Восьмая нота Джокера (СИ)

─ Какая разница? Просто подошёл, ─ пожимает плечами, а я с трудом себя сдерживаю.
─ Если я спросил, значит, мне есть разница, Мими.
Опять влипаем друг в друга, как в паутину. Кажется, даже молнии из глаз сыплются, когда вот так смотрим, и у меня в башке такой трэш, что мне никогда не стоит его озвучивать.
Не давая мне спороть очередную херь, возвращается Ника, вприпрыжку подскочив к нам и отобрав у Миши коктейль, который она всё это время с силой сжимала, а я даже не замечал.
─ Извини, пить хочу жутко, ─ Самойлова наполовину выпивает всё, и Макс не успевает её оставить.
─ Я бы купил тебе всё, что хочешь…
─ Знаю, ─ улыбается ему, а я понимаю, что не хочу больше находится среди этого шума.
─ Я заберу её у вас ненадолго? Хотя, кого я спрашиваю.
─ Нет, ─ тут же идёт в оборону моя мелочь.
─ Забирай, ─ разрешает рыжая, вернувшись вместе с подмигнувшим Славкой. Если они танцевали, у девчонки могут быть новые проблемы…
Но это уже меня не касается.
Хватаю Мишу за руку и веду в сторону випок, замечая вдали Лику. Раньше, наверное, позлорадствовал бы её разочарованию, искривившему лицо, но в душе всё ровно. Я, как поверхность озера в жаркий день. Только солнце палит нещадно, и нет даже ветерка – именно так себя и ощущаю, сжимая прохладные пальцы.
─ Царёв, чего ты опять добиваешься? Зачем?
Стоит перед дверью и смотрит, как я её запираю, прижавшись к ней всем телом, но не дёргается. Смирилась. И это правильное решение, потому что любое лишнее слово против, и я уже не знаю, что сделаю.
─ Потому что не могу без тебя, Мишань, ─ вжимаюсь в её напряжённую спину и тону в аромате. ─ Я в тупике, понимаешь?
─ Ты сам себя туда загнал.
Может быть.
─ Нет, это всё ты, ─ добираюсь до шеи, как наркоман дорвавшийся до дури, и целую. ─ Думаешь, так просто отделаешься? Даже не надейся.
─ Ян…
Медленно тяну вниз молнию, открывая себе всё больше кожи, впиваюсь, чтобы остались следы, как ненормальный кусаю и зализываю, не сразу замечая, как Миша напрягается. А потом вижу, что тут и до меня кто-то неплохо постарался, оставляя свои отметины. Какого…?
─ Опусти, ─ пытается вырваться.
─ Я только взгляну.
─ Не надо!
Не слушаю. Дёргаю молнию почти до середины и зависаю на радужных синяках, раскрасивших спину. Этот вид рождает во мне землетрясения, пробуждает вулканы и накрывает всё такими волнами, что цунами до них далеко. Но это всё внутри. Снаружи я будто в лёд врастаю. Лёд, который вот-вот раскрошится к херам, обнажив самое худшее.
─ Мишань, ─ не узнаю свой голос, и она замирает, ─ кого мне убить? Просто скажи, и я сделаю это.
Она разворачивается резко, пугая выражением глаз. Такая решимость и отчаяние есть, наверное, только у самоубийц, и именно их она мне сейчас напоминает.
─ Ты ничего не будешь делать. Пообещай мне, Ян… Я прошу тебя, ничего не делай!
─ Это отчим, да?
Хотя, мне даже ответ не нужен, чтобы итак всё понять. То есть, всё это время я как идиот думал, что она меня ненавидит, играл в обиженного мальчика, ревновал к какому-то старому козлу, а из неё просто дерьмо выбивали? Да, Царёв, а мозгов у тебя как не было, так и не прибавилось.
─ Ян, пожалуйста, ─ всё ещё старается достучаться, а у меня перед глазами кровавые сцены одна хлеще другой.
Чёрт, сегодня бы мог быть такой хороший вечер, вот нахера?
─ Ты хочешь, чтобы он тебя совсем убил, да? ─ трясу её, как куклу и тут же прижимаю к себе, потому что её трясёт. ─ Позволишь ему?
─ Он что-то сделал с моей мамой!
─ Что именно?
─ Я не знаю… Не знаю, ясно? ─ глажу по волосам, как маленькую, и сам удивляюсь, откуда во мне эта нежность. ─ Может, я просто спятила, но она никогда бы не дала такому со мной произойти. Она бы не стояла и не смотрела, как какой-то мужик ведёт меня в комнату, чтобы преподать урок послушания.
Не могу смотреть на неё такую.
─ Это из-за меня? ─ вдруг бьёт по нервам.
─ Может быть. Не знаю, ─ дышит тяжело. ─ Мне кажется, я уже себе самой доверять не могу, Ян. Он хочет свести меня с ума!
─ Тихо-тихо. Я тебе верю, поняла? ─ заставляю посмотреть на себя, чтобы дошло. ─ Если ты так говоришь, значит, так и есть. Я, конечно, считаю тебя немного отъехавшей, но сумасшедшей – нет.
 
Успокаиваю её, а сам пытаюсь не сойти с ума. Если я сейчас пойду и возьму пушку у отца, а потом пойду к Филатову, значит, я такой же, как он, а эта девчонка такого не оценит. Нужно думать иначе.
─ Обещай, что не будешь вмешиваться. Обещай, Ян! Я не хочу никого терять.
Не могу я такого обещать, Мишань. Когда трогают твоё, это первый инстинкт – убить, а уже потом во всём разбираться…
─ Значит, я тебе всё же дорог? ─ улавливаю единственное.
─ Ты только это услышал?
Хочу сказать ей, на самом деле много чего, но в двери начинают барабанить, и все слова теряются.
─ Ян, вы там? ─ Славка, кажется, в панике, а это что-то из серии невозможного. ─ Открывай, с Никой что-то случилось!
Я за секунду подрываюсь, помогая Мише с платьем, и мы оба, как ужаленные бежим узнавать, в чём дело.
─ Что?
─ Её Макс повёз в больницу, Тая сними. Он сказал, она вроде что-то выпила.
Переглядываемся с Мишаней, и я вижу, что она читает мои мысли.
─ Это ведь Абрамов тебе купил коктейль?
─ Он, ─ кивает. ─ Но я пить не собиралась. Взяла из вежливости… Господи, что он туда подсыпал?
А вот ко мне приходит чёткое понимание, что именно он подсыпал, и что собирался делать. И кто надоумил его тоже понимаю отчётливо.
─ Сука!
─ Ян?
Походу, руки в крови я сегодня всё же запачкаю.
Глава 31 
События в очередной раз происходят слишком быстро, чтобы за ними успеть, и я реально не успеваю, когда Ян уже мчится через весь зал, чтобы встретиться с Ильёй, а у меня не выходит его остановить.
─ Миш, вот сейчас лучше вообще к нему не лезь. ─ Удерживает Слава, не давая ринуться следом. ─ Никогда к нему не подходи, если он в таком состоянии.
Ян в этот момент настигает Абрамова и нападает со спины, врезав сразу, как только тот его видит. Кто-то кричит, музыку останавливают, но Царёв вообще ничего не замечает, как зверь накидываясь на хохочущего брюнета, который даже не сопротивляется – похоже, он что-то принял в очередной раз.
─ Слав, он же его убьёт! ─ дёргаю парня за одежду.
─ Не убьёт, но покалечит. Давай я тебе лучше такси вызову? Съездишь к Нике.
─ Не могу. С ней Тая, а кто за этим идиотом присмотрит?
И он не спорит.
Вокруг уже собралась толпа, а нерасторопные охранники почему-то не спешат вмешиваться. Тогда я решительно направляюсь прямо к Яну, расталкивая зевак вместе со Славой.
Когда добираемся до этих двоих, из Абрамова вытекает уже прилично крови, но страшно мне совсем не из-за него.
─ Говорил же, будет весело… ─ только это успеваю услышать, всё-таки вытянув Царёва к себе и крепко схватив его изо всех сил – лишь бы снова не лез в это и не брал грех на душу.
Он смотрит своими безумными глазами, будто и на меня сейчас набросится. Но вместо этого обхватывает моё лицо всё ещё окровавленными пальцами и прижимается губами к моим так, что и мысли нет остановить. Даже не пытаюсь сопротивляться. Каким-то внутренним радаром понимаю, что ему это нужно, и просто позволяю ему забыться в себе.
Плевать на тех, кто на нас смотрит.
Они и понятия не имеют, что наверняка творится в голове у этого опасного блондина, готового порвать всех и каждого просто за то, что они всё ещё тут стоят.
А я чувствую его ярость.
Она кипит в нём, играет в напряжённых мышцах, отдаваясь и в моём теле жуткими звуками, но даже это мне нравится…
─ Ещё раз так сделаешь, Мишань, я за себя не отвечаю, ─ предупреждает, сжимая мои пальцы, а потом поворачивается и находит кого-то взглядом.
Я тоже поворачиваюсь, видя Лику, и та просто в ужасе смотрит на Яна, будто впервые его таким увидела.