Гарвардский баг (СИ)

— Работу, значит, — сощурил он глаза.
Я кивнула.
— Пошли, — процедил, разворачиваясь на каблуках, — и горе-тестера своего захвати. Будем вместе разбираться, что еще можно воспитать, а что проще выбить.
— Пойдем, — кивнула я девчонке, расправляя плечи. — Саш, проведи еще раз с новенькими беседу. Со всеми, — попросила зама прежде, чем отправиться за Игорем.
Шли в тишине. Дашка тряслась и горестно вздыхала, а я думала над тем, как буду оправдываться перед Игорем и что до Энджи сегодня уже точно не доберусь.
В кабинете Ястреб замер возле окна, вцепившись пальцами в спинку кресла, на стене напротив дивана висели данные Дашкиного теста и ее действия при попытке подобраться к исходнику. Атмосфера… напрягала… Короткая пробежка по офисным коридорам ни хрена не помогла великому и ужасному сбросить раздражение.
Я вздохнула, кивнула Кравцовой на дальний стул, а сама опустилась на подлокотник дивана.
— Дарья, — скрестил Игорь руки на груди, как только девчонка нашла в себе силы на него посмотреть, — не потрудишься объяснить, что я перед собой вижу?
Новенькая побледнела, переводя взгляд на стену. А я ругнулась про себя, тоже пробежавшись по результатам.
Писец котенку.
Кравцова не просто полезла в код, она цепанула еще и внутренние серваки. Серваки, которые к работе Энджи вообще никакого отношения не имели.
— Я не слышу, Дарья, — отчеканил Игорь.
— Я думала, что…
— Твоя задача не думать, твоя задача вытаскивать баги, не фиксить их и тем более не лезть в исходник, ничего никому не сообщив. Ты понимаешь, что чуть не повесила работу всего офиса? Энджи была готова заблокировать доступ.
— Простите, — промямлила горе-тестировщица.
— Прощаю, — скрипнул зубами Игорь и подтолкнул к девчонке планшет. — А теперь откатывай назад и исправляй все, что успела натворить. Не справишься за следующие десять минут, можешь считать, что это был твой последний день в Иннотеке. Вперед.
Девчонка замерла на сотые доли секунды, а потом подскочила, как подорванная, и уткнулась в планшет, погружаясь в кодинг.
— Серьезно? — пророкотал насмешливо Ястреб, вскидывая бровь. Кравцова дернулась и подняла на короля-всея-кодеров почти затравленный взгляд.
— Ты собралась кодить здесь? — дожимал он несчастную. Дарья судорожно сглотнула.
— Даш, — улыбнулась я, — за стенкой переговорка, иди туда.
Новенькая благодарно кивнула и через секунду вылетела за дверь, прижимая к груди планшет.
— Совсем запугал девчонку, — цокнула я, поднимаясь на ноги и собираясь идти на выручку невезучей Дашке. Идиоту понятно, что за десять минут она не справится с тем, что успела натворить.
Но сделать даже шага мне не дали. Жесткие пальцы обхватили запястье, а в следующий миг я уже сидела на чертовом диване.
— Далеко собралась, Воронова? — сощурился Ястребов, чуть склоняясь ко мне. Его пальцы на запястье сомкнулись немного сильнее. Не больно… но опять так… что пробрало. Промаршировали по позвоночнику мурашки.
— К себе, — пожала я плечами, стараясь не съеживаться от его взгляда и надеясь, что Игорь поведется на маленькую ложь.
— Да неужели? — скривил он уголки губ, — А я думаю, что ты сейчас своей болезной помогать пойдешь.
Не повелся.
— Ну ты же понимаешь, что она не успеет, Игорь, — все-таки высвободила я руку. Плохо. Плохо на меня действуют его прикосновения, даже когда он такой… Раздраженный и взвинченный. — А терять…
— Понимаю. Но это ее косяк.
— Ястребов, она просто хотела…
— Плевать мне, что она хотела! — выпрямился Ястреб, морозя меня своим взглядом, голосом, всей своей позой. — Ответственность…
— Это и моя ответственность тоже! — рыкнула, перебивая. — Я не проследила и не донесла до девчонки светлую мысль о возможных последствиях. Мой косяк, мне и исправлять, — снова попробовала подняться на ноги. И на этот раз мне позволили, вот только… Только зря я это сделала, теперь расстояния между нами совсем не осталось.
— Воронова…
— Не шипи на меня, — отчеканила, стараясь держать себя в руках и давить, давить гребаную похоть, не обращать внимания на его запах, не смотреть на жесткую линию губ, на темные от щетины скулы, а главное не тонуть в тягучей, холодной ртути взгляда. — За десять минут она не успеет, — повторила зачем-то очевидное.
 
— Ты это уже говорила, — скрестил он руки на груди.
— Кравцова — мой миньон, и только мне решать, что… — и оборвала себя на полуслове, всматриваясь в сталь взгляда и теряя дар речи.
Он не собирался ее выгонять… Он…
— Ты издеваешься, да? — протянула. — Ты оставишь ее. Ты, гребаный тролль, споришь со мной, только потому… Почему ты со мной споришь? — спросила, следя за выражением лица Ястребова. А он вдруг расплылся в ленивой, какой-то совершенно кошачьей и очень довольной улыбке, подался ко мне, склоняясь к уху. Выдохнул.
— Ты очень вкусная, когда злишься, Воронова. Глаз не оторвать, — прошептал бархатно, длинно, обжигая дыханием.
— Ты… — я вздрогнула, сглотнула, открыла и закрыла рот, ощущая, как мурашки расползаются по всему телу, ощущая, как вдруг душно и тесно здесь стало. Вот так, рядом с ним, почти касаясь его щеки своей.
— Я? — выгнул он бровь, отстраняясь, и посмотрел так… Так, как будто все понял, как будто кайф ловил от каждого моего слова, движения, реакции. В серых глазах притаился смех.
— Придушу тебя, — процедила сквозь сжатые зубы, ощущая, как начинаю раздражаться. Весело ему, стебется он!
— Обещания-обещания… — покачал Ястреб головой.
Я рыкнула, развернулась и метнулась к двери, желая оказаться как можно дальше от Ястребова.
Убью ведь, убью нахер, чтобы не мучаться, и сразу дышать станет легче, и проще, и… свободнее. Да.
Створка двери услужливо распахнулась, я сделала следующий шаг, но выйти в коридор так и не успела…
— Что, и даже не посмотришь, что она успеет за десять минут? — донеслось насмешливо-любопытное.
Я замерла…
Сука, знает, куда целиться.
…медленно развернулась, вскинула подбородок.
— Ястребов, ты… ты невозможен просто, — выдохнула, отступила назад и оперлась спиной о стену, закрывая глаза и стараясь унять злость.
— К твоим услугам, — пророкотал Игорь. Я на комментарий не отреагировала.
Вернулась к столу, оперлась о него бедром, наблюдая за тем, как Ястреб убирает с голографа следы деятельности Кравцовой и набирает сообщение.
— Андрею? — кивнула головой на трекер.
— Да. И охране.
Я только усмехнулась и дальше вопросов задавать не стала. Понятно, что такой косяк без внимания оставлять глупо с учетом утечки данных, как, впрочем, и понятно, что Кравцова действительно просто накосячила. Глупо лезть в хранилище банка на глазах у вооруженной гвардии. Проще и быстрее самоубиться самостоятельно… Что, в общем-то, она и сделала.
Своей дурацкой выходкой наивная Даша обеспечила себе постоянное наблюдение и дополнительную проверку на выходе, а то и несколько до конца своего пребывания в Иннотек. Хорошо, если в задницу ей не полезут. Наши молодчики могут, у них тормозов вообще нет.
— Келер забрал вчера то, что осталось от твоего телефона, Слав, — наконец-то оторвался Игорь от клавиатуры, вырывая меня из мыслей.
Я вздрогнула, когда смысл слов дошел до сознания. Не знаю, почему. Возможно потому, что не ожидала от этого ничего хорошего.
— И? — напряглась внутренне, пытаясь считать эмоции Ястреба. Но его разве считаешь? Закрыт и застегнут. Хмурится опять.
— С ним… С тем, что осталось, сейчас работают в лаборатории. Пока непонятно, что вытащат. На самом деле, кажется, что немного. Но…
— Все же что-то да вытащат, да? — перебила Ястреба. — Например, последние звонки и команды, запросы.
 
— Да. И поэтому хочу знать, нет ли там чего-то… особенного, — он смотрел на меня, отслеживал реакцию, как и я его. Темная и мутная. — Чего-то такого… Что ты бы не хотела, чтобы кто-то видел.
Он смотрел открыто и сосредоточенно, а я не смогла сдержаться. Улыбка сама растянула губы наверняка не особенно приятная улыбка.