Тебе не жить, братик! (СИ)

Я никогда не чувствовала себя так хорошо, как в этот момент. Неимоверные эмоции, которые просто не передать словами. Я настолько сильно люблю его… Только об этом были все мои мысли. Ни о чем другом я не могла думать вообще. Только о нем… Только с ним…
Но кто бы мог догадываться, что этот волшебный вечер повлечет за собой…
  
Глава 50
 
Просыпаюсь с мыслью, что этот день не принесет ничего хорошего. Хрен знает откуда возникло такое чувство, но это заставило меня занять вертикальное положение и уставиться глазами в потолок. Стрельнул глазами на часы. Какой дебил просыпается в полвосьмого утра 1 января? Только я.
Смотрю на чудо, уткнувшееся в подушку возле меня и тепло улыбаюсь. На невинном, почти детском личике ни грамма косметики, она так мило хмурится, даже когда спит.
Да, вчерашняя ночь надолго останется в моей памяти, хотелось бы надеяться, что навсегда. И дело тут вовсе не в сексе. Наш первый совместный праздник. И не просто праздник. Мы встретили Новый год вместе. Только вдвоём. Да за все эти недели, что я провел с мелкой я испытал такой спектр эмоций, который не испытывал за всю жизнь. Пускай это звучит по-идиотски с моей стороны, но я безумно благодарен бате, что тогда в офисе он уговорил меня приглядывать за мелкой в обмен на мотоцикл.
Тогда я и представить себе не мог к чему это приведет. И тем более я не представлял, что буду встречаться со своей сводной сестрой, которая при при любом удобном случае была счастлива вправить мне могзи сковородкой. Что влюблюсь в нее поуши. Чуть больше трех недель. Это ничтожно малое количество времени мне понадобилось, чтобы полностью изменить свою жизнь. Жалею ли я? Нихрена! Я самый счастливый сукин сын в мире!
На прикроватной тумбочке загорается экран айфона.
Улыбаюсь дебильной улыбкой. Ну не один я такой в плане новогодних праздников. Филатов у нас тоже ранняя пташка, что странно сказать, судя по его каждодневным пьянкам. Ну, не каждодневным. Пять раз в неделю точно, да и то зависит от настроения. Тимур Филатов мой лучший друг и я его не осуждаю. Такой человек, как он, не может жить по-другому. Если бы не он, мы бы с Погодиным иссохли от скуки. Ну и еще он пока не нашел свой комочек счастья, который бы быстро вправил ему мозги…каким-нибудь кухонным прибором.
— А я уж собирался звонить в бюро ритуальных услуг, — усмехаюсь, понднимаясь с кровати и подходя к плотно завешеным шторам.
— А хрен тебе, дружище, — на удивление бодрым голосом отзывается парень, — я еще вчера забронировал все гробы в городе перед тусовкой.
— Прямь все? — ржу в голос, но чтобы не разбудить Нику.
Каждый Новый год Тим у себя на даче устраивает шикарную новогоднюю вечеринку, где каким-то образом умещается большая часть нашего универа. Филатов король по организации тусовок и я уверен, что весь поток ждут Новый год, только чтобы бухнуть у него на хате. Не буду вдаваться в подробности, но я каждый праздник отлаживался у меня в памяти надолго и с широчезной улыбкой на лице.
— А ты думал, я шутки шучу? Я, думал, в полночь моя хата треснет, как ебаный теремок. Походу пора завязывать с такими сборищами.
Серьезно подумываю, чтобы свалить в другую комнату, потому что ржач мучает не по-детски.
— Паша хоть живой?
— Да что с этим придурком будет? — фыркает в трубку. — Отхрапывается под тремя одеялами после того, как с третьего этажа в ледяной бассейн сиганул. Попробуй бухой всхлам объяснить второму в еще плачевнейшем состоянии, что мы не включаем зимой подогрев. Короче, слава Богу, что были люди, которые еще не успели нажраться, так бы Пашка первый в гроб лег.
— Что от вас еще, дебилов, можно ждать?
— Ну а ты небось не пожалел, что не пришёл. Как сестренка?
Хоть это и безрбидная шутка друга, лицо само собой кривит, как он лимона. Раньше я был непрочь пообсуждать девочек в компании друзей. Но это не тот случай. Она единственная девушка, о которой я не хочу говорить в таком ключе.
— Ты лучше расскажи, как у нас дела.
Самый лучший способ — перевести неприятный разговор в еще более неприятный.
 
— Умеешь ты испортить настроение с утра, друг, — вздыхает парень, говоря серьезным голосом. — Боюсь, что настроение тебе не подниму. Я хотел сказать позже, после праздников…
— Не тяни, раз начал, — твердо перебиваю, начиная напрягаться.
— Тот парень, которого мы искали, мертв. Три дня назад его нашли в овраге зарезанным.
— Сука! — не скрывая эмоций, выкрикиваю. Я уже и представить не мог, что что-то сможет испортить мне настроение. Но это… Меня как будто морально раздавили. Мы столько сил и времени потратили, чтобы найти этого парня, который был нашей последней надеждой. Он был единственным, кто помог бы нам посадить Золотарева. Все! У нас больше ничего на него нет. Ничего, блядь!
— Ты еще больше офигеешь в какой стране его нашли.
— Да мне похуй, Тим, где его нашли! Он мертв! Что нам теперь делать? У нас больше ничего нет на ублюдка. И меня убивает то, что он уже больше недели не появляется. Никаких типа незаметных шавок, смс, ничего. Я знаю гада давно, здесь что-то не так.
— Может он успокоился?
Хочется заржать и бить кулаком в стену со всей дури одновременно. Это не тот человек, чтобы отступать. Он настоящий псих и, если он залег на дно, хоть и на короткое время, он что-то задумал и вряд ли это что-то в разумных рамках. А у нас в руках ни одного козыря.
— Ты его не знаешь, Тим. Он всегда идет до конца, каких бы жертв ему это не стоило. Завтра. Нужно троим собраться на трезвую голову и все обговорить до мелочей. Все намного серьезней.
— Сильно не загоняйся, Яр. Все будет хорошо.
Хорошо? Будет хорошо, если сукин сын будет лежать в гробу, а не просто сидеть в закрытой камере. Кто бы мне сказал 8 лет назад, что я буду так говорить о своем лучшем друге. Сказать честно? Я сам его боюсь. Хотя, намного больше не его, а его того, что творится у него в голове. Он не просто псих, а маньяк. Все, через что Золотарев прошел, это настоящий ад. Ни одному человеку, даже врагу такого не пожелаешь. Один дьявол знает, что твориться у него в голове. И от этого еще страшнее… Что под удар может попасть моя девочка. Я в жизни себе не прощу, если с ее головы упадет хоть один волосок.
К черту всё! Он тоже человек. Не может быть, чтобы подонок был идеально чист. Нужно рыть еще глубже и быстрее. На кону безопасность не только Ники, но других людей. Он впринципе опасен для общества.
— С тобой все нормально? — слышу позади себя слабый голос.
Сам не заметил, что стою, обоперевшись на стол, тяжело дыша.
Смотрит на меня встревоженно и с каким-то страхом. Сонная, маленькая, в большом вязаном свитере до колен, распущенными волосами, такая домашняя и красивая. Моя малышка!
Молча подхожу к девочке, в глазах которой отражается детское непонимание, и молча заключаю в крепкие объятия. Сам сдохну, но ее в обиду не дам никогда. Она не заслужила страдать из-за меня, из-за моих ошибок прошлого.
— Что-то случилось? — несмело спрашивает, робко обнимая меня в ответ.
— С другом проблемы, — ни капли не задумываясь, соврал я. Не должен вываливать на нее все это дерьмо. Хоть все это напрямую связано с мелкой, не собираюсь ее в это впутывать сейчас. Мы со всем разберемся. Должны.
— Что с ним?
— Не хочу тебя грузить, — целую ее в лоб. — Все не так серьезно. Тем более, зачем портить настроение в первый день нового года? Как настроение?
— Хочу кушать.
Тепло улыбаюсь.
— Нам твоей еды до следующего года хватит, мелкая.
— С твоим аппетитом и до завтра, — смешно фыркает куда-то мне в живот. Она такая малышка. Подхватываю Веронику на руки и крепко целую в губы. Вот так должно начинаться каждое наше утро.
 
Отвечает не сразу. Сначала секундное удивление, а потом со всеми чувствами втягивается в поцелуй, пока оба не начинаем задыхаться.
И еще нас отвлекает звонкий собачий лай.
— Не одна ты с утра голодная, — усмехаюсь, нехотя опуская девочку на пол.