Гарвардский баг (СИ)
И я переживала, дергалась, не понимала, что происходит, накручивала себя. Его прикосновения все еще были такими же, как раньше, его поцелуи все так же сводили с ума, но… случались все реже, и взгляд стальных глаз, направленный на меня, когда он думал, что я не вижу, почему-то казался виноватым. Я злилась: на него, на себя, на это непонятное молчание, пробовала с ним поговорить, но… Поймать Гора в последние дни было невозможно, мы почти не виделись, и тревога все больше и больше скручивалась змеей внутри.
К пятнице я дошла до точки невозврата. Я не любила чего-то не понимать, не любила чувствовать себя идиоткой, беспокойство и тревога почти сжирали изнутри, грозя вылиться в скандал и выяснение отношений, чего мне не хотелось совершенно. И я осталась в офисе после того, как костюм наконец-то свалил. Часы показывали начало восьмого, а Энджи уверяла, что Гор в одной из переговорок с Савельевым и несколькими новенькими уже часа полтора как.
Хорошо, значит, они скоро закончат. Знать бы еще, когда, хотя…
Не знаю, что дернуло меня включить трансляцию из «Космоса», не знаю, почему решила попросить об этом Энджи, почему вообще решила поговорить именно сегодня, а не отложила разговор до выходных. Возможно, просто устала, возможно, боялась, что не решусь, что перегорю, ведь злиться постоянно невозможно, но… Я вывела изображение на экран, откидываясь в собственном кресле, а через миг вслушивалась и всматривалась до рези в глазах и до звона в ушах.
— Это чушь, — хмурился Савельев, сверля взглядом Алису. Он стоял у дальнего от входа края стола и был непривычно раздражен. Дашка с Элькой упрямо отводили свои взгляды о Гора, Рома кривился, барабаня пальцами по столу, Денис смотрел в потолок, скрестив руки на груди. Разговор явно был напряженным и не особенно нравился присутствующим.
— Скорее всего, но мы не можем быть уверены полностью, — спокойно ответил Игорь. — Проверка все расставит по местам и даст все ответы, — он сидел немного сбоку, так что совершенно точно видел всех собравшихся.
— То есть ты предлагаешь плюнуть? Оставить, как есть? — вскинулся Сашка. — Ты понимаешь, что я не вывожу?! Если Славка не вернется… — он махнул рукой, не закончив. — Да что я объясняю? Финальные тесты всегда были на Лаве, мы потеряем госов.
— Не потеряем, — пожала плечами Алиса спокойно, — а просто перенесем сроки.
Ястреб кивнул, перевел взгляд на Савельева.
— Я предлагаю просто работать, Саш. Неделю ты протянешь, — и так уверено и жестко это прозвучало, а рожа зама была такой упрямой и потерянной одновременно, что мне стало не по себе. Что-то очень-очень хреновое сейчас происходило. — На новогоднем корпоративе Слава, само собой, будет.
Новогодний корпоратив… Он должен был состоятся в следующую пятницу, как раз после выхода на рынок Энджи… Сейчас в это даже не верилось, вообще ни во что не верилось, потому что то, что я слышала, меньше всего наводило на мысли о Новогодней вечеринке.
— Я бы на твоем месте не был так уверен в том, что я протяну, — процедил Сашка, явно в этом со мной соглашаясь. — И ты не можешь всерьез считать, что…
— Саш, — перебил Игорь, — мы пока ничего не знаем наверняка. В последние несколько недель на Славу многое навалилось, — провел он устало рукой по волосам, а я сжала челюсти, подозревая, что услышу дальше, — по-хорошему ей надо было взять отпуск, Борисыч бы понял. А сейчас…
— Она никогда не косячит! — жахнул ладонями по столу мой зам, а я вцепилась пальцами в собственный стол. — Это отстранение какой-то фарс! Они уже неделю роются и пока ничего не нашли, так какого…
— Они не смотрели Энджи, — спокойно покачал головой Игорь. — Возможно, что-то есть там и…
— Только не говори, что считаешь, что Воронова могла… — процедил Савельев.
— Я допускаю такую вероятность, — развел Игорь в стороны руками, снова не давая моему заму договорить. — Мне действительно жаль, но Слава не робот и не железная, и здравый смысл говорит, что случиться могло всякое. Все ошибаются, Саш.
— В Энджи Слава точно бы не накосячила, если там что-то и есть, то это не она, а очередной Фирсов.
— Все косяки Фирсова мы нашли, — Гор поднялся на ноги, было видно, что разговор его утомляет, что он торопится его закончить. А я сидела, смотрела, слушала и не могла вдохнуть нормально. Гор не верил… Не верил в меня и… это было настолько больно, что хотелось выть. Ястреб сомневался… Скорее всего, именно поэтому торчал в офисе допоздна, поэтому был настолько уставшим — он проверял мою работу….
— Если проверка все-таки что-то найдет, — продолжил Игорь, — уверен, что случившееся станет достаточным объяснением.
— Госы и совет директоров могут с тобой не согласиться, — покачал головой Денис, наконец-то отмирая. — Если что-то всплывет, Славу могут и сместить, и Борисыч будет не указ, и Келер ничего сделать не сможет. А Воронова действительно не стальная. Последние пару недель была рассеянной и едва успевала… Она… Саш, — посмотрел он на Савельева, — ты сам говорил, что страховал Славу, сам говорил, что у вас стоят проекты.
— На это были причины, — упрямо поморщился Сашка. Он сейчас казался действительно растерянным и виноватым. Наверняка чувствовал вину за то, что поделился с Денисом, за то, что рассказал ему больше, чем следовало.
А я ждала, что Ястреб что-то скажет, объяснит, он ведь знал лучше всех, почему я тормозила с работой, почему висели некоторые проекты — он сам посадил меня дома, он сам приставил ко мне Бориса, он знал…
— Так, все, — поднялся на ноги Игорь. — Заканчиваем, я рассказал вам только для того, чтобы вы понимали распределение. Славе с понедельника доступ закроют полностью. А там будет видно…
— Госы учтут твое мнение, — начал Савельев, — просто скажи, что ты против, что мы можем разобраться и внутри, что сейчас неподходящее время. Оно ведь действительно неподходящее…
Игорь снова промолчал, только дернул плечом неопределенно и раздраженно, а мне как будто вогнали под кожу иглы, как будто кто-то намотал на кулак и дернул разом за все нервы, обрывая к чертям собачьим, во рту появился мерзкий привкус горечи.
И Савельев странно застыл и напрягся, а потом подался вперед, сощурив глаза.
— Значит так, да? — процедил Сашка сквозь зубы. — Вот как… Это ты потребовал проверку, да, Ястреб? Твоих рук дело? И теперь сидишь и говоришь, что мы должны продержаться, что Славка через неделю вернется и все будет окей.
Гор… Гор даже позы не изменил, только взгляд оставался упрямым и холодным, почти обжигающе-ледяным, только чуть дернулся в недоброй усмешке уголок губ.
А я смотрела на монитор и снова ждала ответа. Хоть какого-то ответа, любого, какой-то реакции, слов. Он ведь не мог, Сашка ведь не мог оказаться прав.
— Почему сейчас, Ястреб? Подвинуть ее хочешь, под себя подмять, чтобы работать не мешала и на все соглашалась? Полагаешь, ты тут такой первый? Славка не косячит!
— Вот и узнаем, — холодно ответил Игорь, а я перестала слушать, даже видеть перестала, просто сидела и пялилась в стеклянную стену на полупустой опен-спейс.
Ястреб организовал проверку, Ястреб ничего не спросил, не сказал, просто организовал проверку… Потому что не уверен, потому что считает, что я где-то действительно налажала… И всю эту неделю искал эту самую лажу.
Его холодность, виноватый взгляд, его нежелание со мной говорить теперь становились понятны.
К вопросу об отношениях на работе…
Я крутила в башке эту мысль снова и снова, пыталась понять, принять, как-то объяснить хотя бы самой себе, найти Гору оправдание, но не получалось… Только ком в горле становился все больше и больше. А потом снова перевела взгляд на монитор и с удивлением поняла, что переговорка опустела, а на часах половина десятого.
Надо валить, надо валить и не только из офиса…
Я выключила ноут, отметив мимоходом, что у меня дрожат руки, оставила ключи от кара Ястреба в тумбочке, кое-как оделась и спустилась на первый этаж, чтобы выцепить у входа свободный шеринг. Там всегда полно тачек, какую-нибудь да найду.