Восьмая нота Джокера (СИ)
Принцесса, отравленная драконьим поцелуем.
Глава 20
Ян
Не могу успокоиться.
Пульс шабашит как будто по всему телу, а на губах ещё тлеет её поцелуй, и мысль в голове только одна – вернуться в эту каморку, сжать её руками до боли, а потом вообще плевать, что будет.
Но я просто ухожу, душа в себе всю ту грязную хрень, что наворотил мой сбитый набекрень мозг.
Мелкая зараза, ты поплатишься мне за всё…
─ Малой, ты где был так долго?
В сауне кроме отца ещё парочка его закадычных друзей. Один из них сегодня вышел досрочно, и папуля просто не мог не потащить меня следом – приобщайся, мол, к делам, и плевать мне, что у тебя планы. Хотя, я ему даже благодарен где-то. Сама судьба нас снова столкнула.
─ Курил.
Никотин слабо помогает в последние дни. Да ничего уже не срабатывает, и мне всё больше кажется это какой-то болезнью. А ведь это не меня так колбасить должно!
─ Лёгкие-то не порти, ─ советует дядька, плотоядно косясь на девицу, что приносит им ещё алкоголя.
─ Да пусть коптит, ─ позволяет отец. ─ Потом поймёт, что начинать не надо было.
Хочется резко высказаться – внутри итак коктейль Молотова, но меня опережают, явно замечая, что сейчас что-то точно бомбанёт.
─ Оставьте парня в покое, ─ врезается в разговор крёстный, который как раз сегодня и откинулся, из-за чего я никогда его не знал.
Он здесь единственный нормальный. Нет, они в целом все мужики мировые, если бы не занимались хернёй, и меня тошнит от того, что отец тащит меня туда же. Криминал вонючее – болото. Если тебя затянет, вылезти обратно уже не получится, как и завести нормальную семью. А маленький мальчик во мне, ещё помнящий, что это, до сих пор тешит себя иллюзией, что такой сценарий для меня возможен.
─ Слышал, некоторые совсем оборзели, пока меня не было, ─ начинается типичная лабуда. ─ Кто-то отвалился, решив, что можно беспредел творить, кто-то в мэры подался.
Мне даже про папашу Ильи слышать тошно, не говоря про него самого, особенно после того грёбаного вечера, когда он себя во всей красе показал.
─ Да ладно, Ромыч. Нам это выгодно, и Игорюша это знает, а Ян? ─ подмигивает мне Анатолий Алексеевич, шлёпая несчастную официантку по заднице, и та бледнеет.
Мне так мерзостно, что хочется проблеваться, а этот старый хрен её к себе на колени за руку тянет. Девчонка молодая совсем, взгляд точь-в-точь, как у Миши в тот вечер в классе, когда я её с подоконника снимал, и из-за этого меня будто холодом пробирает.
─ Девушку отпустите, ─ смотрю на этого борова, и тот удивляется, пока девица успевает отойти на несколько шагов.
─ Ты охамел? ─ влезает отец, но крёстный перехватывает его руку, уже взлетевшую для оплеухи.
─ Иди Ян, и её забери. Нам тут надо обсудить важные вещи.
─ Ромыч, я не понял… ─ всё ещё не доходит до Анатолия, с сожалением провожающего свою несостоявшуюся жертву.
─ Толя, мы не в борделе. Хочешь девочек, поехали в другое место. ─ И взглядом мне на выход указывает.
Повторять дважды мне не надо – сваливаю, выталкивая едва не словившую приступ студентку, пролепетавшую «спасибо» и исчезнувшую где-то в коридорах. Подозреваю, дома меня ждёт пиздец какая выволочка, но плевать.
* * *
В клубе я не появляюсь.
Знаю, что если в ближайшие дни увижу Абрамова, разобью ему рожу, а он будто не хочет нарываться и тоже пропадает на всю учебную неделю. Вообще побоку.
А вот тренеру интересно, где тусит один из форвардов, и дрочат за это, разумеется, меня.
─ Не знаешь, где твой дружок? ─ подходит после тренировки, а мои глаза опять приклеены к Мишане.
Её волосы, как талисман теперь на моём запястье, и даже то, какой я больной, не волнует. То, как она прижимается ко мне во время поцелуев – да, и я хочу это повторить как можно быстрее. Очень сложно не подойти к ней хотя бы на перемене, но сдерживаю себя, давая ей выбор.
─ Понятия не имею.
─ А что с ним происходит, не в курсе?
─ Я ему кто, нянька? ─ Достал, чесслово – прямо, как мой дед. ─ Наверняка в запой ушёл, с кем не бывает?
Пацаны ржут, но мне совсем не весело. То, что творится с этим гадёнышем, может плохо сказаться не только на команде – просто чувство очень неприятное в груди, а когда чуйка врубается на полную, надо к ней прислушиваться.
─ Не нравится мне это. Игра на носу, а этот страдает идиотизмом.
─ Так давайте без него.
В целом, без него всё даже спокойнее будет. Я выдыхаю, но тут двери зала распахиваются, и этот придурок вваливается к нам, сразу давая понять, что я был прав – он бухой.
─ Это ещё что? ─ охреневает тренер. ─ Абрамов!
─ О, здрасьте, ─ лыбится придурок, едва на ногах держась. ─ Я опоздал? Простите, пробки.
Ещё и за руль садился, скот…
Его расфокусированный взгляд устремляется на девчонок, и он берёт направление в сторону застывшей Мишани. Она реально превращается в статую, а меня злость разбирает – так хочется втащить этому придурку.
─ Куда? Домой вали, ─ хватаю его за шкирку, как кота, а он поднимает на меня свои ненормальные глаза.
─ Руки от меня убери, ─ вырывается. ─ Я хочу поздороваться с новенькой. Ты ещё не залез ей под юбку?
─ Ты ща с полом поздороваешься, ─ чувствую, что успокоиться не получается, и парни потихоньку окружают нас.
─ Ну давай, врежь мне. Только сначала расскажи ей всё, ─ шипит, обдавая своим выхлопом, прислоняясь ко мне. ─ Она у нас с сюрпризом, оказывается. Знал? Но так даже прикольнее. Это будет веселее, чем я думал.
Перед глазами какая-то мутная пелена, стоит ему только намекнуть на спор. Всё окрашивается в оттенки красного, и вот меня уже держат чьи-то крепкие руки, а в ушах такой гуд стоит, что хоть вой.
─ Так, Абрамов, прочь с занятия! ─ орёт Владимирович. ─ Отца в школу, и если ещё раз заявишься в таком виде, можешь забыть о баскетболе!
Ха, обычно это я слышал чаще всего…
─ Да хрен с вами всеми.
Он уходит, едва не грохнувшись у выхода, тренер подзывает Славку со скамьи запасных, и мы уже в гораздо более спокойном темпе продолжаем игру, хотя всё время я ощущаю на себе пристальный взгляд Миши.
Не реагирую.
Сосредотачиваюсь на игре, и удаётся немного выдохнуть – только бы не думать о том, чтобы подойти сейчас…
* * *
Не знаю, зачем заявляюсь на их тренировку после уроков. Лика думает, что это я ради неё, оттого и старается больше обычного, но я смотрю на эту маленькую заучку, уже очаровавшую учителей своими достижениями. Привычно залипаю на плавных движениях, даже не сразу осознавая, что для меня теперь всё в слоу-моушене, когда Миша рядом – на самом деле они все бодренько танцуют, удивляя комиссию.
Там у одного мужика даже очки запотели от такой обновлённой программы, и если бы меня не беспокоили другие вопросы, я бы точно эти линзы ему поломал стёклами внутрь, а так пусть живёт.
─ Ничего?
─ Глухо, как в танке, ─ морщится Славка, сидя рядом и уткнувшись в ноут. ─ Реально тебе говорю, там какой-то замес с ментами был, иначе я бы залез. Ты не пробовал у неё сам спросить?
Слова Абрамова всё ещё не выходят из головы, да и поведение Мишани твердит о многом, но я упорно не понимаю, что она скрывает. Загадочная и непостижимая, как хренов кубик Рубика, и чем чаще я двигаю детали, тем больше запутываюсь. Я слишком тупой для головоломок, а до правды докопаться хочу.
─ Она не та, кто будет о себе трепаться, как некоторые, ─ кошусь на Лику, пославшую мне улыбку.
─ Зацепила она тебя, ─ подмечает друг.
Молчу, потому что сказать нечего. На правду у меня всегда была аллергия в том плане, что как только она обрушивалась, я был к ней не готов, только остановиться уже не получится. Я пересёк черту и теперь только вперёд.
─ А у тебя как с Марусей?
─ Чего? ─ давится водой.
─ Да ладно, я вижу, как ты на неё пялишься. ─ Я давно это заметил. ─ Встречаетесь втихую?