Обмануть красиво, или Когда слетает чешуя (СИ)

Но таков был закон равновесия. Не знаю, кто его придумал. Но сохранять его мы обязаны, хотя я специально рискнул и однажды нарушил его. Пришел к себе в детстве и рассказал, кем стану и что мне нужно делать.
Вот хоть убейте, но я не помню своего посещения! Видимо, был слишком юн или равнодушен к подобным откровениям.
Но вот что я запомнил навсегда, так это убежденность в своем будущем, уверенность в своих силах. Значит, не зря слетал…
– Грудь! – заорал кто-то прямо за соседними деревьями. Я машинально откликнулся:
– Где?
Это был не лучший момент для шутовства: я рухнул с небольшого обрыва в реку, промок до нитки, переоделся в какие-то лохмотья и сейчас выглядел не как солидный помощник законника, а как нищий селянин. Хотя, чего это я: бедняки ведь тоже хотят развлечений!
– А, вижу. – Вышел я из-за деревьев и нахально уставился на первое, что попалось на глаза. – И ножки тоже неплохие…
А потом до меня дошло: на Соло-ране же девушки не оголяются... От догадки, еще не дошедшей до сознания, сердце сжалось. Я поднял голову и замер.
Это же она! Екатерина Левина, двадцать пять лет, землянка!
Вот я, спустя почти год, нашел ее, – и в какой же, шарт, неудобный момент! Ну и как соблазнять красотку – в образе деревенщины?!
– Тебе еще рано на такое смотреть, - отрезала Екатерина, машинально разглаживая платье и принимая величественный вид. Я едва не фыркнул: вот это реакция на мужчину!
– Чево енто рано? – возмутился, принимая образ сельского парнишки. Интересно, зайдет? – Я, между прочим, уже женку себе присмотрел, Люшка не против.
А про себя просто содрогался от хохота. Ну я и фантазер!
Судя по всему, иномирянка тоже оценила мой юмор: уголки ее губ дрогнули. Мне это почему-то польстило.
– Ну раз не против… – усмехаясь, протянула она и принялась оглядываться. Я с любопытством оглядел ее покачнувшуюся от ужаса, привалившуюся к березе фигурку. Есть такое чувство, когда ты долго за кем-то наблюдал через сеть, а теперь, наконец, увидел вживую…
Длинные, от ушей ноги, голубое, в пятнах грязи обтягивающее платье, высокая грудь, изящные запястья, правильное лицо с притягательными губами… Эффектная дамочка. Знает себе цену.
Хм. Какой же применить к ней подход?
– С тобой все у порядке? – обеспокоенно спросил, так и не определившись. Не могу предположить, как поведет такой, как у нее, психотип в данной ситуации. Как поступит Екатерина: заистерит или, наоборот, возьмет себя в руки?
Все-таки попаданок в моей практике еще не было, и от этого по нервам пробежала дрожь волнительного предвкушения.
– Ты вообще откуда, болезная?
– Какая я? - прохрипела Екатерина, побледнев. Я напрягся, предчувствуя всплеск эмоций. И попытался отвлечь внимание:
– Ну, драная одежда, словно тебя бандюки… э…
Отвлечь удалось: она словно стряхнула с себя панику – я даже немного зауважал иномирянку – и торопливо двинулась вглубь леса, кивком головы пригласив следовать за ней.
Кто я такой, чтобы отказывать даме?
– Можешь подсказать, где взять одежду? – внезапно остановилась Екатерина и повернулась, кусая губы. – Или… Поможешь достать?
Я широко улыбнулся, услышав нотки мольбы в ее голосе. Конечно, помогу, милая! Я твой добрый друг, запомни это!
Конечно, у меня была цель стать ей со-овсем не другом, хе-хе. Но если бы я только знал, чем обернется моя затея соблазнить иномирянку! Если бы я только знал!..
  
Продолжение комедии
 
Мы двинулись по едва заметной тропинке вперед, к домику пожилой вдовы, которая не могла посетить свадьбу по причине старости.
– Скажи, а что тут у вас творится? – хрустя валежником, поинтересовалась позади иномирянка. Пришлось снова включить деревенщину:
– Свадебный обряд не узнала? Ви-но сегодня замуж выходит. Провожаем в последний… - шарт, только бы не заржать! – В дорогу провожаем.
– Куда именно? – Екатерина тоже едва уловимо хмыкнула.
– Дык в столицы енти поедет. – Озвучил я правду. – В храм, а потом и в дом жениха своего.
– Столицы? – судя по звуку, несчастная попаданка споткнулась. Растяпа! О, кстати, неплохой образ: надо будет как-нибудь примерить на себя. Вдруг ей нравятся недотепы?
 
А что: такая, как она, может, захочет выглядеть круто на фоне жалкого мальчишки. Вот как сейчас.
– Ты откудова вообще? – я изумился, придавая нашему разговору остроты.
– Издалека, – буркнуло мое задание. Я мельком обернулся: блондинка резво шла за мной, задумчиво глядя под ноги. Вроде оправилась от первого шока?
Тогда можно еще немного развлечься!
– Из другой страны? – я постарался не выпрыгнуть из гигантских штанов от мнимого счастья. – Ты иди к нам в деревню, в трактире тебя бесплатно накормят за рассказы о вашем житье-бытье!
Честно, не ожидал того, что последует. Даже замер на секунду, но потом ускорился, скрывая замешательство. Знаете, довольно страшно слышать за спиной утробное рычание голодного зверя.
Ее желудка.
Непонятно: мне уже стоит бояться?
– А что у вас слышали о магии? – чуть позже невозмутимо спросила Екатерина, когда мы вышли на широкую дорожку.
– Магии? – я мысленно хмыкнул, забавляясь тем, каким же отсталым словом называет эта девушка свои собственные способности! Это как ногу чудом обозвать. – Такого у нас не водится. А что это? Или… кто?
– Даже так… – Екатерина остолбенела, я сделал вид, что не заметил. Давай, милочка, быстрее шевели ногами, а то мне надо на свадьбу попасть, если хочу еще пользоваться расположением Каноре. Не дрейфь, прорвешься! Ты, если верить анкете, весьма пробивная особа.
Как назло, она и решила пробиваться. Весьма любопытным путем.
– Пойдем поедим.
Ну да, еда – основа жизни. Пробиться к источнику питания – весьма разумный шаг. Но пока неосуществимый.
– В трактир мы смогем попасть тока после ентой… цыремонии, – делано виновато проговорил я, вынужденно притормаживая. Внутри медленно разгоралось раздражение к этой дамочке, которая считает, что может не считаться с чужими интересами.
– Что ж, - она тоже, судя по голосу и выражению лица, не в добром расположении духа. – Тогда давай за одеждой быстренько, дождемся окончание церемонии, и я поем! Иначе… – она злобно посмотрела на меня, и я неосознанно подыграл коллеге, судорожно сглотнув. – Кто-то рискует стать моим обедом!
Я развлекся, сымитировав страх и судорожно ощупав себя, мол, все ли мое еще со мной? Приятно видеть, как иномирянка реагирует на мои шутки. Мне всегда нравится, когда я могу улыбнуть человека.
– Или будет сам готовить мне! – она уже откровенно потешалась надо мной. Я на секунду испытал негатив – не люблю насмехательства, – но терпеливо продолжал играть роль глупого селянина.
Пусть девчонка почувствует себя в безопасной и привычной среде. Пусть думает, что и здесь может играть с мужчинами. Ничего, это, в принципе, мне и нужно.
– А мы пришли, – я громко выдохнул, выражая крайнюю степень облегчения. Блин, неужели она серьезно поверит в то, что я ее испугался? Вот это да –поверила!
- А почему мы не пошли, как белые люди, по предназначенной для этого территории? – взрыкнули позади меня, и я ускорил ход, пряча улыбку. Через мгновение, взяв себя в руки, обернулся и жалостливо проговорил:
- Просто хотелось немного с тобой поболтать, а по лесу идти дольше…
- Так ты остановись, поболтаем, – с угрозой произнесли, нагоняя. Я настолько вошел во вкус, что почувствовал зарождающийся азарт и увеличил темп, переходя почти на бег.
- Я остановлюсь, - пообещал, краем сознания радуясь, что тренировки с Каноре закалили меня: никакой отдышки!
 
А девчонка, судя по всему, не приветствует активные тренировки: шумно сопит. Хотя, справедливости ради, еще год назад я на ее месте мог бы вообще задыхаться.
Мы как раз пришли, и я быстро сходил за одеянием для иномирянки. Одежда покойного мужа хозяйки ей вряд ли бы подошла, поэтому вдова отдала свою домашнюю рубаху. Я почему-то не мог смотреть в поблекшие, старчески слезящиеся глаза и, забирая сверток, чувствовал себя не в своей тарелке. Обычно воспринимаю дары, как должное, но сейчас меня поразило, что человек отдал чуть ли не последнее, – и все это спокойно, без внутреннего сопротивления и ожидания встречной доброты… Совсем не так, как большинство людей на Соло-ране.