Предвестник (СИ)
Как ни странно, в таком режиме нам удалось проработать ровно полтора часа, то есть, весь промежуток времени, оговоренный в устном соглашении. Потом я открыл дверь, оглядел толпу, собравшуюся в коридоре, поздоровался и мысленно вздохнул: в принципе, трое мужчин в неплохих деловых костюмах действительно могли являться совладельцами заведения. А вот инструкторов, которым «стоило бы поприсутствовать» на нашей тренировке, набежало как-то уж очень много! Увы, выкатывать претензии тем, кто не присутствовал на «переговорах», было глупо, поэтому обменялся парой фраз с самым главным «костюмом», заявил, что не хочу остывать, сделал шаг в сторону и пригласил страждущих внутрь. Дождавшись, пока последний войдет в зал, запер дверь, вернулся к Аньке, за время моего «отсутствия» успевшей перетащить шмотье и спрятанное под ним оружие к противоположной стене, и включился в рубилово, которое потеряло процентов сорок накала. В итоге настроение, балансировавшее между отметками «хорошо» и «очень неплохо», начало портиться, так что ровно через пятнадцать минут я прервал это дуракаваляние, вытер лицо полотенцем и предложил «гостям» задавать вопросы о технике исполнения тех или иных ударов, бросков и боевых связок.
Как и следовало ожидать, первый же вопрос оказался не в тему:
- Скажите пожалуйста, а почему нельзя интересоваться чем-нибудь другим?
Я равнодушно пожал плечами:
- Можно. Но наше пребывание в Лос-Анджелесе расписано чуть ли не посекундно, поэтому ровно через четырнадцать минут мы покинем ваш гостеприимный спортивный клуб и отправимся дальше. А ответы на большинство общих вопросов можно найти на моей официальной страничке.
Парня, пытавшегося заявить, что четверти часа абсолютно недостаточно для нормального общения с уважаемыми людьми, быстренько заткнули, и мужик лет тридцати восьми-сорока, судя по пластике движений, посвятившего жизнь чему-то вроде киокушин-карате, попросил показать защиту от прохода в ноги.
- Покажем. И объясним нюансы. Только включите камеры на телефонах, чтобы не пришлось повторять одно и то же по нескольку раз.
Минуты через три, когда мы с Ростовцевой сочли, что ответ получился достаточно информативным, подал голос юноша, неуловимо похожий на одного из «костюмов». Широкоплечий, жилистый и резкий, он оглядел Аньку раздевающим взглядом и криво усмехнулся:
- Вряд ли я ошибусь, заявив, что вы пришли в боевые искусства не из борьбы.
- Не ошибетесь.
- Тогда вы не продержитесь против Аннет Хофтейзер и минуты!
- И с чего вы это взяли?
- Она — двукратная чемпионка Европы по бразильскому джиу-джитсу, и завяжет вас в морской узел!
- Боретесь?
- Я? Да!
- Как долго?
- С пяти лет!
- Весите за сотню килограммов?
- Э-э-э… не знаю, сколько это в фунтах, но в них я вешу двести двадцать шесть!
- Как оцените свои шансы в поединке против такой противницы, как я?
- Закончу бой еще в первом раунде либо болевым, либо удушением!
- Найдете шингарты на мою руку в течение пяти минут — подеремся.
Парень довольно осклабился, подмигнул набриолиненному латиносу своего возраста и куда-то умчался. Вернулся достаточно быстро, прижимая к груди три упаковки с новенькими перчатками разного размера. Мы в этот момент показывали, какими финтами можно «раздергать» классического боксера на улице, так что ему пришлось подождать. Но совсем немного — как только наш оппонент врубился в то, что мы пытались до него довести, Аня требовательно щелкнула пальцами, поймала первый комплект, кинула взгляд на маркировку и разорвала целлофан:
- Деремся по правилам «Овердрайва», но до первого нокаута, нокдауна, удушения или болевого. Устраивает?
Адепт БЖЖ, успевший выйти на ковер, стянул с себя футболку, поиграл грудными мышцами и утвердительно кивнул:
- Конечно!
- Разогреваться будешь?
- Нет, я только с тренировки.
- Тогда кивни, как будешь готов.
Он выставил перед собой руки в потертых «боевых» шингартах, кивнул и мягко скользнул вперед. Затем чуть-чуть присел, кинул пристрелочный джеб и… сложился пополам, потеряв сознание от правого прямого, прилетевшего точно в солнечное сплетение!
- Все… — усмехнулась Ростовцева, «невесть когда» сместившаяся в сторону, сняла левую перчатку и повернулась к зрителям: — Думаю, ответ получился достаточно аргументированным и не требует дополнений…
…Из спортзала вышли в сопровождении толпы человек из пятидесяти, а на паркинге, вокруг нашей машины, обнаружили стайку из приблизительно такого же количества пацанов. Постояли перед капотом эдак с полминуты, чтобы все желающие успели сделать по нескольку фотографий и, забив на шквал просьб задержаться еще хотя бы на полчаса, попадали на свои кресла. Пока я мягко продавливал живой заслон, Ростовцева проверила салон на предмет появления нежелательных сюрпризов и нашла. Аж два простеньких полупрозрачных микродрона, успевших спрятаться в труднодоступных местах. Сожгла. Помянула недобрым словом их хозяев. Всю дорогу до отеля ворчала. А когда мы ввалились в мой номер и, раздеваясь на ходу, поплелись мыться, чертыхнулась и опять взялась за «любимый» девайс.
Результаты инструментальной проверки — четыре «жучка» военного образца — конечно же, не обрадовали. Поэтому, нарисовавшись в ванной, она положила пистолет на бортик джакузи, нервно сорвала с себя белье и забралась ко мне. Да, порывалась сесть напротив, но я притянул ее к себе, обнял со спины и начал рассказывать какую-то ерунду, чтобы оттянуть злость.
Анька поерзала, устраиваясь поудобнее, через какое-то время начала успокаиваться, а минут через пятнадцать царапнула ноготками тыльную сторону моей правой ладони и заговорила сама:
- Кстати, забыла сказать, что придумала, где нам обосноваться в России!
Я, естественно, заинтересовался, и экс-напарница, почувствовавшая мой интерес, приободрилась:
- В конце тридцать девятого мне пришлось поучаствовать в задержании одного проворовавшегося генерала. Правда, в момент получения боевой задачи я об этом не знала: вместе с остальными бойцами загрузилась в Ил, три с лишним часа настраивалась на действо, в нужный момент вывалилась в ночь, немного полетала и свалилась на голову защитникам особняка. Последние оказались вооружены по последнему слову техники, но против «Яровитов» не сыграли, так что к четырем утра объект был зачищен, а цель номер один обзавелась красивыми браслетами. Благодаря классическому армейскому разгильдяйству «конверт», на котором нас планировалось эвакуировать, прилетел только к семи вечера, поэтому мы успели не только осмотреться, но и выяснить, что нас занесло не абы куда, а на Байкал. Точнее, на реликтовое горное озеро Фролиха, расположенное в восьми километрах от его северо-восточного берега на территории Верхнеангарского заказника. Теперь представь себе идеально-гладкое водное зеркало длиной порядка девяти километров, в котором отражается бездонное небо, изумрудную тайгу, белые шапки на вершинах отрогов Баргузинского хребта, не тающие даже летом, чистейший горный воздух и… единственную тропинку, по которой можно добраться до этого великолепия!
- Единственная тропинка — и особняк? Как-то не вяжется…
- Все вяжется, ты просто не дослушал! Мужичок, которого мы приняли, какое-то время был начфином полка тяжелой бомбардировочной авиации, базирующегося на аэродроме Белый, и за время службы очень неплохо изучил окрестности Байкала. А через несколько лет, взобравшись почти на самый верх пищевой цепочки и провернув несколько очень выгодных сделок, решил, что ему для полного счастья не хватает настоящей тишины, покоя и хорошей охоты. С возможностями у него было все в порядке, поэтому разрешение на строительство на территории заказника было получено влет. А потом начались чудеса: особняк, спроектированный в Италии, подрядилась строить бригада из Германии, егерей заказника заменили наемники из Ирландии, а доставку всех необходимых материалов взяли на себя Вооруженные Силы России! В результате к озеру, от которого до ближайшего населенного пункта порядка шестидесяти километров непролазной чащи, вдруг начали мотаться военно-транспортные конвертопланы. С аэродрома Белый, расположенном в пятистах километрах!!!