И это все, за что я борюсь (СИ)

Я хотел ответить ему какой-нибудь ядовитой колкостью, но как раз в тот момент в лице Солза что-то переменилось. Его глаза затуманились, и взгляд приобрел отстраненное выражение, словно маг находится не здесь, а где-то в другом месте, только без своей человеческой оболочки.
Милит! Она добралась. Я понял это за доли секунды и тут же принял решение — я не могу позволить Солзу убить Синка. Это погрузит в страшный хаос всю империю, и даже если трон достанется не магу, то это еще не значит, что другой самозванец окажется намного лучше.
Сейчас мне никак нельзя умирать. Минут через пять — может быть, но только не сейчас. Эта глупая мысль придала мне сил, да и к тому же я вспомнил, что изначально хотел напасть на Солза как раз в тот момент, когда он будет занят убийством короля. Магу уж точно будет не до меня в эту минуту.
Солз упал на колени, будто меня и не было в комнате. Он поднял руки в воздух, словно в какой-то сектантской молитве, и закрыв глаза, стал хаотично подергивать пальцами.
Я посмотрел на свои израненные руки. Сейчас они были обожженные, порезанные, без ногтей, но мне вспомнилось, что когда-то они были еще и сильными. Достаточно сильными для того, чтобы тащить Милит на себе против ее воли просто из-за того, что мне хотелось ее позлить. Разве им не хватит сил, чтобы затащить меня обратно?
Это заняло у меня секунд пятнадцать, может, чуть больше, но когда я выполз из провала в полу, Солз уже вовсю был занят колдовством и словно не замечал меня. Должно быть, все его органы чувств были сейчас далеко, и это значило лишь одно — я не должен упускать этот шанс.
Казалось, кинжал слился воедино с моей рукой, когда я достал его и стал ползком подбираться к сидящему на коленях Солзу. Маг сжурился от напряжения и склонил голову к полу, пребывая в каком-то своем мире. Идеальный момент для того, чтобы избавиться от этой твари раз и навсегда.
Я замахнулся, целясь прямо в сердце, и именно тогда маг передо мной резко дернулся, развернулся и мгновение ока прижал меня к полу, выбив кинжал из руки. Только ударившись лопатками о паркет, я понял, что произошло. Солз навис надо мной, прижав мои конечности к полу, в его глазах и хищном оскале пела ярость. Он все видел и слышал, пока я думал иначе.
— Я так и знал, что ты захочешь это сделать. — Прошипел маг сквозь стиснутые зубы. Своей мертвой хваткой он не давал мне даже пошевелиться. Сейчас я был полностью в его власти, и это означало только то, что мне следует любой ценой сбросить мага с себя, что не представлялось возможным. Он гораздо сильнее и тяжелее меня, к тому же, я слаб и измотан не только колдовством, но и болезнью.
Я сам загнал себя в ловушку.
— Как же я хочу перерезать тебе глотку и посмотреть, как ты захлебнешься собственной кровью! — Сверкал глазами Солз, — Но сейчас у меня есть дела поважнее, поэтому тебе придется встать в очередь, ублюдок.
— И как же, — Выдохнул я, — Как же ты заставишь меня это сделать?
— Очень просто. — Рука мага внезапно легла мне на глаза, пока я извивался всем телом, пытаясь сбросить его с себя, — Через Милит. Я связан с ней, а она — с тобой. Одну связь придется порвать.
Я закричал от внезапной боли, которая прорезала мой череп, и тут же понял, что он собирается сделать. Наверняка, и сам Солз только что додумался до этого, иначе бы он обезвредил меня таким способом гораздо раньше.
— Нет! — Орал я, не понимая, почему моя голова была словно охвачена пламенем, — Н-Е-Е-ЕТ!
Эта боль сводила меня с ума. Моя кожа словно плавилась под рукой Солза, и когда он убрал ладонь с моего лица, я мог бы выдохнуть от облегчения.
Но осознание обрушилось на меня болью гораздо более сильной, и на этот раз совсем не физической.
Солз освободил меня, продолжив заниматься своим делом — исполнением плана смерти короля — а я тут же схватился руками за лицо, коснулся закрытых век и судорожно распахнул глаза, убеждаясь в своей догадке.
«Одну связь придется порвать» — он говорил о нас с Милит.
Я не видел ничего, кроме всепоглощающей темноты, которую ненавидел всем сердцем. Ко мне вернулось то, с чего я начинал, а я сам снова стал тем ничтожеством, которое приехало в столицу, полное уверенности, что общество Шипа — дело двух минут работы и одного щелчка пальцев.
 
— Иногда нужно вспоминать прошлое, Цареубийца. — Прошипел Солз где-то возле моего уха.
Я не понимал, где он находится. Пребывая в полной темноте, я пытался нащупать его энергию, найти силуэт, светящийся от силы, но наткнулся лишь на глухую стену пустоты.
Без глаз, которые мне дала Милит, я был ничем. Я так привык к ее зрению, что уже стал считать его своим, позабыл, что когда-то жил без него.
Я отвык видеть только темноту и ориентироваться в ней по звукам и ощущениям. Теперь в моем мире были только образы, но и их я лишился.
Всего-то за полгода я разучился жить без глаз. Осознавая это, я начинал все больше и больше себя ненавидеть. Когда-то меня, тогда еще слепого, называли боевым магом империи, прочили великое будущее и большие заслуги.
И вот он я — снова слепой и абсолютно немощный. Неужели двадцать два года своей жизни я был именно таким? Лежа на полу, я чувствовал себя не больше, чем сломанной игрушкой, которую остается только выбросить.
И как целая страна могла надеяться на меня, вот такого меня, думая, что я способен победить мага, подобного Солзу?
Да, глаза были со мной не всегда, но с магией я родился. Она рядом со мной с самого детства, так что же мешает мне использовать ее, хотя бы попытаться?
Вряд ли Милит считала меня тогдашнего бесполезным. Слушая, как Солз готовится разделаться с Синком, я вспоминал, что говорила мне девушка, от которой у меня тогда оставался в памяти только голос. Она верила в меня.
Одна из самых отважных наемниц королевства верила в тощего слепого фальшивого герцога из северной провинции! Я много раз врал себе, но сейчас говорил чистую правду.
Казалось, моя жизнь в темноте осталась так далеко, что от нее вспоминались только какие-то жалкие отголоски. Но все же самого себя, того человека, которым я был, я помнил очень четко.
Слепой Бейв сильно отличался от зрячего — он был гораздо злее. Уже в первый день знакомства с Милит он наговорил ей редкостных гадостей и выставил за дверь. Что мешает этому озлобленному демону вернуться сейчас, пока Солз думает, что я неспособен причинить ему вреда?
Заразившись этой идеей, я принялся копаться в той темноте, что стояла у меня перед глазами, выискивая энергию Солза. Я напряг все силы, вспоминая, как это — смотреть на мир и не видеть его.
Маг был неподалеку, судя по всему, он снова удобно устроился, сидя на коленях, и продолжил начатое. От него тянулось множество нитей, одна из которых устремилась прочь из особняка. Разорвать ее я никак не мог, да уже и не собирался — мой испуганный, загнанный в угол мозг, уже озарила новая идея.
Разум Солза сейчас напоминал дом, в котором каждая дверь и каждое окно были распахнуты настежь. Я привык заходить в дома только тогда, когда меня там ждали, но сегодняшний случай я решил сделать исключением. Став наемником, я всем сердцем желал приключений, авантюр и краж. Похоже, первая как раз произойдет сейчас.
Я запрыгнул к нему в голову с легкостью маленькой птички, что села на ветку. Как ни странно, в мыслях у Солза все было прибрано и аккуратно расставлено по полочкам — воспоминания в одной стороне, мечты — в другой. Я же двигался дальше в поисках его чертовых глаз, которые на своем веку успели насладиться многим — от крови и смертей до прочих безумств.
И вскоре я нашел их, подцепив маленькую ниточку иллюзорной рукой. Она извивалась и скручивалась каждый раз, когда я дотрагивался до нее снова и снова. Я дернул чуть сильнее, и нить тут же вернулась на место.
Солз не сможет не обратить на это внимание. То, что у меня получилось его отвлечь, уже было успехом, но сейчас я был слеп, а значит, был зол, и следовательно, хотел большего.
Гораздо большего.