешением пламени в спиртовой свече ― возможно, она и газовая, но разбирать конструкцию незнакомого мне прибора не хотелось. Раз горит, то все хорошо.
Где-то звучали голоса прислуги ― девушки что-то бурно обсуждали и тихонько хихикали. Со стороны кухни можно было заметить свет, ропот кухарки, почувствовать странные, манящие ароматы чего-то сладкого и, судя по всему, до ужаса вкусного.
Все готовились ко сну, в отведенных ванных помещениях лилась вода и точно так же можно было услышать голоса ― прислуга любит сплетничать, этого не изменить, но все равно в этом замке я не чувствовала злости или агрессии. Все как-то по-доброму, без раздражения и негативного отношения.
Идя вперед без цели, я спускалась по лестнице, думая о том, что произошло со мной за последние дни.
Кто бы мог подумать, что я встречу отца… Раньше, в детстве, я часто представляла, как найду его и врежу со всей силы по зубам, чтобы он на собственной шкуре почувствовал, что такое боль и страдание. Мы остались одни тогда, я видела, как плохо было маме, но не понимала, почему она никогда не отвечала на вопросы по поводу его исчезновения. В конечном итоге я подумала, что отец просто умер, но мама никогда не отвечала на вопросы, касающиеся этого человека. Вначале я его ненавидела, потом страдала от незнания, а потом просто забыла.