Итальянские гастроли. (не) Долгое счастье? (СИ)

  
6
 
По окончании репетиции мы вернулись в гостиницу, чтобы отдохнуть перед концертом. Особенностью европейских стран является то, что у них концерты и спектакли начинаются довольно поздно, то есть после десяти вечера, а иногда и в одиннадцать, к этому нужно было приспособиться.
Действительно в тот день после обеда прошел дождь и все боялись, что сцена будет мокрой, а это чревато травмами, поэтому когда мы ехали на концерт, никто не был уверен, что он состоится. Когда же мы вошли внутрь замка, то увидели необычную картину. Техники пытались высушить сцену и использовали метод, о котором нам рассказал Джанкарло Карена. Они действительно использовали спирт, который поджигали и с помощью факелов очень быстро сушили те места, где была влага. Зрелище было потрясающим, это было похоже на танец с огнем, но, как ни странно, через несколько минут пол был совершенно сухим.
За полчаса до концерта стали собираться зрители. Публика была изысканно одета: дамы в вечерних платьях, обвешанные бриллиантами и другими массивными украшениями, мужчины во фраках или смокингах с бабочками, в воздухе стоял аромат дорогих французских духов. Кстати, Сергей Александрович также надел смокинг с бабочкой и выглядел, как богатый итальянский аристократ и ничем не отличался от остальной публики. Я наблюдала, как он пытался перекинуться несколькими фразами на французском языке со зрителями и у него это лихо получалось.
На первый концерт я также надела длинное платье в классических черно-белых тонах и черные шпильки. Когда мы оказались рядом с Сергеем Александровичем, Джанкарло подошел к нам и сказал:
— Какая чудесная пара! Вы прекрасно смотритесь вместе! Вы такие элегантные! Даже не помню, чтобы коммерческий директор и переводчица были так гармоничны. Вы что договорились между собой, что нужно одеть?
— Это всего лишь говорит о том, что у нас много общего и мы одинаково мыслим, а также хорошо знаем, что такое этикет, — ответил Сергей Александрович.
— Для нас очень важно быть причастными к большому искусству и мы идем на концерты и спектакли, как на праздник и стараемся быть нарядными, — поддержала я.
— Эмилия, вам пора на сцену. Уже прозвенел третий звонок. Вы знаете, что делать, я в вас верю, — сказал Джанкарло.
У меня задрожали колени, и я, как на Голгофу, стала подниматься по ступенькам на сцену. Я много раз повторяла в уме составленный мною текст, но меня охватила паника, к тому же, никак не могли найти микрофон, а публика уже стала аплодировать. Эта заминка длилась пару минут, а когда нашелся микрофон, я с голливудской улыбкой на лице появилась на сцене. Текст выдала без запинки, с выражением, пожелала зрителям приятного просмотра, под бурные аплодисменты удалившись со сцены.
Михал Михалыч пожал мне руку и сказал:
— Это хорошее начало. Когда зритель начинает с аплодисментов, то все пройдет хорошо. Спасибо вам, я хоть и ничего не понял из того, что вы сказали, но мне понравилось, как вы это сделали и заслужили эти аплодисменты.
— Ну что вы, я не сделала ничего особенного, а эти аплодисменты предназначены вашему ансамблю и вам лично, — ответила я. — Удачи и ни пуха, ни пера!
— Извините, к черту! — сказал Михал Михалыч.
Во время антракта ко мне подошел Джанкарло и сказал;
— Эмилия, да вы рождены для сцены! Я даже не ожидал, что вы так прекрасно справитесь. Очевидно, у вас много скрытых талантов. Вы, случайно, не учились в театральном?
— Нет, в школе я активно участвовала в художественной самодеятельности, но специального театрального образования у меня нет.
— Я бы так не сказал. Может быть, вам стоит обратить на это внимание. Еще не поздно. Это я вам говорю, как профессионал. Поверьте, я в жизни видел много актеров и актрис, знаю в этом толк. У вас бы неплохо получилось, — отметил Джанкарло.
— Спасибо вам за теплые слова, вы очень любезны, — ответила я.
Концерт прошел с большим успехом. Публика аплодировала стоя, почти 10 минут. Джанкарло Карена сиял от удовольствия, он был очень доволен и сказал, что выступление коллектива превзошло все его ожидания и он счастлив, что ему выпала честь работать с такими выдающимися мастерами танца.
 
Мы возвращались в гостиницу в прекрасном настроении. Михал Михалыч поблагодарил артистов балета за отличную работу и пожелал им хорошего отдыха, а также отменил репетицию, назначенную на завтрашнее утро. Это был тот редкий случай, когда он дал возможность артистам отдохнуть перед концертом.
  
7
 
На следующий день в прессе появились хвалебные статьи с фотографиями с концерта, фрагментами интервью зрителей, которые говорили об ансамбле в превосходной степени, говоря, что ничего подобного они нигде не видели.
Особое внимание они уделили костюмам, которые представляли собой маленькие шедевры, настоящие произведения искусства, так как были выполнены вручную, с использованием разных техник вышивки и мережки, они поражали воображение цветовой гаммой, многие костюмы были вышиты бисером и стеклярусом, над их созданием трудились сотни мастериц, так как для каждого танца предназначался свой костюм с учетом региональных и этнических особенностей.
Если в программе концерта было 16 номеров, то соответственно было представлено 16 разных костюмов. Увидеть всю эту красоту с великолепием хореографического мастерства было потрясающим зрелищем.
На второй день утром большинство ансамбля побежало купаться в море, некоторые решили запастись продуктами на рынке, пробежаться по магазинам. Вечером все прошло без сучка, без задоринки, все были здоровы, а это очень важно, так как замены у танцоров не было, а после Триеста нас ждал вечный город Рим.
Перед тем, как отправиться в Рим, ко мне подошел Сергей Александрович и сказал;
— Мила, я предлагаю перейти на ты и без отчества, разумеется, когда мы будем без посторонних. В присутствии кого-либо из коллектива будем общаться официально, во избежание всяких сплетен. У нас, ой как любят перемывать косточки друг другу, а особенно руководству.
— Конечно, Сергей, я все прекрасно понимаю и не возражаю перейти на ты и соблюдать конфиденциальность нашего общения. Можешь быть спокойным, никто ничего не узнает, — ответила я.
— Очень надеюсь на то, что ты покажешь мне Рим, ведь я в нем никогда не был, а хочется оторваться от забот и насладиться прекрасным в компании такого эрудита и знатока Италии, как ты. Если, конечно, ты не против? — спросил Сергей.
— Да, я это сделаю с удовольствием! Постараюсь показать тебе все самые главные и заслуживающие внимания достопримечательности. Мне нужно хорошо продумать маршрут, чтобы посмотреть все самое лучшее, — ответила я.
По дороге в Рим я стала готовиться к экскурсии, которую мы с Сергеем наметили на завтра. К счастью, в Риме у нас не было концертов, просто программа была составлена таким образом, чтобы перед поездкой во Флоренцию, мы смогли отдохнуть пару дней в Риме, а потом у нас пять дней подряд должны были быть концерты во Флоренции и ее окрестностях. У меня был путеводитель на итальянском языке, а также карта Рима. Чтобы занять время в дороге я стала читать информацию о достопримечательностях и составила приблизительный маршрут предстоящей экскурсии.
Когда мы разместились в гостинице, недалеко от вокзала Термини, который находится в 20 минутах ходьбы до исторического центра Рима, Сергей предложил мне поужинать где-нибудь в центре Рима, подальше от своих. Его постоянно беспокоили артисты по разным мелочам, кроме того, он выдавал суточные раз в три дня, как раз сегодня вечером ему нужно было этим заниматься. Он назначил время выдачи денег сразу же по приезде, чтобы освободить себе вечер, который мы планировали провести вместе.
Я поднялась в номер, приняла душ, успела даже немного отдохнуть, так как мы договорились встретиться с Сергеем в 8 часов вечера на улице, возле бара, который был в 50 метрах от нашей гостиницы. Я решила выйти чуть-чуть пораньше, чтобы выпить в баре эспрессо и не привлекать внимания, но к моему удивлению Сергей уже был там и пил кофе.