Предвестник (СИ)
Тут он сделал небольшую паузу, подался вперед и уставился мне в глаза:
— Говоря иными словами, пока вы побеждаете, вас не только слушают, но и слышат. Первый же проигрыш — и у львиной доли вроде как верных фанатов появится новый кумир.
Я пожал плечами, прислушался к его эмоциям и ответил инсайдом на инсайд:
— Так и есть. Поэтому я уйду из Большого Спорта через два боя, находясь на пике славы. И займусь делом, которое, как мне кажется, только увеличит фанатскую базу!
Как ни странно, вместо того, чтобы обрадоваться этому известию и потребовать конкретики, Еремеев мрачно вздохнул:
— Боюсь, что с пребыванием на пике славы могут возникнуть проблемы.
— О том, что Темирханова спонсирует очень состоятельный родственник, проживающий в Эмиратах, с подачи которого Ибрагим полтора последних месяца практически не вылезает из тренировочных лагерей, проводимых самыми высокооплачиваемыми тренерами со всего мира, мы знаем. Так как просматриваем все видеоматериалы, выкладываемые в блоги Лачина и членов его команды… — пожала плечами Рыжова. — Слышали и о том, что этот самый родственник в компании таких же тупых фанатиков из местной диаспоры уроженцев Северного Кавказа с пеной у рта убеждает единоверцев в том, что поединок между Чумой и Лачином — не просто бой, а противостояние между Исламом и Христианством.
— Я бы не стал называть их тупыми… — вздохнул Еремеев и объяснил свою мысль: — Вы видите и слышите лишь то, что они сочли нужным показать и рассказать. На самом деле все намного серьезнее. Для начала Теймураз Темирханов отнюдь не так состоятелен, как декларируется, и в принципе не способен вкладывать настолько серьезные деньги в тренировки двоюродного племянника. Поэтому подготовку Ибрагима финансируют сразу несколько террористических организаций Ближнего Востока и один из владельцев того самого транснационального фармацевтического концерна, к банкротству которого вы приложили руку.
У всей нашей компании мгновенно испортилось настроение. И если мы с Анькой и Леркой ушли в себя, то Таня переключилась в режим аналитика:
— А чуть подробнее можно?
Виктор Викторович пожал плечами и пошел ей навстречу:
— Последние пять недель Ибрагим тренируется под присмотром группы специалистов, в которую, кроме врача, массажиста, диетолога и тэдэ входят профессор биохимии, физиолог такого же класса и еще две личности, которых, до недавнего времени, вроде как не существовало. Несмотря на то, что вся эта компания практически не покидает частного спортивного комплекса в пригороде Абу-Даби, удалось выяснить, что они пичкают своего подопечного весьма специфической химией, а пик формы, на который Темирханов выйдет уже послезавтра, лежит далеко за пределами возможностей человеческого организма!
Пока я пытался сообразить, как такое может быть, Танька полыхнула каким-то запредельным бешенством и гневно прошипела:
— То есть, его заранее списали⁈
— Да, именно списали: даже если Денис Владимирович как-то умудрится победить, то его радостно обвинят в преднамеренном убийстве правоверного мусульманина! Нам известно минимум о двух щедро простимулированных «экспертах по боевым искусствам», уже готовых заявить, что некий удар, проведенный еще в начале первого раунда, был целенаправленно нанесен в смертельную точку и что с этого мгновения дагестанец героически сражался не только с противником, но и с подступающей смертью. А это утверждение позволит кукловодам превратить «жертву циничного и беспринципного убийцы» в мученика Веры и объявить цивилизованному миру очередную священную войну.
—…что, конечно же, крайне негативно скажется на имидже Дениса… — начала, было блоггерша, но была перебита крайне недовольной Ростовцевой, обратившей внимание на словосочетание, намеренно выделенное интонацией:
— А почему «даже если»⁈
Пресс-секретарь президента «не заметил» ни излишней резкости ее тона, ни рефлекторно сжатых кулаков. Но на вопрос ответил:
— Эти уроды подкупили офицеров WADA[1] и получили гарантии, что допинг-пробы их бойца не покажут ничего противозаконного. Таким образом, перед боем Ибрагима накачают боевыми стимуляторами и превратят в абсолютно бесстрашную и фантастически выносливую машину для убийства. Но и это еще не все. Полторы недели тому назад «Ростехнадзор» внезапно затеял внеплановую проверку лифтов элитных жилых комплексов вашего района. Как обычно, сотрудники этой организации не столько работали, сколько вымогали деньги с управляющих компаний. Но не везде. Группа, отправленная в ваш дом, реально лазила по шахтам. Как выяснили сотрудники ФСО, не просто так — кондиционеры всех трех лифтов одного-единственного подъезда обзавелись лишними блоками с дистанционным управлением и очень хорошо замаскированными микрокамерами…
— Какая-нибудь навороченная химия? — хмуро спросил я.
— Она самая… — подтвердил он, вытащил из кармана вибрирующий телефон, кинул взгляд на экран, на котором мигала какая-то напоминалка, и заторопился: — По утверждению наших специалистов, изучивших эту дрянь, дышать ей однозначно не стоит: уже через шесть часов после первого вдоха начнутся небольшие проблемы с дыханием, а через четырнадцать с половиной процесс, внешне напоминающий клиническую картину при хронической обструктивной болезни легких, станет необратим и за каких-то полтора-два месяца гарантированно сведет вас в могилу. В общем, мы подготовили два более-менее достойных выхода из ситуации. В первом бой не состоится по причине очень серьезной травмы, полученной вами на одной из последних тренировок. Видеозапись вашего обращения к лучшему хирургу-ортопеду Майами-Бич уже подго-…
— Простите, что перебиваю, но это не вариант! — задвинув куда подальше холодное бешенство, практически прошипел я. — Бой состоится!
Судя по удовлетворению, появившемуся в эмоциях Еремеева, он ждал именно такой реакции. В любой другой день это бы меня порадовало, а тут я просто отложил этот фактик на дальнюю полку, привлек к себе внимание бывшей напарницы, от которой тянуло воистину безумной жаждой крови, взглядом попросил успокоиться и снова посмотрел на хозяина кабинета.
Он понял безмолвный намек и не стал тратить время на ненужные паузы:
— Если вы твердо решили драться, то имеет смысл уравнять шансы…
…Несмотря на полученные гарантии, рисковать здоровьем девчонок я не захотел. Поэтому приказал им оставаться в машине, а сам выбрался наружу, открыл багажное отделение, вцепился в первую попавшуюся под руку спортивную сумку и был отодвинут в сторону Триггером, решившим на время переквалифицироваться из телохранителей в грузчики. В итоге в лифт мы вломились вдвоем, прокатились до двадцать седьмого этажа, прогулялись по коридору и вломились в мою квартиру. Конечно же, не просто так, а предельно добросовестно отыгрывая заранее расписанные роли.
Как только Миша захлопнул входную дверь, в гарнитуре раздался знакомый бас координатора второго взвода, рулившего этой операцией:
— Все путем: вас успешно заразили, дождались, пока за вами закроются двери, и прислали на всю свою аппаратуру команду к самоуничтожению. В доме и вокруг него все спокойно. А что у вас?
«Грузчик», только-только закончивший изучать данные с анализаторов своего «Амика», вопросительно посмотрел на меня. Я, сидевший на корточках рядом с раскрытой спортивной сумкой, в которой в окружении нашего шмотья лежал прибор понавороченнее, дождался появления на экране на редкость обширного «диагноза», включавшего в себя даже радиационный фон, полюбовался бесконечным рядом зеленых строчек, облегченно выдохнул и вышел на связь:
— Вроде, все чисто.
— Отлично! — обрадовался Шаляпин и отключился.
Я снова перевел хитрое устройство в рабочий режим, затем вытащил из кармана телефон, нашел список всего того, что требовалось прихватить из дому, прочитал подзаголовок «спальня» и рванул к первому пункту маршрута. Благодаря въедливости Голиковой, написавшей предельно простой алгоритм поисков типа «гардероб, правая сторона, вторая полка сверху, такая-то вещь» нигде особо не задерживался, поэтому уже через двенадцать минут вернулся в прихожую, вручил Триггеру вешалки с костюмами, переложил казенную аппаратуру в сумку с «добычей», снова настроился на игру и первым вышел в коридор.