Гарвардский баг (СИ)

Я мысленно замахала руками на новый рой воспоминаний.
Хватит, надоело. Сама же себе обещала, что не думаю. Вот и не буду!
Повела плечами, сбрасывая напряжение, и сосредоточилась на дороге.
Обратный путь занял чуть больше времени. Скорее всего, потому что мы никуда не торопились. Я смотрела на воду, разглядывала облака, вслушивалась в шум листвы. Удалось почти полностью вернуться в дзен. Варяг правда пару раз пробовал показывать характер, но с этим мы быстро справились. И к конюшням возвращались вполне довольные друг другом и прогулкой. Даже уже собравшийся там народ не сбивал настроения. Нехилая такая снова гомонящая толпа.
Я осторожно объехала Сашку с Элькой и собиралась уже спешиваться, почти вытащила ногу из стремени, когда Варяг вдруг дернул головой нервно, почти вырывая из расслабленных пальцев поводья, и встал на свечку.
Я только воздуха успела глотнуть.
Вскрикнуть не успела. Но с этим кто-то успешно справился за меня.
А я встряхнулась, смогла отловить секунды, сама не осознавая до конца, что делаю. Сжала коня, навалилась, чтобы пригнуть к земле, почти полностью отдала повод, не слыша и не реагируя на гвалт толпы. И наверняка получилось бы успокоить, вернуть Варяга на землю, если бы не мои сорок килограмм. Они коню как червю перезагрузка.
И пришлось пригибаться сильнее, сжимать его сильнее, выравниваться, чтобы игреневый не завалился. Завалится, и я под ним костей не соберу.
В ушах гудело, адреналин шкалил, звенела от напряжения спина.
Я слишком долго не сидела на лошади. Все забыла, расслабилась слишком, все делала неправильно.
Меньше секунды прошло.
Варяг коснулся передними копытами земли и снова напрягся, отступил, готовясь к новой свече.
— Не заваливайся! — крикнул кто-то. — Сгибай вбок!
И я перехватила повод, действительно согнула. Конь дернул головой, ударил копытами, лягнул задними. А я все давила и давила вперед, пробовала заставить его идти.
Не знаю, сколько бы продлилось наше противостояние. Но через миг кто-то явно сильнее и опытнее рванул Варяга на себя за уздечку. Наверняка, больно, жестко и жестоко, но… Никак по-другому.
— Спокойно! — гаркнул тот же голос. — Тихо, я сказал!
Игреневый сопротивлялся недолго, секунд десять-пятнадцать, а потом полностью перестал брыкаться и только подергивал головой и ушами, перебирал нервно копытами.
Я тут же соскочила на землю, снова даже не осознав, что делаю. Только воздух ртом глотала.
— Как ты? Живая? — раздалось напротив.
И я подняла голову, выдавила нервную улыбку, проводя рукой по волосам, пробуя отдышаться.
— Живая, — кивнула не очень уверенно, разглядывая здорового дядьку перед собой. Огромный, в заношенной футболке и спортивках, мягких сапогах. Берейтор, по крайней мере в прошлом? Коновод? Тренер?
Я не видела его на инструктаже. Варяга для меня готовила и седлала девушка.
— Я — Федор, — представился здоровяк, будто прочитав мысли. — Тренер, — смотрел строго и недовольно. — Сама на свечку поставила? — кивнул он на игреневого.
— Нет, — я даже вперед подалась, открыто встретила хмурый взгляд из-под густых бровей. — Я бы не рискнула. Думаю, его что-то напугало. Может, ударил кто-то, не знаю.
— Варяг не из пугливых, — сощурился Федор, явно не особенно веря моим словам. Широкое лицо, казалось, никогда не было приветливым. Он гладил огромной рукой коня по шее, крепко держал повод, стоял близко к жеребцу. Успокаивал его, остужал.
— Ты неплохо справилась, — еще сильнее сощурился Федор, будто ставя мне в вину, что я не свалилась и не оказалась у Варяга под копытами.
— Занималась раньше, — передернула плечами. — Давно.
Сердце все еще бухало в горле, от адреналина пусть и не корежило, но потряхивало, кажется, даже пальцы дрожали. Но я спрятала руки в карманы, сжала их в кулаки, так что с уверенностью сказать не могла.
— Зовут как? — прогудел дядька.
— Станислава.
Федор только отрывисто кивнул на это и отвернулся. А через несколько минут они с Варягом уже скрылись в конюшне. Конь все еще нервничал.
 
— Славка, вот это круто было! — проорал кто-то почти в самое ухо. — Ты…
— Ничего крутого, — оборвала я Знаменского, повернувшись на каблуках. — Глупо и опасно.
— Она права, — на моем запястье сомкнулись тонкие пальцы, и пришлось снова поворачиваться. Рядом стояла Дашка. — Ты как? Нормально? Почти завалилась ведь…
— Нормально.
— Пойдем, — и девушка повела за собой. А я не стала особенно сопротивляться, только кивала всем жаждущим выразить сочувствие, встреченным по пути. Чего тут сочувствовать было непонятно, меня больше волновал вопрос, почему Варяг все-таки встал на гребаную свечку.
— Держи, — Дашка усадила меня на лавку в беседке за главной конюшней и протянула бутылку воды. — Испугалась?
— Не поняла, — отмахнулась я, но пару глотков воды сделала. Пить, оказывается, хотелось. — Не видела, что случилось?
— Нет, — скривилась новенькая, — только тебя на свечке, — она выглядела и правда взволновано. — А ты? Понятно, почему он испугался? Может, передавила?
— Нет, точно нет. Скорее всего, толкнул кто-то, сама виновата, слишком расслабилась и не смотрела, что происходит. Спасибо, что утащила оттуда, — улыбнулась я искренне. — Как сама-то покаталась? — решила перевести тему, пока мнительная девчонка не напридумывала не пойми чего.
— Хорошо, — кивнула новенькая. — И без приключений, в отличие от тебя. Мы до местного родника добрались с Алисой. Там очень красиво, кстати, и вода вкусная.
— Да, там и правда красиво, — кивнула согласно, тут же вспоминая, что родник с другой стороны бора, не далеко от северной границы Лейка.
— Мы в хвост новеньким пристроились, — улыбнулась Алиса, видимо заметив удивление на моем лице. — Саша ездить нормально, кстати, так и не научился. А вот у Павла и Игоря совсем неплохо получается, — еще шире улыбнулась новенькая. — Они даже соревноваться пробовали.
А я невольно нахмурилась, делая очередной глоток воды. Пристроиться в хвост к начинающим, интересно, чья идея была? Вряд ли Дашкина.
Спросить подмывало очень сильно, и сдержалась я только чудом. Сжимала в руках пластиковую бутылку и слушала щебет Дашки.
Воронова, ты точно собака на сене. Сама решила, что просто хочешь покататься и кайфануть, а теперь сидишь и на ревность какую-то глупую исходишь. Не веришь Ястребу, не хер было начинать. Он тебе, между прочим, шанс отступить давал, выбор давал… Ага… Выбор без выбора. Разве можно было нормально соображать? Когда он держал, смотрел, касался…
Бли-и-и-и-н.
Я ущипнула себя за руку, отставила несчастную бутылку в сторону. Вернулась к Дашкиному щебету, пробуя действительно вслушаться в слова. И как оказалось, почти вовремя.
— Ты где занимаешься, кстати? — спросила новенькая, поворачиваясь ко мне.
— Нигде, — развела руками в стороны, заметив неподдельное любопытство в больших глазах. — Вообще давно в седле не сидела, лет пять примерно.
— Да ладно… — девчонка уставилась на меня, как будто я только что кролика из шляпы достала.
— Честно, — подтвердила собственные слова. — Времени нет, да и как-то не получалось в общем…
— Да ты крута, Слава, — подняла она большие пальцы вверх, а потом вдруг подалась вперед, опираясь на лавку рукой, в глазах зажглось что-то очень радостное и яркое. — Я в Клее занимаюсь на Останкинской, четыре раза в неделю. Давай со мной, как вернемся. График там удобный, можно с утра. А хозяин — хороший знакомый, так что тебе скидка будет.
И такое у нее было лицо, что… как-то не вышло у меня отказаться. К тому же Останкинская почти в двух шагах от меня, да и скучала я по лошадям, если честно.
 
— Хорошо, давай попробуем, — кивнула.
— Ура! — Дашка подскочила на месте и хлопнула пару раз в ладоши. Улыбнулась широко-широко. Забавная девчонка, все мысли на лице.
— Значит, договорились, — протянула я руку для пожатия. — А теперь, думаю, нам обеим пора в душ, лошадью от меня знатно разит. До обеда должны успеть.