Окончательное Предложение (ЛП)

— Не нужно смущаться из-за меня.
Ее глаза сужаются.
— Я не смущена.
— Не должна ли я рассказать ему о том, как ты носила его толстовку целую неделю?
— Знаешь что? Я собираюсь прогуляться по очень короткому причалу, большое тебе спасибо, — Лана делает движение, чтобы подняться со скамейки, но я хватаю ее за руку раньше.
— Я думаю, это мило, что ты скучала по мне.
Ее губы вытягиваются в тонкую линию.
— Мило? Потому что Изабель не единственная, чей зад нуждается в новом почтовом индексе.
Я подмигиваю.
— Как я и люблю.
Все больше людей садятся за наш столик, и внимание быстро отвлекается от Ланы. Подобно ужину с моей семьей, я доволен тем, что остаюсь на заднем плане и слушаю, как говорят все остальные. Истории, которыми они делятся, варьируются от двух школьных учителей и продолжающейся войны розыгрышей до того, как люди раздражены тем, что Джулиан Лопес и его компания скупают недвижимость вокруг озера.
Я чувствую, что я больше не посторонний, а скорее тот, кто принадлежит к этому месту. Это дает ощущение полноты, в котором я не знал, что мне нужно. В Чикаго я один из братьев Кейн, которому не хватало драйва, амбиций и какой-либо цели, кроме того, что бы быть провалом семьи. Но здесь, на озере Вистерия, я просто Кэл, довольно нормальный парень, который любит читать книги, давать людям хорошие чаевые и проводить время со своей семьей.
Может быть, я и миллиардер, но никто здесь не относится ко мне как к таковому. Они высмеивают компанию моей семьи, мою шикарную машину и бесконечно дразнят меня по поводу того, как я влюблен в Лану.
Я ничуть не возражаю против этого, поскольку большую часть нашего ужина смеюсь до боли в животе. Только когда Ками зевает, а Лана называет это ночью, я кое-что понимаю.
Возвращение в Лейк-Вистерию было не просто поиском себя, но и поиском семьи. Огромная семья из трехсот человек, которая бросила бы все, чтобы помочь одному из своих, включая моих девочек.
И, надеюсь, мне однажды.
  
Глава 57
 
Кэл
Я переворачиваю зеленую фишку, изучая надпись, выгравированную на изогнутом краю. Проведя три месяца в компании Анонимных Алкоголиках, я чувствую себя сильнее, чем когда-либо. Кажется, все идет хорошо для меня. Как только я покажу Лео фишку, я буду готов двигаться дальше по жизни и оставить завещание в прошлом.
— Все еще трезв? — мой отец встает рядом со мной. Последние несколько человек выходят из конференц-зала, оставляя меня наедине с ним.
— Почему тебя это волнует?
— Меня это не волнует.
Я тихо смеюсь, когда встаю. Моя голова на пару дюймов выше его.
— Знаешь, что мне кажется интересным?
Его темный взгляд впивается в меня.
— Что?
— Я провел большую часть своей жизни, постоянно оправдываясь перед тобой. Я подумал, что если ты протрезвеешь, ты станешь лучше. Добрее. Но оказывается, что ты такой же лживый человек, с алкоголем или без него. И знаешь почему?
Его глаза сужаются.
— Я уверен, ты скажешь мне, волнует меня это или нет.
— Ты ненавидишь себя, и никакое количество алкоголя этого не изменит. Ты жалкий человек с такими же жалкими желаниями, который никогда не найдет счастья, независимо от того, ищешь ли ты его на дне бутылки или с наследством, которого ты не заслуживаешь, — бросив последний взгляд на своего отца, я ухожу, оставляя его прожигать дыру в моей спине.
Только когда я столкнулся со своей ненавистью к себе, я понял, что у нас с отцом одна и та же проблема. Что он и я были двумя сторонами одной медали, превратив нашу ненависть к самим себе в оружие — он против мира, а я против себя.
Но, в отличие от него, я здесь, потому что отказываюсь отказываться от себя.
 
Не сегодня. Не завтра. Никогда.
Поскольку я уже в Чикаго на собрании Анонимных Алкоголиках, я решаю остаться на ночь и присутствовать на заседании совета на следующий день. Как бы мне ни хотелось вернуться в Лейк-Вистерию, есть несколько вещей, которые мне нужно сделать, прежде чем я вернусь.
Деклан сидит во главе стола, занимая обычное место моего отца.
— Где Сет? — спрашивает глава отдела разработки продуктов.
— Я буду временно исполнять обязанности генерального директора, — Деклан не отрывает взгляда от телефона.
— И сколько это продлится? — спрашивает кто-то еще.
— На неопределенный срок, — Деклан и глазом не моргнул.
Роуэн бросает на меня озадаченный взгляд. Я сжимаю губы, чтобы сдержать улыбку. Деклан хотел удивить Роуэна сообщением о беременности после сегодняшней встречи, пока Айрис завтракает с Зарой, чтобы поделиться новостями.
Встреча короткая. Бизнес идет хорошо, и все идет как надо, за исключением того, что Сет больше не сидит во главе стола.
Когда Арнольд, глава отдела приобретений и продаж подразделения «DreamStream», встает и представляет свой ежемесячный отчет, я держу рот на замке. Роуэн толкает меня локтем, но я игнорирую его. Я провел последние три месяца, разговаривая с Арнольдом наедине, не то чтобы мой брат знал.
Оказывается, решение заключалось не в том, чтобы втиснуться в роль в компании, а в том, чтобы разработать роль, которая соответствует мне, моим потребностям и моим интересам. Хотя я хочу помочь потоковой компании стать лучшей версией самой себя, я не хочу отвечать за все это чертово дело. Лидерство — не мой стиль. Стать консультантом или кем-то менее обязательным — это больше для меня, и в то же время это дает мне возможность выступать от имени компании и приобретать новые проекты.
Как только собрание заканчивается, я отвожу Арнольда в сторону, чтобы назначить нашу следующую встречу с его командой. У меня нет помощника или кого-то еще, поэтому я все координирую сам.
Мои братья остаются рядом и шепчутся за моей спиной. Только когда комната опустеет, я, наконец, встречаюсь с ними лицом к лицу.
Я поворачиваюсь и скрещиваю руки на груди.
— Вы двое закончили говорить обо мне?
— Что это было? — Деклан указывает на место, которое только что занимал Арнольд.
— Не беспокойся об этом.
Его глаза загораются.
— Уже хранишь секреты от своего нового генерального директора?
У Роуэна отвисает челюсть.
— Это официально?
Деклан бросает на него быстрый взгляд.
— Нет, пока адвокат не оформит последние документы.
Я ухмыляюсь.
— Поздравляю, папочка.
Роуэн задыхается на вдохе.
Глаза Деклана сужаются.
— Назови меня так еще раз, и я без колебаний вырву твой язык и установлю его на моем новом столе, как произведение искусства.
Глаза Роуэна мечутся между нами двумя.
— Кто-нибудь хочет посвятить меня в то, что здесь происходит?
Деклан достает бумажник и протягивает Роуэну фотографию сонограммы.
— Вот.
— Черт возьми. Ты станешь отцом, — Роуэн делает круг. — Он похож на мармеладку.
— Поздоровайся со своим племянником, — Деклан прихорашивается, как павлин, демонстрирующий свои перья. Это самое не похожее на Деклана поведение, которое я видел, и это только заставляет меня смеяться.
— Это может быть девочка, — поддразниваю я.
Деклан постукивает себя по груди.
— У меня хорошая интуиция, и интуиция подсказывает мне, что это мальчик.
Роуэн закатывает глаза.
— А если это будет девочка?
— У меня уже есть номер кардиолога и каждый капитан полиции в Чикаго в моем распоряжении, чтобы арестовать любого, кто приблизится к ней ближе чем на шесть футов.
— Ты не можешь арестовывать каждого парня или девушку, в которых она будет заинтересована, — говорю я.