Волчок (СИ)
Влад потряс головой, не веря глазам. Это точно сон. Йур не мог быть здесь. Про его лесное убежище знали только двое. Влад ничего никому не говорил. Тогда… Неужели Север и правда оказался охотником до мозга костей, как Йур и предупреждал? А возвращение домой — пустое обещание, яркая приманка? А деревня? Зачем вести его туда и разыгрывать целый спектакль с ужином? Если они правда все верили что он оборотень, то разве не проще было его усыпить и привезти. Зачем Ивар все ему рассказал перед тем как вести к князю? Почему Север не поехал?
Вопросы не сходились с ответами. Он не хотел признавать, что так легко позволил себя обмануть; отказывался верить, что Север был неискренен, когда хвалил его за стрельбу из лука, когда рассказывал про единорога и когда всю дорогу терпеливо объяснял про Навь. Может обмана не было? Может никто не знает, что его упрятали сюда?
Несмотря на то что в городе было теплее чем за стенами, в камере было так холодно, что мокрая от пота футболка источала пар. Влад пересел к стенке, прислонившись к ней боком, обнял колени и спрятал в них лицо, вскоре провалившись в дрему.
— Они ничего не знают! — настаивала Анна. — Они думают, это был, ну… бешеный енот!
В этот раз стоявший под дверью маленький Влад понимал каждое слово.
— Енот?! — мужчина, споривший с мамой кричал. — Енот порвал ротвейлера? Ты сама-то это представляешь? А что если в следующий раз он нападет на....
— Не говори ерунды!
— Ты сама вообще уверена, что все было не наоборот?
— В каком смысле?
— Что если он хотел напасть на Павлика, а собака отпугнула его? И он решил ей отомстить?
Сон или воспоминание, что бы это ни было, оборвалось от легкого удара по бедру. Владу понадобились все силы, чтобы разглядеть рядом с собой на грязно-желтом сене похожий по цвету пирожок. Он решил было, что ему привиделось, но дурманящий запах печеного, хоть и остывшего теста выделялся в окружающей вони, точно пожар на складе фейерверков посреди ночи. Желудок заурчал и погнал слюну.
Рука сама потянулась к угощению, схватила и поднесла ко рту. Зубы вонзились в мягкое тесто, которое таяло во рту. По языку рассыпалось что-то мелкое и холодное. Влад опустил глаза и сжал пальцами надкушенный пирожок. Из теста полезли белые маленькие личинки, липкой массой падая на живот и расползаясь по складкам футболки.
Влад швырнул пирожок в стену и отполз в противоположный угол. Там перевернулся и склонился, чтобы изрыгнуть съеденных личинок, но ничего не получилось — тело будто уже не принадлежало ему. Боковым зрением он заметил, что за решеткой стоял человек. Конечно, это отец — он давно хотел избавиться от Влада. И наконец, доволен, что приемыш-монстр заперт, изолирован от нормальных людей.
Оставшаяся частица разума взбрыкнула из последних сил: «Так не бывает!». Влад затряс головой, зарычал и шлепнул себя по щеке. Пришлось сильно сосредоточиться, чтобы убедить себя, что все это галлюцинации.
Он ведь от скуки смотрел в интернете про необычные синдромы у обычных людей: синдром чужого тела, антропогенез, ликантропия… Да. Все это — слова из Яви, мира где есть интернет и живут простые люди. Он их не выдумал. Он — тоже простой человек и должен держаться за это знание как за спасительную веревку.
Обнадеженное и расслабившееся сознание захлестнуло новым воспоминанием.
Чужой человек проник в дом.
Пришел ночью и забарабанил в дверь. Влад услышал его еще на подходе к забору и разбудил родителей. Мама бросилась звонить в полицию, а отец сбегал в спальню и вернулся с пистолетом. Чужой человек выбил дверь, вошел в прихожую. Несмотря на сухую чистую погоду, его ботинки были покрыты шматками грязи и травы. Он посмотрел на Анну и попросил положить трубку, сказав, что он сосед и что он хочет забрать свою кошку с их крыши. Женщина положила трубку и отошла, вежливо пригласив к лестнице. Отец по просьбе чужака положил оружие на пол. Влад выглядывал из комнаты, понимая, что к ним пришел не сосед — соседи не выбивают двери. Но поведение родителей сбило его с толку. Встретившись глазами с незваным гостем, мальчик убедился, что тот пришел явно не за кошкой. Он захлопнул дверь своей комнаты, затем выдвинул из комода верхний ящик и повис на нем. Комод повалился и грохнулся четко под дверь.
— Влад, открой! — закричал отец из коридора, барабаня о двери. — Человеку нужно пройти. Эй! Не придуривайся! Я серьезно говорю!
Дрожа от страха, Влад попятился к кровати, затем бросился к окну, но не смог его открыть, потому что оно было привинчено уголками снаружи к подоконнику — мера безопасности для соседей.
Дверь в комнату затрещала от ударов. И вскоре чужой человек оказался внутри детской комнаты. Он гневно осматривался, мечась взглядом по изорванным обоям, погрызенной мебели и рваным плюшевым игрушкам. Он прошел мимо огромной выпотрошенной овечки и пушистого щенка под ним, переступил через плюшевую лошадку-качалку и стал разворачиваться. И тут вдруг овечка отлетела в сторону, когда из-под нее прыгнул маленький черный зверь, вонзив в шею мужчины молодые острые клыки. Чужак откинул его как котенка и хотел что-то достать из кармана, как вдруг раздался оглушительный хлопок. На окно брызнула кровь.
Влад зажмурился и помотал головой, выныривая из страшного видения. Он стал бессознательно слоняться по клетке, оттягивая ворот и так слишком большой футболки. В клетке было душно. В клетке было холодно. Тошнота стала постоянной, но желудок был пуст. Хотелось лезть на потолок, потому как никое другое положение не приносило даже малейшего облегчения. Тело захлестнуло муторное ощущение, словно сердцу и другим органам вдруг стало тесно и тяжело в маленьком костлявом теле.
С каждым часом проведенным в клетке, он все хуже отличал новые воспоминания от выдуманных разговоров и фраз, брошенных проходящими мимо охранниками. Он слышал обеспокоенный зов фавна, но не понимал, отвечал ли ему или делал это только в своей голове. В ней стало слишком много голосов, спорящих и перебивающих друг друга. Все в этом сумасшедшем доме вдруг решили потрепаться. И обязательно о нем.
"Убить" — грохотал вместе с цепями голос за стенкой. — "Убить! Поздно! Убить!".
Влад слышал, как Йур спорит с Севром, обвиняя его в предательстве. Он слышал и голос самого охотника. Чувствовал, как тот его трясет, обещает увести отсюда. Влад осмелился поднять глаза и взглянуть на него, пусть даже порожденного фантазией. Но перед ним был кто-то другой — похожий на Севра бледный незнакомец с аккуратно уложенными волосами и без щетины. Влад засучил ногами, отползая от самозванца, подогнул колени и спрятался в них. А потом началось что-то сумасшедшее. В камеру ворвался сам сатана, с копытами и рогами. Он прогнал незнакомца и убежал, выбив дверь рогами. Опомнившись, Влад вскочил и метнулся к выходу, но дверь оказалась уже закрыта.
"Это у меня в голове", — одернул он себя, отходя от решетки. — "Меня посадили в ужасное место и напоили каким-то глючным отваром. Кукушка вздернулась бы у любого нормального человека. А если мы это знаем, то можем и остановить. Мы не станем потворствовать психопатам, которые хотят нас сломать. Мы же не лохи какие-нибудь, хоть и говорим о себе во множественном числе".
Он сдавленно захихикал, а затем расхохотался в голос, и от его смеха задрожал каменный пол. Стена его камеры поехала вниз.
Влад медленно припал к земле и закрылся рукой от яркого света, ворвавшегося в его обитель вместе с волной отрезвляющего холода.
Глава 38 Свадьба без драки - что детский утренник без истерики
На площади уже шумел народ, требуя праздника. Отрывки музыки и нестройные звуки инструментов доносились через коридоры даже сюда. Но здесь, на балконе время текло неспешно, вместе с переливами окарины.