Бессмертный (СИ)

Стоит отметить, что я как раз у Анны был, той самой белоруски, что так стерегли родственники мужа, мы миловались в её спальне, весь дом спал кроме моей подружки, и тут Сержант на меня вышел. Дрон, что висел над нашей базой, мы вчера очередную колонну привели, дал сигнал что меня ищут, заглянули в палатку, пусто, срочно поднятый Дауров честно сказал, что их командир обычно в этом время по бабам ходит. Сейчас по рации вызывали, я всегда при себе ношу небольшую радиостанций «Р-157», у меня и всех сержантов такие же, более современными наш взвод не снабжают. Да и батальон тоже. Я взял трофеями у контрабандистов с десяток коробок с новейшими японскими радиостанциями со сканерами, вот прикидываю как бы их во взводе в штат ввести. Надо будет с ротным поговорить. Потому отовравшись от любовницы, шепнул ей:
— Помолчи, меня командование вызывает, — достал незаметно из хранилища рацию, а сделав вид что с пола поднял, где одежда лежала, связь обеспечили спутники, прямыми лучами, и я, надев гарнитуру, ответил на вызов:
— Это Чибис. На связи, приём?
— Ха-ха-ха, — засмеялась Анна, та не опасалась шуметь, я объяснил, что опрыскиваю дом специальным безвредным сонным средством и её родственники спят до утра, и пушечными выстрелами не разбудить, так что та не стеснялась шуметь, да ещё по громче орала во время оргазма, видать достали её тут слежкой. — Чибис? Не похож.
— Тихо. Чибис на связи. Приём.
— Чибис, когда будешь в расположении? Приём, — послышался в динамике голос ротного. И его подняли.
— Через полчаса. Приём.
— Срочно прибыть в штаб батальона. Приём.
— Добро, скоро буду.
Я уже всё, силы потратил, так что мы пару минут потратили на жаркие поцелуи, и оставив ту прибираться, сегодня я побуйствовал, и отбежал по улице к месту где темно было, тут фонарь разбили, достал глайдер и вскоре был в полёте. Тут двадцать минут лететь, скоро на месте буду. Глайдер покрыт специальной защитой, радары местные его не берут, да и система маскировки стояла, армейская. Что я ещё скажу? Мои дроиды активно работали, дорогостоящего добра платформа доставила мне изрядно. Хорошо поработали по приграничным тропам, немало электроники, других товаров, вооружение разные, даже ПЗРК было, жаль, но две единицы с запасом ракет я упустил. Их уже получила группа, что работает по советской авиации. С помощью крупнокалиберных пулемётов работала, теперь ПЗРК получили, британские, на пробу им выдали. В общем, неплохо. К слову, я последние два дня также работал пси-силой. А что, на любовниц я тратил от силы часа два, тут и дорога входит, и вот опустошённый морально и физически и отдыхал таким образом, создавал новые творения. После глайдера я пока ничего не делал, а имею ввиду что занимался ремонтом и восстановлением покраской с нанесением тактических знаком на бывшую технику афганской армии. То есть её в полный порядок приводил, дроид красил и помогал мне. К слову, один «БТР-70» модернизовал, выкинул движки, поставил электромоторы, реактор, в бронированной капсуле, и установил гравитаторы, тот теперь и летать мог как платформа, а выглядел обычно, испытания успел провести, однако пока это всё что я успел. Занимался только наземной техникой, успел закончить, но до авиации руки не дошли, кроме двух «Ми-35». Ими этой ночью хотел заняться, но видимо что-то случилось, и меня затребовали. Чую отдыха не будет. Так как Сержант давно сидел на связи нашего раведбата и штаба дивизии, слушая даже шифрованные передачи, то я просто задал ему запрос и прослушал звонок из штаба дивизии командиру батальона, подняли его из постели. Стоит отметить что звонок был больше частным образом, а не по службе. Звонил начальник тыла нашей дивизии, а такие звонки не игнорируют. Если проще, то тот просил помощи у моего комбата.
Дело было вот в чём. У начальника тыла была своя военно-полевая жена. Та пропала, не вернулась из города. Тот конечно всех поднял, всё что можно, но отследили её путь с подружкой только до рынка, после чего их никто не видел. Обеих девчат. А вечером подбросили начальнику тыла её кепи, с инициалами с внутренней стороны, и предложением обменять девушку на то что нужно духам. Начальник тыла не уточнял что с него требовали. Это не первый случай, уже было одно похищение, закончившееся благополучно, где-то месяц назад, там с разрешения штаба армии обменяли грузовик автоматов Калашникова на девушку, вернув её. Комбат сказал, что постарается решить вопрос. Сержант, что их слушал одним из потоков, не связал эту беседу со мной, поэтому не предупредил, а комбат вышел на ротного и велел меня вызвать. Вот так и пришлось раньше вылетать. Сам Сержант уже присмотрел запись со спутника, нашёл где их похитили, не на рынке, но рядом, куда повезли и где прячут, так что задание плёвое. Вертолёт ждал, пообщаюсь с комбатом и вылетаю в Кабул. А так я подлетел к расположению роты, убрал глайдер и побежал к своей базе, не в город. Там комендантский час. Опознался у бойца-часового, сообщив пароль, тот хоть из моего взвода, но требования устава чтил, так что спустился в окоп и побежал к палатке ротного.
 
— Двадцать пять минут, — посмотрев на часы, сказал тот. — Идём, машина снаружи ждёт.
Мы сели в машину и покатили в город, вскоре встав у поста, нас проверяли.
— От бабы чую, духами сильно шибает, — сказал ротный, с нотками зависти. — И ещё, спрячь такое довольное выражение лица, и главное засос на шее.
— Хорошо, — поправляя ворот, сказал я, и добавил. — Вы в курсе, что штаб нашей дивизии из Кабула переводят к нам в Баграм?
— Вот это не порадовал, замучают с проверками, особенно нашу роту. Каждый сверчок у кого звёзд больше, будет к нам заглядывать и строить разведчиков. Было у нас уже такое, я там взводным бегал, в начале войны. Надо с комбатом посоветоваться.
— Уверен, что он в курсе.
— Возможно.
— Ещё важная информация от моей агентуры. Британцы через Пакистан свои ПЗРК передают моджахедам. С десяток комплексов уже на территории Афганистана.
— Это плохо. Доложишь комбату, как прибудем.
Вот так доехав до штаба, мы покинули «уазик», тот местный, штабной, у ротного своего не было, если нужно, брал из гаража штаба батальона. А так у ротного «бэтр», обычно на нём катался. К слову, и у нашего взвода была машина, «шишига», мы просто ею не пользовались, нужды не было, она введенье ротного старшины. Дежурный лично сопроводил нас в кабинет комбата и поспешил обратно на пост, штаб не спал, какие-то дела велись, но по сравнению с тем что днём было, всё же сонное царство.
— Прибыли? — поднял голову комбат. — Не торились.
— Товарищ майор, у младшего лейтенанта Такташа есть срочная информация, по британским ПЗРК, — сказал ротный.
Тот сразу напрягся, и повернувшись ко мне сказал:
— Докладывайте.
— Разрешите? — подходя к карте, расстеленной на столе, спросил я, и получив молчаливый кивок, взяв из пенала острозаточенный карандаш, стал показывать на карте нужные координаты. — Британцы продали моджахедам через подставных лиц двенадцать пусковых ПЗРК «Блоупайп», и примерно около сотни ракет. Тремя караванами все эти системы были направлены на территорию Афганистана, четыре дня назад. Заказали их довольно известные полевые командиры. Три дня назад два вот этих каравана, что шли по этим тропкам, где было шесть пусковых и четыре соответственно, оказались перехвачены нашей спецурой и уничтожены. Кто работал, моджахеды не знают, но уничтожение караванов ими зафиксировано, выживших там не было. Однако третий караван что шёл вот тут, достиг места назначения, груз получен и на грузовике торговца доставили уже сюда, и вчера были переданы обе пусковых и два десятка ракет группе полевого командира, что как раз и занимался обстрелом наших вертолётов в горах. Они имеют восемь «ДШК», и за два года на их счету четыре сбитых вертолёта. Два наших и два афганской армии. Вчера вечером с инструктором, что на ходу обучает их применению установок, они покинули базу. Не терпится им использовать ПЗРК. Достоверно известно, что выбрали они вот эту высоту, тут рядом иногда пролетают наши транспортные самолёты, что идут на посадку аэродрома Баграма. Маршрут их проходит вот тут. Это вся информация что мне известна.