"Фантастика 2024-106". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Я же не отрывал взгляда от живого лица Кати. Попытался потрогать ее белые волосы, но пальцы, как призрачные, прошли насквозь.
— Ты не мой сын, — прозвучал вдруг голос Сергея.
Я поднял на него глаза и рефлекторно потянулся к поясу, за проводником. Его там не оказалось. Сергей обратил свой тяжелый и хмурый взгляд на меня.
— Если бы ты даже захотел причинить вред мне, то не смог бы, — проговорил он, — это лишь воспоминание. Все здесь мертво. Он посмотрел на Катю, — даже она.
— Но ты меня видишь и можешь разговаривать сомной, — холодно проговорил я.
— Конечно. Это же мои воспоминания. Ты слышал наш разговор?
— Да, — ответил я.
— Значит, понял все правильно. Сновидец лжет. Геката не убита, а запечатана вне нашего мира. Он сделал это, чтобы оставить ее для себя. В тайне от всего братства. Это знают только единицы. И узнал я. А не должен был. И вот, роялисты свели меня со свету за это.
— Расскажи больше, — я посмотрел на Сергея исподлобья.
— Хочешь узнать? Подробности? Узнать все, что мне известно о секретах Ордена Новой Маны и проекте Геката? Хочешь узнать, как вернуть ее в наш мир, — он посмотрел на Катю, потом поднял взгляд на меня, — тогда вытащи меня из этого кошмарного сна. И ответ, как мне помочь, ты найдешь там, где была запечатана Геката. В замке графа Синицына.
Я не ответил, только внимательно смотрел на Сергея.
— С кем это ты разговариваешь? — вернулся Малиновский в сопровождении двух каких-то мужчин.
Сергей обернулся, я бросил взгляд на вновь пришедших. Тогда реальность вокруг вспыхнула белым светом. И все закончилось.
— Игнат! Игнат, очнись!
— С тобой все норм?
— Что случилось?
Когда я открыл глаза, то первым делом увидел над собой физиономии моего семейства. Вика, Стас и Тома обеспокоенно заглядывали мне в лицо.
— Нормально, — я поднялся с кровати, на которую откинулся, — никому не трогать книгу, — я указал на черный дневник, — от греха подальше.
— Почему?
— Позже объясню, — я окинул взглядом всех присутствующих, — выспитесь хорошенько. Утром мы уезжаем домой. Мне нужно обратно в Предлесье.
— Эх, — Стас махнул рукой, — ну вот опять! Ведь веселье только начинается! Завтра проходит дуэль Петерлина фон Красковица и Александра Лыкова-Лавриненко!
— Не бухти. Я попрошу Хлодвига достать для тебя видеозапись.
Грустные глаза мальчика немного просветлели, и он вышел из моей комнатки.
— Слава предкам, — просияла Вика, — я уже соскучилась по дому и Владику.
— Ты точно в порядке? — Тома внимательно посмотрела мне в глаза, — ты отключился быстро и лишь на пару минут. Но когда очнулся, изменился в лице, будто увидел что-то… тревожное…
— Обо всем завтра, Тома. А теперь, прошу, иди спать.
Следующим утром мы уехали из лагеря. Об этом я сообщил только Хлодвигу. Сказал, что открыл книгу его методом, и что она непроста и содержит в себе память Сергея Орловского. Но только лишь память? Хлодвиг обмолвился, что сейчас у него полно дел, но когда фестиваль кончится, он свяжется со мной, и мы обсудим все конкретнее. Возможно, он сможет как-то помочь.
В машине я рассказал о том, что видел в книге своей семье.
— Я… я хочу посмотреть, — неуверенно проговорила Вика, — хочу посмотреть на папу…
— И я, — пискнул Стас.
— Пока нельзя, — я отрицательно мотнул головой, не отрываясь от дороги (теперь я решил вести сам), — я не уверен, что книга безопасна. Потому, пока не разберусь, что к чему, никому нельзя ее трогать. Воспоминание внутри странно себя ведет.
— В каком смысле странно? — спросила Тома.
— Оно будто живое.
— Я точно хочу посмотреть. Я хочу поговорить с папой! У меня к нему…
— Извини, Вика, — перебил я ее, — пока нельзя. Точка.
В зеркале заднего вида я видел, как девушка печально опустила глаза. Но так будет лучше. Эта книга — сильный артефакт. Пока сложно сказать, безопасен ли он.
— Если ты мне против, — серьезно сказала Тома, — я бы хотела помочь тебе с книжкой. Думаю, мои знания будут нелишними.
Приехали мы к вечеру. Предлесье встретило нас своими каменными стенами. Машину я велел отогнать на ремонт. Жизнь пошла более-менее своим чередом. Вика вышла на работу, а Стас занимался своими делами. Много читал про магию.
 
Я же, по приезде, первым делом связался с Катей. Я пытался сделать это и раньше, но девушка не выходила на связь. Поговорить мы смогли только первой ночью, проведенной в Предлесье.
— Выходит, слов мало, — грустно сказала мне тогда Катя.
— Верно. И получается, мои родители сделали это с тобой. Или поспособствовали тому, что ты стала тем, кем стала, — холодно проговорил я.
Катя же молчала. Было видно, что она не знает, что ответить.
— Я… мне… мне казалось, что они любят меня.
— Мне тоже, — проговорил я с каменным лицом, — но, видимо, все тут не так просто. Они были членами Ордена Новой Маны. И инсценировали свою сметрь, чтобы защитить меня и тебя. Чтобы разобраться во всем, нужно понять, как извлечь все воспоминания из книги. Нужно разобраться, что это еще за ритуалы, о которых говорил Малиновский.
Целыми днями я пропадал в библиотеке. Несколько раз пересматривал воспоминание. Мы даже пытались посмотреть его совместно с Томой, ведь она помогала мне во всем разобраться. Однако, попасть в книгу она не смогла.
Вдвоем мы штудировали книжки, посвящённые магии крови, демонике и сновидчеству. Изо дня в день я видел, что Тома постоянно пытается сблизиться. Однако, работа для меня была важнее.
Так прошло несколько дней. Пока что мы не приблизились к разгадке. Ведь первым делом нужно было понять, с каким явлением мы вообще столкнулись. Что внутри книги? Воспоминания? А почему тогда оно говорило со мной как разумное? Почему просило освободить его?
Сколько бы я ни пробовал просматривать его заново, оно всегда было одним и тем же. Только теперь обрывалось на том моменте, где Малиновский покидал лачугу. Ничего нового узнать не получалось.
На часах было десять утра. Вика уже давно ушла на работу. Я же сидел на кухне и уплетал вафли с медом на завтрак. Запивал их кофе. Думал о книге.
— Ух ты! Получилось! Смотри-смотри! Летит!
— Ага! Я ж говорила, что получится!
Со двора, через открытое окно я услышал голоса Стаса и Томы. Оставив завтрак, выглянул посмотреть, чем это они там занимаются. И улыбнулся, когда увидел это.
Мальчик растопырил руки, как какой-то экстрасенс. Тома с интересом наблюдала за этим. Но самым забавным было том, что перед Стасом в воздухе висел камень весьма немаленьких размеров, где-то с апельсин.
— Эй, — крикнул я с улыбкой, — чем занимаетесь?!
— Глянь Игнат, — посмотрел на меня Стасик, — я как настоящий маг!
Он взмахнул руками, и камень взлетел немного выше.
— Артефактный браслет с бытовой магией внутри, — приосанилась Тома, — я сделала его для Стаса. Он хранит внутри немного магии и потому работает. Но надо перезаряжать.
— Все равно очень круто! Гораздо лучше, чем то артефактное кольцо! — весело крикнул Стас.
— Очень здорово. Молодцы. Тома.
— Да, Игнат?
— Будь в библиотеке в одиннадцать. Я подобрал список книг, которые нужно просмотреть.
— Поняла!
Вернувшись за стол, я принялся доедать вафли. Только взял чашку кофе, как телефон, лежащий на столе, завибрировал. На экране высветился незнакомый номер.
— Да? Ответил я.
— Игнат Орловский? — прозвучал знакомый голос.
— Слушаю.
— Это Олег Петрин. Не отвлекаю?
— Я узнал тебя, Олег, — я отпил кофе, — могу говорить, в чем дело-то?
— Пожалуй, перейду сразу к делу. Знаю, что ты не любишь все эти любезности.
— Верно. Не люблю, — улыбнулся я, — но звучишь так, будто случилось что-то хреновое.
— Так и есть, — голос Олега был серьезным и даже звучал немного встревоженно, — у меня для тебя две новости.
— Плохая и плохая? — спросил я, припоминая, что сообщил мне Хлодвиг, как только я появился на фестивале.