Случайная невеста (СИ)

Выхожу, но Руслана в спальне уже нет, а, значит, большой мужчина ждёт обещанного лакомства внизу. И точно, застаю его, сидящим на высоком стуле. Не зол, скорее, озадачен.
Смешиваю ингредиенты, и через полчаса перед боссом стопка блинов, которые он с жадностью поглощает, запивая чаем.
— Вкусно?
— Угу. Если буду объедаться так каждое утро, через месяц мне уже и тренажёрка не поможет, исключив из категории «сексуальный» в глазах сотрудниц компании.
— Месяц? Ты сказал наш фарс на пару недель. Или я ошибаюсь? — Он точно говорил, что две недели, может больше… Или я опять всё не так поняла?
— Где две, там и четыре. Какая разница?
— Большая разница, Руслан, огромная! Две недели ещё куда ни шло, но месяц… Целый месяц в одной квартире, спальне, кровати… — Сглатываю, вспоминая обещание не трогать, которое он дал позавчера. Месяц…
В конце концов, я всё прекрасно понимаю: мужчина и женщина наедине на протяжении длительного времени. Даже железная выдержка может оказаться не такой уж железной.
— Опасаешься влюбиться, Ася?
Парализована и обездвижена вопросом Кайсарова. Язык прилип к нёбу, лишая возможности ответить. И что отвечать? Нахождение в ограниченном пространстве на постоянной основе сближает людей независимо от их желания. Возникает симпатия, привычка, интерес, влюблённость, в конце концов. Невозможно спать с человеком в одной постели и делать вид, что тебе плевать на его присутствие рядом, тем более игнорировать такого мужчину, как Руслан.
Открываю рот, чтобы возразить, но меня отвлекает звонок телефона, которому именно сейчас я невероятно рада.
— Привет, мам! Я так рада, что ты позвонила! — Радуюсь и мысленно благодарю маму за возможность уйти от нежелательного вопроса.
— Ася, у тебя совесть есть? Почти неделю не звонила. — Слышу раздражённые нотки в голосе родительницы. — Как дела на новом месте? Как коллеги? Как тебя приняли?
— Всё отлично. Коллеги замечательные, в кабинете нас трое — мы прекрасно ладим. Девчонки помогают, если необходимо сделать то, в чём пока ещё плохо разбираюсь. И вообще, сама атмосфера комфортная и спокойная. Пока мне всё нравится.
— Вот и отлично. — Мама шумно выдыхает. — Мы с папой переживаем. Ты звонила в воскресенье, рассказала ему про новую работу, и теперь он каждый день спрашивает, что да как. А начальник как, строгий?
— Степанов? Нет. — Смеюсь, вспоминая его своеобразную манеру общения.
— Нет, Ася, другой — главный. Начальник всей компании. По рассказам Наташи, ты опасалась, что он мужчина жёсткий и очень строгий.
Поворачиваюсь, внимательно осматривая «жёсткого мужчину», который смакует блинчики, обильно смазывая апельсиновым джемом. Сейчас Кайсаров меньше всего похож на строгого босса.
— Да, всё так — жёсткий и очень строгий босс, можно сказать зверь! — Руслан вскидывает голову, указывает пальцем на себя с вопросом, произнесённым лишь одними губами — «я»? Киваю, при этом улыбаясь. — Порыкивает иногда, но быстро успокаивается. Я почти привыкла.
— Ну хорошо. Дочка, я рада, что всё получилось, а главное, что тебе нравится новая работа и коллектив. Чем занимаешься в выходной день?
— Готовлю блинчики. Много блинчиков. — Снимаю в стопку ещё несколько, подставляя Кайсарову. Он точно лопнет от обжорства. — А вы?
— Мужчины снова на даче. А на мне сегодня Назар на весь день.
— Ой, он, наверное, ещё подрос с того момента, как видела в последний раз? — Улыбаюсь, вспоминая непоседливого племянника.
— Очень! Кстати, ты дома два месяца назад была, не желаешь приехать?
— Очень хочу, мам. Я так по вам соскучилась… Может, через пару недель, когда получу первую зарплату и смогу всем подарочки купить?
— Хорошо. — Смеётся. — Назар точно будет ждать больше всех! Пока, Ася, звони пожалуйста чаще.
— Пока. Люблю.
Кладу трубку, мыслями возвращаясь домой, где мама, наверное, сейчас готовит для внука много всего вкусного и питательного.
— Ася, расскажи мне о своей семье. О моей тебе многое известно, а я не в курсе. — Радуюсь, что Кайсаров уже забыл о своём вопросе, переключившись на семью.
 
— Мама — Ксения Александровна, уже много лет управляющая в гипермаркете. Папа — Михаил Семёнович, инженер-строитель. Сколько себя помню, он работал в одной организации. Старший брат Саша, тридцать два года, женат, маленькому Назару уже пять лет. Он у нас программист, очень умный. — Довольно улыбаюсь. — Его жена Лена работает вместе с ним, они и познакомились, когда Саша пришёл в большую фирму. Живём в самом городе, но несколько лет назад родители купили дачу, которой основательно занялись только в этом году. Вот и всё…
— У вас дружная семья?
— Очень! Никогда не слышала, чтобы родители ссорились или повышали голос друг на друга, именно по этой причине впадаю в ступор, когда на меня кричат. — Тонко намекаю Руслану, что его рычание лишь усугубляет ситуацию при наших фиктивных отношениях.
— Так вот почему ты мгновенно превращается в маленький комочек от моего рыка?
— Угу.
— Понял. Буду себя контролировать. Насколько это возможно, конечно. — Кривая улыбка даёт понять, что именно контроль Кайсарову даётся непросто.
— Наелся? — Смотрю на пустую тарелку и довольного зверя.
— Объелся — скорее так. Очень вкусно! — Делает два шага и, притянув к себе, оставляет поцелуй на моей щеке. — Спасибо, Ася.
— Пожалуйста… — Он всё ещё меня обнимает, не отпуская. — Завтра будешь без блинчиков.
— Это почему? Что я такого сделал? Из-за того, что ночью пришёл к тебе?
— Мы же останемся в доме дедушки, а там завтрак будет другой.
— Точно. Забыл. Кстати, начало в семь, в шесть нужно выдвинуться, так как это за городом.
— Руслан, я не смогу сделать причёску сама. — Мысленно уже прикидывала варианты, но справиться самостоятельно не получится, необходима помощь профессионала.
— Я всё продумал. Попросил Катю, нашла рядом салон. Отвезу тебя в четыре, пары часов, думаю, хватит на красоту. А в шесть заберу и сразу поедем на праздник. Договорились?
— Да. Опусти меня… — Сжимает некрепко, но пальцы, сцепленные в замок на моей талии, не позволяют отступить.
Вопреки ожиданиям, босс подхватывает и усаживает меня на стол так, что его лицо оказывается напротив. Вклинивается между моих ног, не позволяя сбежать.
— Давай проясним всё ещё раз, Ася. — Проводит пальцами по волосам, взъерошивая. — Страшно, когда находишься со мной в одной машине, квартире, спальне, кровати?
— Уже нет.
— Противно, когда прикасаюсь?
— Нет.
— Когда обнимаю?
— Нет.
— Когда лежишь на моей груди, прижавшись к телу?
— Нет.
— Тогда в чём дело? Почему не позволяешь поцеловать? Только поцеловать, чтобы вечером, в нужный момент родня увидела проявление чувств друг к другу. — Я словно на допросе с пристрастием, где следователь не позволяет расслабиться, смотрит в глаза, не отрываясь и ждёт исключительно правдивых ответов.
— Только по этой причине? — А я-то нафантазировала, что действительно нравлюсь боссу. Но все его действия направлены на поддержание нашей лживой легенды. Дура. Маленькая дурочка, которая никогда не даст большому мужчину то, чего он желает.
— Исключительно по этой. — Подтверждает мои выводы. Внутри неприятным осадком разливается разочарование. Я просто не могу ему понравиться, какой бы красивой ни была.
— Хорошо. — Толкаю его в грудь ладошками, вскакивая со стола. — Вечером можешь целовать, сколько душе угодно, при каждом родственнике проявлять свои лживые чувства. Сопротивляться не буду.
— Чёрт, Ася, что я не так сказал? Почему ты злишься? — Оставляю оба вопроса без ответа, поднимаясь в спальню, чтобы, наконец, привести себя в порядок.
Несколько часов проходят быстро. Руслан внизу, много разговаривает по телефону, работает на ноутбуке, отправляя документы. Не спускаюсь, нахожу себе занятие в спальне.
К четырём я почти собрана: платье, которое сидит на мне прекрасно; туфельки на высоком каблуке в тон и прекрасные серьги. В какой-то момент мне кажется, что в магазине мы выбрали другие, но они в той же коробочке, что вручила мне девушке-консультант.