Коварный уклонист (СИ)

Нужно ли говорить, что всё происходило глубоким вечером, так как честные контрабандисты даже в такой заднице мира, как этот остров, днём не ходят? Рассыпавшиеся купюры радостно принял в себя океан, оставляя нас троих нищими, как церковные мыши. В общем, на корабль мы всё-таки попали, но остались с голыми задницами, оплатив проезд моими со Стеллой ружьями.
А затем всё усугубилось.
Про одного, который в поле воин, пословица сочинялась, когда единственной тактикой боя была «стенка на стенку». Бедные кочевники, придумавшие засыпать противника стрелами, не подпуская его к себе близко, были подлецами только с точки зрения этого противника, а попутно чуть ли не половину мира завоевали. Моего, конечно же. С тех пор и понеслось. Что может пехота без разведки, без поддержки артиллерии, без танков — против полноценной армии? Ничего.
Вот и я ничего не мог. По меркам этого мира, я уже был превосходным бойцом. Солдатом, стрелком, убийцей, шпионом, бандитом — тут что ближе, то и есть, но… Об этом никто не знал. А репутация есть и остается крайне немаловажным фактором, порой открывая двери, не доступные по-другому никак. Всё что у меня было — это старрх, пара стволов, одежда, немного поправившийся на обильных харчах Волди да наивная полугоблинша, у которой вечно (хоть и регулярно) меняется темперамент. Маловато для разыскиваемого преступника, на которого давным-давно охотятся все, включая, быть может, даже легендарных драконов. Нужен был доступ к системе, способной взаимодействовать с миром, не выставляя меня на всеобщее обозрение.
Разумеется, такие системы под кустами не валялись, а черная полоса и не думала заканчиваться. В итоге мы, оставшись с почти пустыми карманами и одним моим ножом были высажены на самом севере Лазантры. Континента, на котором меня и призвали в этот мир.
Что делать? Найти полулегальную рюмочную, заставить Стеллу одеться посвободнее, а потом подождать, пока на эту нимфетку не клюнет хоть кто-нибудь. Затем негодяи распускают руки, из-за стола поднимаюсь неотвратимо-молчаливый я, происходит процесс нанесения легких и средних травм, взимается компенсация за всё подряд, ура, у нас есть деньги на завтра. Хороший план.
Вышло, правда, не очень. Разумные, которых я выпотрошил, определенно имели отношения к какой-то государственной службе. Это прослеживалось в их почти одинаковой запыленной форме, в значках, в табельном оружии… пришлось доить местного трактирщика на полную. Нам теперь предстоит сматываться отсюда подальше.
Из кустов, растущих прямо у воды, держась за их длинные гибкие ветки, выполз из воды тот самый назойливый мужик, что бежал за нами. Что примечательно, даже вовсю пылая жаждой общения, глотку он на весь лес не драл, а кричал, можно сказать, шепотом, от чего и заслужил щепотку уважения. Кроме того, у него были разноцветные глаза. А еще он был психом, если рванул на своих двоих за мясником, только что превратившим одну избу в филиал бойни. Или…
— Тебя зовут Крюгер, — обратился я к мокрому мужику, с растерянным видом идущему ко мне, — И ты — в жопе.
Застыв на секунду, мужчина хлопнул пару раз ресницами, глядя на меня, а потом неожиданно ухмыльнулся. А затем сел около кота, не двинувшегося с места, но покосившегося на нового соседа с изрядным сомнением.
— Как насчет того, чтобы помочь мне из нее выбраться? — спросил он.
— Я похож на того, кому нужна работа? — поднял бровь я.
— Ты похож на того, кто хотел грабануть пару полунищих обормотов, подцепив их на медовый крючок, — бодро среагировал отмывшийся от крови и посвежевший внешне мужик, — Поэтому, думаю, что ты, как минимум, меня выслушаешь.
— С чего ты это решил? — спросил уже почти согласный я, глядя на дерущуюся с нежелающим её отпускать кустом Стеллу.
— Ты меня не убил.
Солидный аргумент.
Так и началось общение двух негодяев с большой дороги, один из которых был когда-то шерифом, а второй революционером. Причем, ирония жизни была в том, что оба они планировали вернуться к своей старой деятельности. Или, хотя бы отметиться в местах боевой славы.
 
Михаил Басх, этот разноглазый белокожий жилистый мужик, при всех своих ухватках, выдающих в нем отпетого бандюгу и подлеца, был патриотом. Или, что я вполне допускал — он тот еще амбициозный ублюдок, увидевший единственный способ собственного возвышения в том, чтобы слегка смешать социальные слои. Не суть важно. Главное, у него были мозги, связи, потрясающий нюх на выгоду, а заодно и амбиции, которые и втыкали шило в худой зад этому прожжённому прохвосту с повадками убийцы. А еще у него в кармане практически была революция. Ключевой момент: «была».
В каком плане? Тут нужно начать издалека.
А именно с Эсхата. Вполне себе большой и развитой страны, отхватившей себе почти треть северного побережья Лазантры. Самую «вкусную» треть, через которую проходил основной траффик межконтинентальной торговли. Кроме этого, Эсхат имел ресурсы, преимущественно субтропический климат, много полезных ископаемых… в общем, можно сказать, был упакован на зависть всем соседним странам. А еще, это уже в минус, здесь была монархия. Не простая, а парламентского типа.
В этом и порылась собака.
Структура государственного управления была следующего типа: монарх, имеющий определенное число голосов в Верхнем парламенте и право вето, сам Верхний парламент, состоящий из всех без исключения высших нобилей Эсхата под предводительством четырех герцогов, а также Нижний парламент, включающий в себя представителей торговых и производственных гильдий, цехов и артелей добытчиков. Нюанс, добавил болезненно скривившийся в свете костра Крюгер, был в том, что Нижний парламент, несмотря на свое громкое название, нес сугубо совещательный характер.
В Эсхате шла вечная грызня всех между всеми, из-за чего, по глубочайшему убеждению моего ночного собеседника, вскоре государству вполне мог грозить кирдык. Откуда?
Кригстан.
Что за грызня? Всё просто. Аристократия делает всё, чтобы удержать и укрепить свою власть в стране, где все быстрее набирают силу и влияние простолюдины, в руках которых время от времени оказывается чересчур серьезные (по мнению аристократии) производства. Разумеется, нобили их подгребают под себя. Разумеется, подобной политике сопротивляются всеми силами. Купцы, банкиры, промышленники, цеха. И, конечно же, сам монарх, в данном случае это Кивол Дейтрен Третий, всеми силами поддерживает определенный баланс, сохраняя собственную власть. Совсем недалеко ушедшую от абсолютной.
Каким образом? Право вето на ту или иную инициативу Верхнего парламента заставляет аристократов, поджимаемых простым народом, ходить перед монархом на цыпочках. Пока монарх не лезет в дела своих вассалов, те потакают любому его решению в надежде заслужить благоволение и его голос на заседаниях парламента.
— Вся эта система убога, — скрежетал зубами Крюгер, раз за разом ломая подобранную им сухую ветку, — Понимаешь? Нас уже почти обогнали соседи, которые 70–80 лет назад были просто пустошами, населенными кланами дикарей! Пока Дейтрены цепляются за свою династию, мы тонем в этом дерьме! Вся страна тонет!
— Мне насрать, — коротко отреагировал я на пламенную речь своего случайного собеседника, — Если ты предлагаешь дело, то переходи к сути. Что тебе нужно. Что я получу. Какие сроки и гарантии.
— Ладно, — моментально остыл Крюгер, — Слушай. Ты был прав, я в жопе. Мою организацию уделали за одну операцию. Но все может быть еще хуже, чем сейчас. На мне висят обязательства, обещания, контракты… прочая хрень, которая не позволит спрыгнуть с дела. Найдут и закопают. Те или другие. Если я смогу выжить и начну брать реванш, то претензии эти разумные отложат в долгий ящик, а то и вовсе забудут. Ресурсы… ресурсы есть. Деньги, вооружение, наркота, предметы роскоши. Информацию о тайниках я держал при себе. Платить, сам понимаешь, могу много чем. Но и потребуются твои услуги по полной. Защищать, убивать, пытать, подслушивать… Ты же Должник?
Стелла нервно сглотнула, на секунду привлекая наши взгляды. Полугоблинша весь разговор старалась не отсвечивать, но тут не сдержалась. Волди длинным бесшумным прыжком скрылся в траве. Умница, котик.