Верни мою душу (СИ)

— Андрей, честное слово, или ты сейчас заговоришь, или…
— Я разговаривал с твоим отцом, — огорошил он меня. — С биологическим.
  
61
 
Планировала ли я узнать что-то о своих биологических родителях?
Определённо «да».
Какого-то плана у меня не было, но иногда, в памяти всплывало имя настоящей матери. Хотелось узнать про неё чуть больше, чем просто имя и фамилия. Съездить на кладбище…
Я думала, что, приехав на могилу, смогу что-то почувствовать.
Затем я думала, что можно найти родственников. Каких-нибудь дядюшек или тётушек. Бабушек и дедушек. Кто знает, может у меня есть двоюродные сестры. Или троюродные братья… да хоть кто-нибудь!
Я рассуждала, что, найдя этих людей, я возможно обрету подобие семьи. Родственников. Своеобразную почву под ногами. Пока зыбкую, но кто знает, во что она сможет превратиться со временем?
И, конечно же, я думала узнать у этих эфемерных (пока что) людей, о том, от кого же родилась я. Для этого ведь нужны двое. И версии того, почему моя мать осталась одна с ребёнком на руках, у меня тоже уже имелись.
Начиная от безобидных, в которых мой биологический отец умер до моего рождения. И заканчивая более реалистичными. Что он просто бросил свою забеременевшую девушку, отказываясь брать на себя ответственность.
Нет, были ещё варианты, в которых мать родила меня «для себя». Хотя я не понимаю таких женщин. Это же не собака. Что вообще значит это странное «для себя»?
А может быть, моя настоящая мама просто не знала, от кого забеременела. Такой вариант ведь тоже нельзя исключать…
Но чего я никак не могла ожидать, так это озвученного сейчас Андреем.
— Что значит, ты разговаривал с моим отцом? — спросила я, когда первый шок прошёл.
— Присядь, — Андрей осторожно подвёл меня к столу, выдвинув стул. — Сделать тебе кофе?
— Я этот кофе на голову тебе вылью, если ты так и будешь…
— Понял, прости, — тут же отреагировал Андрей и наконец-то начал рассказывать.
Оказывается, в собранной на мою настоящую мать информации было упоминание об одной интрижке. Интрижке с женатым мужчиной, который был знаком Лазаревым. И к которому пришёл Андрей, чтобы сообщить обо мне…
— Зачем? — задала я единственный вопрос, что крутился у меня на языке.
Зачем нужно было это делать? Я не просила.
Более того, возможно найди я его сама, я бы не захотела появляться в его жизни.
А здесь…
Андрей снова сделал это. То, что со мной делали на протяжении всей жизни. Решил за меня.
— Теперь понятно, почему из тебя клещами пришлось всё вытаскивать, — горько рассмеялась я, не давая Андрею ответить. — Ты сам прекрасно понимал, что мне это не нужно…
Я вцепилась в спинку стула, до боли сжимая пальцы.
— Если ты сейчас успокоишься, то поймёшь, что всё, что я делаю – я делаю только ради тебя, — мягко произнёс Андрей.
— А зачем мне успокаиваться, если я спокойна? — крикнула я, тут же шумно выдохнув, стараясь убрать лишние эмоции. — Чёрт. Ну а как мне на тебя не злиться? Зачем ты пошёл к нему? Ну, вычислили вы с Виталием Петровичем моего папашу, почему нельзя было просто сказать мне об этом? Зачем врать? Я ведь спрашивала у тебя и ты…
— Потому что твой биологический отец – хороший человек, — с нажимом произнёс Андрей. — Но найди ты его сама… ты бы даже говорить с ним не стала. Сделала бы свои выводы, увидев его фамилию и прочитав про его семью в интернете. Деньги, власть, — Андрей рвано взмахнул рукой. — Ты бы просто решила, что твою мать он скорее всего бросил, стоило ей забеременеть. Логично же. Она была просто любовницей. И…
— А разве было не так? — сухо уточнила я.
— Не так.
Пока Андрей поверхностно мне рассказывал о том, что узнал от своего отца и… при разговоре с моим, я, как-то незаметно для себя, успокоилась.
В чём-то он был прав.
Я бы не стала разбираться.
А что касается моей настоящей матери и её решения не сообщать о беременности…
Наверное, раньше, я бы этого не поняла. Но сейчас, месяц назад пережив мысли о собственной возможной беременности… В чём-то я её понимала. Иногда лучше уйти, обрубая все мосты за спиной. Особенно, когда любимый мужчина выбирает не тебя.
 
Нет, я могла бы её осуждать за связь женатым, как и его… но не получалось.
Так что…
— И он так сразу поверил, что у него есть неучтённая дочь? — поинтересовалась я, отпуская измученный стул и присаживаясь на него.
— Поверил, но всё равно решил проверить, — Андрей направился к кофемашине, всё же решив сделать нам кофе. — Тест показал девяносто девять и девять.
— А вот это уже страшно, — прошептала я, смотря в спину Андрея. — Скажи мне, а где он взял материал для этого теста?
Воображение тут же нарисовало Андрея, орудующего ножницами с моими волосами, пока я сплю.
А может он слюни мои собирал… хотя, я вроде в подушку их во сне не пускаю.
— Допустим, мне немного помогла Юлия, — признался Андрей.
— Проклятая флористка не только увела у меня жениха, но и… украла зубную щётку? — со смешком предположила я.
— Волосы с расчёски, — сдал он её с потрохами. — Ну и салфетку с кровью. Ты палец порезала, пока салат крошила, — пояснил Андрей.
— Порезала палец? — переспросила я, наблюдая, как он добавляет нам в кофе молоко. — Подожди, это же было больше месяца назад.
— Плюс-минус, — пожал плечами Андрей, ставя передо мной кружку и придвигая сахарницу. — Хочешь, я пожарю тебе блинчики? Понял, не хочешь, — прочитал он что-то по моему лицу и сел напротив. — Лин, прости, что действовал за твоей спиной. Я просто ждал, когда ты сама поднимешь эту тему. Я не хотел скрывать от тебя ничего и тем более, обманывать.
— А вышло именно так, — резюмировала я, отпивая кофе и тут же морщась. Сахар я в него так и не положила. — И что же теперь хочет от меня внезапно появившийся папочка?
— Познакомиться, — коротко ответил Андрей. — Он не знал о твоём существовании, Лин. Он не в силах исправить прошлое, но может ты дашь вам шанс на будущее?
В воздухе ощутимо повисло то, что Андрей не стал говорить вслух.
«Мне же дала».
  
62
 
Долго злиться на Андрея у меня не вышло. Сарказма и природной язвительности хватило на три дня. А на четвёртый у нас была запланирована заливка фундамента на участке.
Как тут злиться? Это же мой первый фундамент!
Даже если забыть, что Андрей планирует проживать в этом доме со мной (как и закрыть глаза на его продуманное «расширение»), то я с утра не ходила. Я летала по квартире, собираясь на участок.
Даже позволила Андрею затащить меня утром в душ, окончательно показывая, что злость на него сошла на нет. Очень трудно злиться на человека, когда он прижимает твоё разгорячённое тело к стене и покрывает его поцелуями.
Очень трудно.
Я вообще кроме слова «да» ничего не смогла произнести связного.
Какие уж тут обиды…
Но сейчас, стоя на участке и смотря на лениво прохаживающихся рабочих, я начинала злиться.
Снова.
Но уже не на Андрея.
Изначально, я думала, что всеми строительными работами будет заниматься Сергей со своей бригадой. Всё же, он зарекомендовал себя как толковый специалист. Да и сработались мы с ним вполне успешно.
Вот только вышел прокол.
Он был занят и приступить не смог, порекомендовав других подрядчиков.
С Арсением мы общались лишь по телефону, с его людьми я виделась лично. Неделю назад, когда мы расставляли маячки для траншей, которые необходимо вырыть для заливки фундамента.
И вот, настал день икс. Всё вырыто. Маячки на месте. Всё по плану. Кроме одного.
На участке я уже больше двух часов, а ни Арсения, ни остальных членов его команды, ни машины с цементом…
Ах да, ещё он трубки не берёт и на сообщения не отвечает.
Надеюсь, он попал в больницу, — язвительно думала я, не понимая причину такой безответственности. Только внезапное воспаление аппендицита я бы приняла за достойное оправдание. Я ж не монстр какой, в самом деле. Быть сбитым камазом я ему не желала. Пока что.