Любовь, которой не было (СИ)
А теперь можно расслабиться. Словно всё резко пришло в норму, и кто-то поставил мир на паузу. Можно слушать шум океана, рассказы Марка о динозаврах и тихий смех мужчин.
В маленьком дворике, скрытом высоким забором от остальных, все так легко и просто. Никаких сожалений. Но в реальность придётся вернуться. Столкнуться с коллегами, которые точно видели мое видео. Говорить с Риной. И, хуже всего, говорить с мужчинами о том, что будет дальше.
– Соберешь свой портфель?
Марк не отвечает, уносясь в спальню. В машине у меня будет время незаметно перебрать вещи и добавить всё нужное. Но такие минуты самостоятельности позволяли Марку быть взрослым.
– Ты не позавтракала, принцесса, - Сэм ловит меня за руку, не давая подняться.
– Господи, Сэм, мне не три года, чтобы контролировать, что я ем.
– Не три. Потому что твой трехлетний сын умял два маффина и стащил половину твоего. Так что с аппетитом у него явно лучше твоего. Ладно, считай это бзиком босса. Мне не нужно, чтобы ты во время съемок свалилась в обморок.
– Тебе не нужно, чтобы я не могла нормально танцевать из-за полного желудка, - парирую, но всё же отправляю в рот ещё один кусочек тоста. Иногда легче согласиться, чем спорить. – Лучше?
– Сомнительно. Это лишь подтверждает, что ты пообедаешь с нами.
– С чего это?
– Потому что мы обещали тебе свидание, - Алекс загибает пальцы, не скрывая смешинок в глазах. – А ты обещала мне разговор. Вот за обедом всё и решим.
Разговор, к которому я совсем не готова.
Как сделать так, чтобы обед никогда не наступал?
Глава 26
– Расслабься, принцесса. Всё будет хорошо.
Я смотрю на то, как он сплетает наши пальцы, и не могу найти в себе слов против. Стоило передать Марка отчиму, как Алекс сразу пересел ко мне. Просто и невозмутимо, словно это отработанная схема. Мужчина мягко ведёт кончиками пальцев по моим костяшкам.
– Алекс.
– Я много лет Алекс. Ещё год или два не изменят того, что я хочу тебя касаться.
– Много – это сколько? Сколько вам лет? Вы говорите о чем-то большем, а я даже такой мелочи о вас не знаю. И чему ты улыбаешься?
– Ты хочешь узнать о нас больше, Юн, - встречаюсь через зеркало заднего вида с довольным взглядом Сэма. – Нас это определённо устраивает.
Давлюсь словами, потому что мне нечего возразить. Будь мне совсем на них плевать, я бы давно могла сбежать. Да и так бы сбежала, если бы не этот контракт, отрезавший мне пути к побегу. Словно в заснеженный Новый год возвращаюсь, когда застряла с этими двумя, без возможности уехать.
Только на дворе лето и ни капли намека на сугробы. Но я всё так же взаперти. Они обступили меня, привязали к себе условиями контракта и не дают остаться в привычном коконе. Подобно акуле, уловившей каплю крови, увидели мою слабость. Алекс успел и насладится ею, сжимая ночью в своих руках.
И теперь…
Я без единой идеи, что мне дальше делать. Как быть и как всё принять.
– Не думай слишком много, принцесс. В обед мы всё обсудим, хорошо? Честно и откровенно, как тогда.
Сэм не уточняет, но у нас нет других «тогда». Только момент, когда мужчина прижимал к себе и соблазнял тихими словами. Такими правильными, такими нужными, что у меня не оставалось сил сказать «нет».
И вот сейчас снова. Когда Сэм оборачивается ко мне, паркуясь, мне остаётся лишь кивнуть. И всего секунду насладиться теплом чужих рук, перед тем как выйти на улицу.
Я готова ко всему, или мне так просто кажется. Отвожу плечи назад, отправляясь на репетицию. Тренировка, разогрев, отработка каждой сцены перед съемкой. Все звучит серьезно, сложно, и волнительно из-за скандала с моим участием.
Но наделе всё… весело. Танцоры шутят, операторы пытаются повторить наши па и фуэте. Довольно просто и неожиданно. На меня косятся больше, чем до этого, но никаких комментариев. И я расслабляюсь.
Позволяя Олегу, с которым у нас сейчас сцена знакомства, утащить в танец. Он просто кружит меня, а я хохочу, не сдерживаясь. Накрутила себя, а всё оказалось не так страшно.
И, возможно, это не только коллектива касается.
– Вита, носки тяни.
Борис, которого все тут называют Борис, наш хореограф, выставляющий каждый танец для игры. И я не могу понять, почему за консультациями нельзя было обратиться именно к нему. Об этом у мужчин тоже спросить нужно. Чтобы саму себя успокоить.
– Простите, Борис, я иногда не дотягиваю, - Вита улыбается, сверкая ехидной улыбкой в мою сторону. – Зато мы теперь знаем, как натягивают некоторых. До главной роли.
– Вита!
– Что? Я о новостях во всем мире говорю. Интересные сюжеты иногда показывают. Не видела, Юн?
– Нет, прости. У меня личная жизнь есть.
Не представляю, откуда во мне это берется. Злость, уверенность и колкие слова, которые срываются против воли. Не хочу грубить, но нервы на пределе от этого замечания. Ведь Вита, как и я её, задевает за то, что больше всего волнует.
Что недостойна этой роли, случайно получила, по блату. Что именно я недотягиваю. Ни мастерством, ни уверенностью. Просто удачно переспала с незнакомыми мужчинами, чтобы получить эту работу.
– Вита, ты играешь суку в игре, а не в жизни.
– Я так в роль вживаюсь, Борис. Некоторым ошибки не простят.
– Вита! – мужчина повышает голос, пока не воцаряется идеальная тишина. – Так, закончили. Растяжку и вперёд на примерку и прочие радости. Сегодня по плану…
– Первый урок после пробуждения.
Макс, который принимал меня на работу, оказывается куратором съемок. Следит за графиком, сценарием и прочими деталями. Особенно цепко следит за мной. Я могу понять их интерес – вчера случайно получила главную роль, а теперь невеста владельца фирмы. Совладельца, но это мелочи. Особенно учитывая наши странные недо-отношения на троих.
– Так, повернись, - одна Эва ведёт себя так, словно ничего не произошло. Кажется, даже дружелюбнее. – Сидит идеально. Теперь главное – не худей и не поправляйся. И поздравляю с помолвкой. Ты не носишь кольцо?
– Оставляю дома, героиня же одинока.
– А, ну да.
Девушка легко смеётся, принимая мою ложь. Кольцо казалось тяжелым, непривычным. Постоянно крутила его на пальце и возвращалась мыслями к произошедшему. Поэтому безопаснее было прятать его в сумке и не доставать лишний раз.
Эва подаёт мне пуанты, и терпеливо ждёт, пока я поправлю рукава костюма. Странный и непривычный. С кучер разных мелких деталей, в которых я не разбираюсь. Остаётся лишь аккуратно надеть, стараясь ничего не сломать.
Со стянутыми волосами я кажусь себе младше. Проще, счастливее. Ощущение, что я снова вернулась в балетную школу. Вот-вот у нас репетиция, а я никак не могу завязать пуанты.
Но затем на меня надевают этот ужасно-тяжелый шлем, который должен делать захват лица и всех эмоций. Руки дрожат, пока я репетирую перед зеркалом. Стараюсь не выдать волнения, страха. Сэм, не важно почему, дал мне эту работу. И подвести его я просто не могла.
– Готова? – Ник ловит меня возле съемочного павильона. Мы с ним почти не общались эти дни, короткий разговор после интервью не считался. – Развлекаешься с женихом и забыла обо мне? В самое сердце, ma chérie.
– Ник!
– Молчу, потом сама мне расскажешь. Просто будь собой и покори их, моя Муза. Сыграй так, чтобы Вита заткнулась.
– Это пустяки, я даже не обратила внимания.
– Просто вдох и выдох, Уна. Ты будешь лучше всех.
Вдох и выдох.
Это просто.
Это я могу.
Всё начинается легко, не требуя от меня слишком много усилий. Забежать в класс, сыграть неловкость. И снять десять вариантов танца, начиная от того, где у меня получается каждое движение, и заканчивая постоянными падениями.
Падать не больно, это всего лишь часть работы. Раз за разом, пока не закрутиться голова. Всё идёт отлично, пока не замечаю, что Алекс и Сэм тоже присутствуют среди съемочной группы.