След Анубиса (СИ)

— Мы многого не знаем, — отозвался Вовка. — И лучше этого не знать. Рано. Крыша съедет.
— А ты знаешь? — спросил его Степан.
— Догадываюсь.
— О чем?
— О том, что ты не инопланетянин.
— Шутишь всё, — нахмурился Степан. — А тут получается не до шуток. Живем мы тут все. И не знаем ничего. Каждый своим делом занимается, копошится. Слушай, Василий, а ты чем по жизни занимаешься? Я вот, например сторож. Вовка, как я понимаю, в школе учится. А ты кто?
— Учитель я, — не задумываясь, ответил Василий.
— Да, ну!
— Никакой он не учитель, — усмехнулся Вовка.
— А кто он?
— Сам не знаю. Но не учитель он. Это точно. Он такой же учитель, как ты инопланетянин.
— Василий, кто ты есть? — не отставал Степан. — Признавайся.
— Летчик — испытатель. Устроит тебя такое признание?
— Темнишь, ну и темни, — махнул рукой Степан.
— Пора собираться, — решительно произнёс Вовка.
— Там же ещё горячо, — возразил Василий.
— Уходим, — Вовка поднялся с кресла.
— Точно! Пора! — Степан засуетился. Схватил поклажу с рыбой. Василий поднялся с кресла, накинул автомат на плечо, забрал телефон с приборной панели, посмотрел на экран. Интересно-то как. Экран телефона зеленовато светился. Подзарядился что ли? А вдруг связь есть? А если позвонить куда? Он дотронулся до клавиш. Но что-то остановило. Кому звонить-то? Аркадию? А что он ему скажет?
— Прихватим на память? — спросил Вовка и как-то хитро посмотрел на отца. В руке он держал нечто похожее на массивный браслет из черного блестящего материала. Если эту штуку на руку надеть, то она точно половину локтевого сустава закроет. Что за штука такая? Заклепки какие-то на ней блестящие.
— Это ещё зачем? — спросил Василий
— На память. Штука-то инопланетная. Тут ещё есть, — Вовка обернулся и достал из-под приборной панели еще пару браслетов.
— А он прав! — заметил Степан. — Когда мы вернёмся, это будет доказательством, что мы на инопланетном корабле побывали. Давай сюда! Ух, ты! Увесистая штучка. Сразу видно, что неземная. Может, что ещё прихватим?
— Достаточно! — возразил Василий, примеряя браслет на руку. — Что тут ещё прихватывать? Кресло? Или панель управления? А может, телевизор оторвём? Нам надо налегке двигаться. Всё, пошли. Не будем задерживаться.
— Пошли! — позвал Вовка. Он уже успел открыть бортовой выход. Оттуда нахлынул жар, как из печки. Василий забрал карту и тетрадь с записями прадеда Степана и выпрыгнул наружу. Тут же его прошиб жаркий пот. За сорок температура воздуха, не меньше. Темновато уже. Но идти можно. Свет заката еще пробивается из-за верхушек скал. В котловине темно. Камни остыли. Всё что могло гореть, уже давно сгорело. Пустыня там горячая.
— Пошли, посмотрим? — предложил Степан, показывая пальцем в черноту. Василий понял, куда тот зовет.
— Зачем? — спросил он. — Что ты там забыл. Хочешь его поискать в темноте?
— Я хочу на эту тварь посмотреть и плюнуть в его обгорелую рожу! — Степан потряс кулаком.
— Время не теряем! — прикрикнул Вовка и направился в противоположную сторону от поля битвы. А Степан лишь рукой отмахнулся и решительно зашагал в темноту, туда, где остывали камни. Василия тоже разбирало любопытство. Что там?
— Я сейчас! — крикнул он сыну, поспешил за Степаном и уже было, догнал его, когда тот, пройдя с полсотни метров, остановился, как вкопанный и протянулруку вперед, показывая в темноту.
— Назад! — послышалось за спиной. Когда Василий услышал этот пронзительный Вовкин вопль, он уже увидел, то на что показывал Степан. Вроде, как лужа светящаяся зеленоватым светом, она медленно растекалась щупальцами по земле, увеличиваясь в размерах, словно вбирая в себя окружающую темноту. Свечение усилилось, и Василий увидел в нем нечто напоминающее сгорбленную человеческую фигуру. Она медленно распрямилась. Зеленый свет начал стекать по ней струями и первое, что увидел Василий отчетливо в фигуре, это голову. Звериная голова оскалила пасть, обнажив белые клыки. Палец Василия сам нажал на курок. Автоматная очередь разорвала тишину.
 
— Бежим! — завопил Степан.
Они побежали. Василий почувствовал спиной взгляд из темноты. Холодный взгляд. Безжалостный.
— Быстрее! — послышался вопль Вовки, но Василий и без этого крика понял, что надо бежать, как можно быстрее нестись к высоким скалам. Уходить с открытого места прочь. Пот заливал глаза. Жаркий воздух врывался в легкие. Сердце стучало в голове. Ноги запинались в темноте об острые камни. Путь пошел на подъем. Стало труднее бежать. Но близость укрытия подстёгивала, заставляла двигаться быстрее не жалея последних сил.
Вот и скалы. Пауком Василий вскарабкался следом за Вовкой наверх и перевалил свое тело за острый край, каменного гребня. Степан уже был здесь. Первым добежал до скал и первым же залез. Даже Вовку обогнал. Все трое залегли на камни, хранившие тепло ушедшего дня.
— Что это было? — спросил Степан, переводя дух.
Как бы в ответ на его вопрос из темноты котловины вырвался зеленый луч, ударил по скалам, взорвав их острым крошевом.
— Блин! — вскрикнул Степан и пополз от края обрыва.
— Бежим! — Вовка вскочил и ринулся в темноту.
Снова бег. На этот раз по неровностям скал. Где вприпрыжку, а где ползком. За спиной метался луч. В голове плясали нехорошие мысли. Что происходит? Эта тварь не уничтожена? Или же это новая тварь?
Василий почувствовал под ногами мягкий мох. Ветви деревьев захлестали по щекам.
— Стойте! — послышался за спиной крик Степана. — Я не могу больше!
Василий остановился, обняв шершавый ствол дерева. Вовка упал на холодный мох. Степан подполз на четвереньках. Позади рвануло так, что колыхнулась земля. Яркий огненный шар поднялся к черному небу, осветив на несколько секунд лица беглецов.
— Корабль уничтожил, — мрачно произнёс Вовка.
— Он бессмертный, да? — прохрипел Степан, хватая ртом воздух.
— Он неживой, — уточнил Вовка. — Надо дальше бежать. В другой сектор уходить. Он идет за нами.
— Он идет за тобой, — уточнил Степан.
— Да, за мной, — кивнул Вовка и замолчал. Степан молчал тоже, но все поняли его мысль.
— Тебе не надо ходить с нами, Степан, — произнес Василий решительно. — Я втравил тебя в это дело. Уходи.
— Ага, сейчас, — Степан кивнул. — Уже ушел. Эта тварь золото моего прадеда уничтожила. Я уже было, надеялся, что вернусь и заживу, как человек. А вот нет! Эта тварь можно, сказать всю мою оставшуюся жизнь в сортир спустила. Нет уж. Я с вами пойду. Ну, должна же какая-то управа на этого гада существовать! Прямо как в сказке! Кащей бессмертный какой-то. Бессмертный-то Кощей был, а все равно и на него управа нашлась. На конце иглы смерть его была.
— Это в сказке, — невесело произнёс Василий.
— Не скажи! Сказки сказками, а в них смысл есть, — возразил Степан.
— Всё, пошли! Уходить надо! — забеспокоился Вовка. — Идет он. Сейчас по ночи в темноте поныряем по секторам, запутаем его, а поутру при свете карту посмотрим и там решим, что дальше делать. Главное не терять самообладания.
— Главное веры не терять, — поправил Степан и, кряхтя, поднялся на ноги. Далеко в темноте отсвечивало красное зарево, догорающего звездолета. Враг был где-то там. Уничтоженный в жестокой битве, он восстал из огня вновь. Враг приближался. Странно, Василий теперь уже сам чувствовал его. Это была машина. Безжалостный механизм, имеющая цель убить его сына и уничтожить землю.
 Глава 8 
В поисках выхода
Они пробирались через темноту. Треск сучьев под ногами пронзал слух, разносился далеко в тишине ночного леса, словно оружейные выстрелы.
— Привал! — тяжело выдохнул Степан и, без сил, повалился на спину. Возражений не последовало.
Почувствовав затылком сырой прохладный мох, Василий закрыл глаза. Резкий сигнал мобильника заставил его вздрогнуть. Он поднёс телефон к уху.
— Это Мольгаут, — прозвучал в трубке далекий голос.