Счастье из другого мира (СИ)

Мужчины крепко пожали друг другу руки, папа задал несколько вопросов о работе в мастерской, затем перевёл разговор о крыльях мэжик, после попросил показать сам протез.
- Он уже готов, завтра его вживят мне в ногу, - я заметила, как голос Гастона чуть дрогнул, я его уже достаточно хорошо изучила, чтобы стало понятно - мужчина переживает. - Хотите, покажу конечный результат?
- О! Это было бы просто великолепно! Но почему Корона выкупила ваш патент, если вы не испытали своё творение на людях? - тут же уточнил он, и перевёл вопросительный взор пронзительных синих глаз на меня.
- Я тут ни при чём, они, как только им в руки попало описание, полученное от патентного бюро, тут же, не дожидаясь испытаний, пригласили меня к себе и выдвинули свои условия. А завтра рано утром в лечебнице доктора эла Томаса Пикерстона готовый протез вживят в культю мастера Гастона, будет присутствовать эл Анри Мишель, личный советник Его Величества по делам развития королевской артефакторной мысли и его заместитель.
- Вот оно как, - задумчиво потерев гладко выбритый подбородок, протянул отец. - Ну что же, не томите, - через секунду встряхнулся он, - покажите ваше чудо.
Мы перешли в маленькое помещение, где хранились дорогие артефакты. Гастон приложил раскрытую ладонь к специальной выемке, сосредоточился, выпуская свою ману, через долю секунды раздались щелчки и дверь бесшумно отворилась. Защита пропускала в святая святых только меня, Гастона, Пита и эла Элиассона.
- Прошу, эл Патрик, проходите, - пригласил он папу, пропуская его вперёд.
Протез лежал на столе, прикрытый светло-серой холщовой тряпицей. Я одним ловким движением стянула её вниз, явив жадному взору эла Патрика чарующей красоты серебряную ногу. Она едва заметно подрагивала, искусственные мышцы сокращались.
- Это просто невероятно! - и столько в папином голосе было восхищения результатом кропотливой работы, что я смутилась.
- Госпожа Глория лично вытянула тенны из серебра, - поделился Гастон, - так мастерски они были сделаны, что я всё ещё нахожусь под впечатлением. У эль Глории колоссальной величины талант, эл Патрик. Отчего-то мне кажется, что ей и в магическую академию поступать не нужно, она сама кого хотите научит!
- Душевное мерси, эл Гастон, за добрые слова! - мягко улыбнулся отец, - можно? - спросил он, гипнотизируя искусственный протез.
- Конечно, можете взять в руки, рассмотреть всё в деталях, - добродушно махнул рукой эл Гастон.
Папе не нужно было второго приглашения - он тут же прикоснулся к сияющему в свете многочисленных светляков корпусу ноги, провёл пальцем по гладким анатомически правильным изгибам, в итоге присел на кресло, что стояло у стола, и принялся изучать наше творение тщательнее и внимательнее. Эл Патрик настолько увлёкся, что начал что-то бормотать, вслух обдумывая увиденное.
- Дома я видел только общие чертежи этого протеза, - обернувшись к нам, сказал он, - Глори сказала, что основные и детальные находятся в мастерской. Можно мне на них взглянуть?
Папа увлечённо изучал предоставленные схемы, что-то записывал на отдельный лист бумаги, в течение час, а после, выйдя из помещения, сказал:
- Это чудо, самое настоящее чудо! Я видел крылышки мэжик, схемы, но нога для эла Гастона просто что-то за гранью моего понимания. Ты перевернула моё сознание, девочка моя... Мне нужно время, чтобы прийти в себя и обдумать все те перспективы, которые теперь открываются в такой тонкой и точной науке, как артефакторика... Как ты смогла всё это придумать? - качая головой, задал он риторический вопрос.
Эл Патрик Мэнес светился довольством и гордостью за меня и мои способности.
  
Глава 39
 
 Это утро было по-особенному прекрасным. Я вышла на широкое крыльцо дома и полной грудью вдохнула летнюю прохладу, мой взгляд зацепился за розовеющую кромку рассветной дымки. Словно лучший художник в мире мазнул кистью вправо и влево, затем взял ещё немного густой гуашевой краски и провёл понизу - у самого горизонта, превращая небеса в неповторимое творение, которым будут восхищаться тысячелетия разумные всех миров, кои только существуют…
 
Поведя плечами, плотнее запахнула тёплый шерстяной плед и присела на скамью, что стояла несколько правее от главного входа. На маленьком столике подле дымилась чашечка сладкого взвара, аромат спелой вишни смешался с неизвестными мне заморскими травами, кружа голову и обещая необыкновенный день.
Сегодня моему другу и коллеге по ремеслу элу Гастону будут вживлять протез. Подобное произойдёт впервые в этом мире, и данное обстоятельство заставляло меня нервничать больше обычного. У нас не было права на ошибку.
Кроме этих волнений, я сильно переживала за эла Ноа. День назад он просил ему не звонить, потому что у него впереди очень важное дело, и я могу неожиданно отвлечь. Оттого сейчас я не находила себе места и даже спала урывками, всё порываясь с ним связаться.
Послышался скрип входной двери и на веранду шагнул эл Патрик, мой отец. Он держал большую чашку с таким же ароматным напитком.
- Доброе утро, папа! - улыбнулась ему я, отгоняя мысли о красивом начальнике.
- Доброе, радость моя! - глаза папы светились довольством и жизнелюбием. – Какое чудесное утро! – Не могу не согласиться. А завтрак уже готов, ещё минутку и пойду накрывать. Только подышу немного.
Я кивнула элу Патрику, приглашая его присесть рядом. Разместившись подле, папа перевёл взгляд на наш пышно цветущий сад, на восход, и я тоже залюбовалась красотой природы... и так нам было хорошо, благостно на душе - словами не передать. И я вдруг почувствовала, что всё получится, иначе просто быть не может.
- Осталось создать протез кисти, - я первая прервала тёплую тишину утра.
- Всё забываю спросить, почему ты решила начать с ноги? – уточнил папа, делая большой глоток горячего напитка.
- Сложнее в изготовлении начинки: серебряные нити нужно будет вытянуть так, чтобы они стали тоньше волоска, - вздохнула я, и, прикрыв веки, откинулась на мягкую подушку, специально положенную сюда, для удобства отдыхающего. – а ещё нужно пять чистых драгоценных камней, как пункт приёма магической энергии, которая потом будет направлена в пальце и дальше во внешний мир. Нога в подобном не нуждается, поскольку маг-артефаткор всё делает руками.
- Понятно, - нахмурился папа, - камни тебе даст королевская канцелярия, верно?
- Да, всё это обговорено в договоре. Эл Гастон первый, на ком проведут испытания, - сформулировала я мысль и поморщилась, не хотелось думать, что мой друг выступит в качестве лабораторной мыши. Но, нужно отдать элу Анри Мишелю должное: он предложил своего человека, а я вежливо отказалась. С королевским договором или без мы всё равно собирались это сделать.
- Всё будет хорошо, доченька, - папа ласково погладил меня по голове и предложил, - пойдём в дом, нужно поесть и отправляться в королевскую лечебницу.
Вчера вечером прибыл вестовой из Королевской канцелярии и сообщил, что процедура будет проводиться в главной лечебнице города – Королевской, под присмотром лучших лекарей страны. И все остальные участники также об этом предупреждены. Мне ничего не оставалось, только согласиться с неожиданным условием. Что же, не мне перечить высокой воле Его Величества, наверняка у них есть свои причины так сделать.
- Сегодня вечером нужно встретить твоего деда и Катерину, - отложив столовые приборы и вытерев салфеткой рот, напомнил мне отец. – Как думаешь, процедура вживления биомагической конечности, сколько времени займёт?
- Ой, папа, - покачала головой я, поднимаясь из-за стола, - доктор эл Томас предположил, что около пары-тройки часов, но он опасается, что потребуется гораздо больше времени. Тут сложно что-либо спрогнозировать точнее.
- Если вдруг операция затянется, я сам отправлюсь за отцом и твоей няней, - понимающе кивнул эл Патрик.
В этой части города мне ещё не доводилось бывать, а память Глории молчала: всё чаще её воспоминания с большим трудом возникали в моём сознании, словно моя личность полностью и окончательно устроилась в это теле, вытеснив всё ей ненужное.