"Фантастика 2024-106". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Мальчика больше не было. Теперь на его месте стоял зверь. Антропоморфный волк-человек возвышался над Хлебовым на две головы. Его мускулистое поджарое тело было покрыто серой шерстью, по цвету очень близкой к мышиному цвету волос Орловской породы.
Большие карие глаза смотрели сосредоточенно, но спокойно. Продолговатая морда волка имела какое-то странное уверенное или даже умиротворенное выражение. Гордое выражение. Однако сила, что исходила от этого существа напугала Хлебова, что называется до усрачки.
Он не мог произнести ни слова. В горле пересохло а мысли стали путаться.
— Тебя, — с трудом прохрипел он, — тебя не подчинить… Как же они глупы…
Несколько мгновений Хлебов смотрел в глаза измененному личной трансгуманизацией Павлу Замятину.
— Во имя Новой Маны, — только и успел проговорить Борис, перед тем как могучий зверь легким движением руки сломал ему шею.
  
Глава 20
 
Когда я открыл глаза, снова было черным-черно. Я даже не сразу понял, вижу ли я в принципе. Понял только то, что лежу.
В следующее мгновение я почувствовал на своей груди ее теплую приятную руку. Палец нежно вел по грудной мышце, а потом пятерня легла на мой живот. Ее упругое бедро же — на ногу.
— Привет, Паша, — прозвучал голос Кати совсем рядом. Теплое дыхание девушки коснулось моего уха.
— Включи свет, Кать. Ничего же не видно.
— Я хотела сделать сюрприз.
— Считай, — с улыбкой проговорил я, — что он получился.
Тогда привычным образом сверху полился поток света. Мы с Катей оказались в молочно-белом круге, который разогнал тьму в своих границах.
Девушка, лежащая рядом, хохотнула и поднялась, оседлала мои бедра. Я тут же положил руки на ее талию. Любуясь красивым животом и грудью Кати, я улыбался.
— Мне очень приятно, что ты так смотришь на мое тело, — она опустилась ко мне. Красивое лицо девушки, почему-то с закрытыми глазами, нависло над моим лицом, — но я хочу, чтобы ты посмотрел на это, — она распахнула глаза.
И это были человеческие глаза. Не белесые, как раньше, а живые и настоящие. Голубые глаза Екатерины Лазаревой. Те, самые, которых я в последний раз видел десять лет.
— Предки, — улыбнулся я, положил руку ей на щеку, и привлек. Поцеловал в по-настоящему горячие губы. Живые губы.
— Мы нашли еще слово, — проговорила она, когда поцелуй закончился.
— В заклинании, которое было в медальоне Хлебова, — догадался я.
— Да, — она улыбнулась и кивнула, — “Я мечтаю быть диким зверем”, — так оно звучало на русском языке. Следующее слово “мечтаю”.
— Это чудесно, — обнял ее я и быстро, но мягко сбросил с себя. Оказался сверху, с радостью заглянул в ее красивые глаза.
— Я чувствую себя еще более живой, Паша, — улыбнулась девушка, — и у меня есть для тебя кое-что. Синий ореол. И я, — она взглянула на меня из-под призывно прикрытых век. Я почувствовал, как девушка двигает бедрами подо мной, — я хочу передать его тебе.
— А я хочу тебя, — поцеловал я ее в губы, потом пошел поцелуями по шее и груди.
— Я тоже тебя… — проговорила она сквозь стон.
— Синий ореол, — Катя приподняла голову, когда мы закончили и немного отдышались. Девушка привычным делом лежала на моей груди, — если красный призван спасти тебя от негативного влияния магии, то синий — от физической опасности. Я знаю, как быстр ты был, когда жил в своем настоящем теле. Тело Игната медленное.
— Да, — тихо начал я, — реакции мне иногда не хватает.
— Синий ореол поможет в этом. Он ставится поверх красного. И когда чужое заклинание проходит сквозь него, то остаточная магия работает, как лечебная. Но не лечит.
— А что же?
— Укрепляет нервную систему. С каждым захваченным заклинанием ты становишься быстрее. Скорость реакции растет. Так, ты очень быстро достигнешь своих прежних высот. И даже превзойдешь их.
— Спасибо, — я поцеловал девушку в губы, — ты всегда знаешь, как меня порадовать, — откинулся назад, и обратил взгляд в темноту, — и доставить удовольствие.
— Я же твоя невеста, Паш, — прижалась она ко мне, — но меня кое-что беспокоит.
 
— Ммм?
— Слова. Они находятся необычно быстро. Это странно. Ведь такого никогда не было.
— Возможно, — задумался я, — мы не там искали. У нас есть прогресс. И я рад этому.
— Но есть и еще кое-что, — Катя поджала губы.
— Ммм?
— Шепчущий Во Снах.
— Кто?
— Я не знаю. Он… оно себя так называет. Это существо, что появилось в негде. Я тебе уже упоминала, что чувствую чье-то присутствие.
— Оно говорит с тобой? Это существо.
— Да, — девушка кивнула, — и, вроде бы не проявляет враждебности. Шепчущий Во Снах утверждает, что всегда был здесь, рядом. Просто я никогда не слышала его. Но я не верю. Я совершенно уверена, что все эти годы была тут одна.
— Я хочу поговорить с ним, — я поднялся. Девушка тоже села, посмотрела на меня. Глаза делали ее лицо выразительней, чем раньше.
— Я не уверена, что он согласится.
— Это не важно. Его согласие не имеет значения. Только твоя безопасность.
— Хорошо.
Я должен знать, не опасно ли это существо. Как оно себя ведет?
— Шепчет, — пожала плечами девушка, — говорит со мной. Подсказывает мне, как искать слова, как расчленять заклинания, — она опустила взгляд, — как делать ореолы.
— Красный и синий сделаны по его советам?
— Да.
Я молча смотрел на девушку.
— Когда он явится, призови меня в сон. Я приду.
— Хорошо, — немного растерянно взглянула на меня Катя, — я постараюсь.
Очнулся я прямо на земле. С трудом поднялся, осмотрел одежду. Ее, собственно говоря, почти и не было. Одни обрывки. Тело барона Петрина, он же Борис Хлебов, лежало в нескольких метрах от меня.
Шея мужчины была неестественно вывернута. Кожа уже побледнела. Синие губы выделялись на белом лице, которое приобрело удивленное выражение.
— Проклятье, — выдохнул я, — личная трансгумагизация — сильная магия. Ее придется учиться контролировать. А еще она ценная. Так что нужно создать под нее новый ореол.
Некоторое время я осматривал тайное убежище мертвого барона. Первым делом нашел и прочел записку, которую Хлебов отправил своим хозяевам. Она гласила:
“Я провалился. План с тенью не сработал. Старик жив. Мы недооценили возвращенца. Меня раскрыли. Сообщите Пророку, что я выезжаю в Москву, как только смогу. Передаю дело Глазу и Родичу”.
— Глазу и Родичу, — задумался я, — следует и дальше ожидать ловушек.
Больше ничего интересного найти не удалось. Беззвучный пистолет и медальоны-телепортеры я решил прихватить. Обмотавшись в какой-то плед, а вещи сложив в узелок, я вышел на улицу.
Серые утренние сумерки говорили о том, что на часах около четырех утра. Дождь кончился, и грозовые облака медленно расплывались, обнажая тусклое небо.
Оказалось, что пещера была заколдована. И снаружи представляла собой большой грузовой контейнер, одиноко лежащий на свалке строительных отходов, что расположилась недалеко от дороги.
Причем, когда я снова заглянул в контейнер, входа в пещеру больше не было. Он просто исчез. Впрочем, я не удивился. Оглянувшись по сторонам, вздохнул.
— Что ж, — проговорил я себе под нос, — язык доведет и до Москвы.
Подойдя к обочине, я принялся голосовать редким проезжающим мимо машинам.
Повезло, что домой я умудрился попасть до того, как все проснулись. Причем на такси. Таксист возил какую-то простолюдинку из ближайшей деревни в больницу, и теперь возвращался в город. Аристократу он, конечно, отказать не смог.
Когда мы приехали, на второй этаж поместья пришлось слазить дважды: первый раз за деньгами для таксиста, второй — чтобы попасть к себе в комнату. Ведь разбудить никого я не хотел.
— Расскажи, — Вика села за стол напротив меня, — что это была за девушка? Кто ее ранил?
— Не люблю длинных предисловий, — проговорил я, когда утром мы собрались на кухне перед завтраком, — моя подработка — участие в дуэлях за деньги. А девушка — моя знакомая, которая попала в беду, — я опустил глаза, отчасти по моей вине.