Итальянские гастроли. (не) Долгое счастье? (СИ)

— Да, ты как всегда, права. Особенно, моя, это не просто потемки, это — мрак какой-то, но у нас ведь так не будет, правда, любимая? — спросил Сергей.
— Естественно, у нас все будет по-другому, мы же любим друг друга, — с уверенностью сказала я.
  
66
 
Прозвенел третий звонок, и я направилась к сцене. Концерт прошел с ошеломительным успехом. Публика в Милане избалованная и требовательная, она привыкла к высокому искусству, один театр Ла Скала чего стоит! Но даже такой зритель считал выступление наших артистов идеальным, безукоризненным и совершенным. После каждого концерта овации не прекращались в течение получаса, и публика не хотела расходиться.
В таком ритме пролетела первая неделя пребывания в Милане. У меня были еще встречи с моими архитекторами, мы много гуляли по городу, но в то же время я не забывала делать перевод статей, и практически закончила работу. Осталось только перевести последние статьи из миланских газет, и я могла считать выполненной свою миссию. Как хорошо, что у меня в номере был компьютер, и можно было работать, в противном случае, это было бы нереально.
Мы с Сергеем проводили вместе почти все свободное время. Он жил в моем номере, мы уже не скрывали наших отношений, никто из артистов не обращал на нас никакого внимания, все уже смирились с тем, что мы — пара. Даже Михал Михалыч как-то сказал Сергею, что если бы он был помоложе, то сам был бы не прочь поухаживать за мной, говоря, что не упустил бы такого случая. А он был еще тот любитель красивых женщин!
В один из дней оставшейся недели мне захотелось посетить Пинакотеку Брера в Милане. Слово «пинакотека» греческого происхождения, она означает «собрание» или «хранилище картин». Другими словами — это картинная галерея, которую также называют «малым Лувром», но почему-то она не столь известна простым туристам, как художественные музеи других итальянских городов, как Рим, Флоренция и Венеция.
Мы с Сергеем решили отправиться в эту картинную галерею на метро, так как у нас была прямая линия, по которой мы доехали до станции «Ланца» за двадцать минут, а потом еще минут десять шли пешком до музея.
— И как давно они собирают свою коллекцию? — спросил Сергей, зная, как мне хочется поумничать на тему искусства.
— Пинакотека Брера существует в Милане с XVIII века, она была открыта по королевскому приказу Марии Терезы Австрийской в одном из дворцов Милана, построенном в стиле барокко двумя веками раньше. Место было выбрано не случайно, так как в этом дворцовом комплексе находилась Миланская Академия художеств.
Поначалу коллекция состояла из произведений, принадлежавших Академии художеств, а в 1882 году она отделилась и превратилась в самостоятельную картинную галерею. Все работы, хранящиеся в галерее, выставлены в 38 залах. Каждый зал представляет произведения лучших мастеров живописи: ломбардской, тосканской, венецианской и других школ. Все залы расположены в хронологическом порядке. Среди художников, чье творчество представлено в галерее, стоит назвать известные всем имена: Рафаэль, Тициан, Микеланджело, Караваджо, Тинторетто, Эль Греко, Рубенс, Рембрандт, Модильяни и многие другие.
— Не может быть! Как ты всё это запоминаешь?
— Мозгами, — кокетничала я. — Да, и одним из бонусов этой картинной галереи является реставрационная мастерская, где за стеклянной стеною можно наблюдать за работой реставраторов, которые воссоздают шедевры, восстанавливают им цвет и краски. Вот бы посмотреть!
В одном из залов, внимание Сергея привлекла картина не столь известного художника Чезаре да Сесто, который был учеником Леонардо да Винчи, — «Мадонна с младенцем».
— Кстати, его картина «Саломея» экспонируется в Эрмитаже, — вспомнила я.
— Мила, погоди, мне кажется, в этой картине что-то есть! Эта Мадонна чем-то отдаленно напоминает тебя. Ты мне ничего не хочешь сказать? — спросил Сергей.
— Что ты имеешь в виду? Ну, не могу же я быть похожа на персонажей многих итальянских художников, не выдумывай, пожалуйста! А, вообще-то, если внимательно присмотреться, то, возможно, ты прав, этот образ мне очень близок по состоянию души, — ответила я.
 
— Я же говорил! Ты меня уже научила немного разбираться в живописи, но тут даже дело не в ней, — сказал Сергей.
— А в чем? Ты что-то недоговариваешь, говоришь какими-то загадками!
— Ладно, поговорим об этом позже, — сказал Сергей, и мы продолжили осмотр картинной галереи.
— Положа руку на сердце, я в восторге от экспозиции музея! Она очень хорошо представлена: большие залы, много нужного освещения, не такое количество туристов, как в других местах, где приходится ждать, чтобы иметь возможность подойти к картине, другими словами, — одно удовольствие посещать подобные музеи. Если у меня будут спрашивать, что можно посмотреть в Милане, кроме основных достопримечательностей, обязательно всем буду рекомендовать Пинакотеку Брера.
— И не забудь один примечательный момент, в высокий сезон, с конца июня по конец сентября, галерея работает до десяти часов вечера! А билет стоит всего 3 евро вместо обычной стоимости в 15 евро, — как директор Сергей всегда помнил об экономии.
По дороге в гостиницу я вспомнила слова Сережи, и включила свой аналитический ум. Что он мог иметь в виду, когда спрашивал о том, не хочу ли я ему что-то сказать? Может быть, он знает то, о чем я не догадываюсь? А что я должна ему сказать? О, Боже!
В этот миг меня, как обухом по голове стукнули, я сразу вспомнила, что у меня была небольшая задержка месячных. Ну, вот, доигрались! Мы так много и так часто занимались любовью, что такой исход был вполне закономерным.
Я стала себя успокаивать, ведь еще ничего неизвестно, возможно, все еще образуется. На всякий случай нужно зайти в аптеку и купить тест.
Никакой паники, — сказала я себе. У меня все под контролем. Хотя о чем я думаю, ведь Сергей так хотел этого, а может это и к лучшему! Подобные противоречия довольно часто терзают мою душу, но я никогда не поддаюсь на провокации. Пусть будет, как будет!
  
67
 
С этими мыслями я остановилась у аптеки, и сказала Сергею, что мне нужно на минутку зайти, чтобы купить глазные капли, и попросила подождать его на улице. Я купила тест и глазные капли, а потом мы вернулись в гостиницу.
Мне не хотелось привлекать внимание Сергея и делать тест сразу, поэтому я решила подождать еще пару дней и пока ему ничего не говорить. Но мне кажется, что он сам что-то чувствовал, ведь не зря же задавал такие вопросы.
К вечеру у меня в голове все прояснилось, я старалась не думать ни о чем, а заниматься привычным для себя делом. У меня была еще работа по переводу статей, так что было чем заняться, и я старалась отвлечь себя от всяких разных мыслей, полностью полагаясь на волю судьбы.
На следующий день у меня была назначена встреча с моими четырьмя архитекторами, которые пригласили меня с Сергеем на обед. Это мероприятие организовал Лучано, он позвал также Энрико, Массимо и Луиджи, при этом поставил им условие, чтобы они были без жен. Когда я спросила, а почему он не хочет, чтобы жены также пришли на обед, Лучано ответил:
— Мы очень любим свои семьи, поэтому пусть наши вторые половинки заботятся о детях и домашних делах, а мы за них погуляем! Это, конечно же, шутка, но ты же понимаешь, что получится большая компания, и нам не удастся с тобой нормально пообщаться. Мы, итальянцы, любим поговорить, а когда слишком много людей, то вместо разговора получается базар. Ну, ты же сама все прекрасно знаешь.
Я со смехом согласилась с Лучано. На следующий день он заехал за нами и повез в шикарный ресторан. Я уже говорила, что Лучано работал муниципальным архитектором и у него везде были связи, поэтому решить любой вопрос для него не составляло никакого труда.
Мы подъехали к отелю Армани, где на первом этаже располагался бутик с одеждой этого бренда, а на последнем этаже, откуда открывался прекрасный вид с террасы, находился одноименный ресторан. Лучано решил устроить всем праздник, и на свое усмотрение уже заказал меню, чтобы удовлетворить присутствующих на обеде. Он заранее спросил у своих коллег, что бы они хотели заказать, а мы с Сергеем могли выбрать блюда уже на месте.