Окончательное Предложение (ЛП)

От одной его просьбы мои стены рушатся, как плохо построенный пряничный домик.
Что такого страшного может случиться?
Если ты задаешь себе этот вопрос, значит, ты зашла дальше, чем я думала.
Я качаю головой.
— Нет.
Это к лучшему. Я не для того провела последние два месяца, держа его на расстоянии, чтобы все испортить, потому что отчаянно нуждаюсь в разрядке.
Ты не отчаялась в поисках разрядки.
Ты отчаянно нуждаешься в нем.
Правда ударяет меня как кинжал в живот, перехватывая дыхание.
Он крепко держится за дверную раму.
— Я буду умолять на руках и коленях, если придется.
— Хорошо. Давай, — я ослабляю свою хватку на двери и делаю шаг назад.
Завтра ты об этом пожалеешь.
Тогда я лучше проведу сегодняшний вечер с пользой.
Он не двигается — даже не моргает — пока я отступаю дальше в свою комнату, увеличивая расстояние, чтобы его мольбы стоили моих переживаний.
— Ты собираешься встать на колени и умолять или будешь стоять и смотреть, пока я не заставлю себя кончить сильнее, нежели ты когда-либо был способен?
Его ноздри раздуваются.
— Это вызов?
Коварная ухмылка расплывается по моему лицу.
— Это обещание.
  
Глава 33
 
Алана
Внутри Кэла что-то щелкнуло. Это видно по тому, как меняется его взгляд, дикость, которую он сдерживает, выходит на передний план. Мое тело вибрирует от предвкушения, когда он закрывает за собой дверь и щелкает замком.
— Где ты хочешь меня видеть? — он делает шаг ближе ко мне.
— Много где, но на коленях пока достаточно хорошо.
Его адамово яблоко покачивается, когда его колени опускаются на ковер. У меня кружится голова от вида его готовности выполнить любую мою команду.
— Отлично. Теперь просто стой там и выгляди красиво для меня.
Он ухмыляется.
— И это все?
Я ищу на простынях свой вибратор, прежде чем запрыгнуть на кровать и повернуться к нему лицом.
— Что ты делаешь? — его брови сошлись вместе.
— Я сказала, что ты можешь умолять. А не то, что ты будешь тем, кто заставит меня кончить.
Его рот приоткрывается, но слова не выходят.
Я включаю устройство. Гудение в сочетании с его взглядом посылает новую волну мурашек по моей коже.
Я проглатываю густой ком в горле.
— Если ты прикоснешься ко мне, все это закончится. Понятно?
Его пальцы впиваются в бедра, привлекая мой взгляд к растущей эрекции под его трениками.
— Ты пытаешься избежать любого физического контакта, потому что думаешь, что это защитит тебя от того, что происходит между нами?
Мои глаза сужаются.
— Я этого не говорила.
Но ты точно так думала.
Maldita sea — Черт возьми.
— Тебе не обязательно было говорить. Но это нормально, потому что я просто попрошу тебя сделать за меня грязную работу. А теперь снимай рубашку и раздвинь для меня ноги.
— Это не ты контролируешь ситуацию, — слова выходят шаткими, без прежней уверенности.
— О, детка. Я контролирую ситуацию с того момента, как ты впустила меня в эту комнату. Мне просто нравится наблюдать, как ты кайфуешь от своей власти.
Мое дыхание перехватило в горле.
— Ты хочешь, чтобы я умолял? — Кэл кладет руки на ковер и встает на четвереньки. — Ты хочешь, чтобы я приполз к тебе, как изголодавшийся по твоей киске мужчина? — он так и делает, невидимая нить между нами натянулась, когда он придвинулся ближе. — Потому что я хочу попробовать тебя на вкус так чертовски сильно, что могу умереть, если у меня не будет такого шанса сегодня вечером.
Он сокращает расстояние между нами и останавливается передо мной, его глаза сверкают озорством, когда он поднимается на колени. Благодаря своему росту и положению матраса, он получает прекрасный вид на место, которое пульсирует от его внимания.
 
Его язык высунулся, прочертив изгиб нижней губы.
Искры пробегают по моему позвоночнику. Моя нижняя половина пульсирует, а между ног скапливается влага.
— Это твои похороны.
— Тогда я с удовольствием наслажусь своей последней трапезой, — его взгляд темнеет, когда останавливается на вершине моих бедер.
— И как ты собираешься это сделать, не прикасаясь ко мне?
— Зачем портить сюрприз? — он одаривает меня своей фирменной улыбкой, от которой мое сердце бешено колотится в груди.
— Но…
— Снимай рубашку и раздвигай ноги, иначе все это закончится. Поняла? — он бросает мои слова обратно в меня.
Клянусь, он запоминает каждую мою фразу только для того, чтобы использовать ее против меня в самый неподходящий момент.
— Поняла, — я срываю рубашку через голову и раздвигаю бедра, стирая глупую ухмылку с его лица. Он застонал, схватившись руками за матрас по обе стороны от моих бедер.
Чувственная женщина, дремлющая внутри меня, поднимается на поверхность, подстегиваемая похотью в его взгляде и пульсирующим чувством в моем центре. Может быть, я нахожусь в состоянии сильного возбуждения, потому что нет ничего лучше, чем довести такого мужчину, как он, до дикой потребности.
Я тянусь к силиконовому устройству. Один конец наклонен вверх, а другой изогнут и предназначен для стимуляции точки G.
— Что это? — голос Кэла дрожит, вызывая дрожь во мне.
Я поднимаю его, чтобы он увидел.
Он встает, чтобы лучше рассмотреть, вторгаясь в мое пространство и наполняя мой нос своим приторным запахом.
— Этот новый.
— Предыдущий сломался.
Его глаза сужаются.
— Как?
— Он был очень любим, — я быстро делаю крестное знамение в знак памяти.
— С ним? — смертоносный тон его голоса заставляет мой желудок сжаться.
— Нет, ты, собственнический засранец. Наедине с собой.
Жесткость в его челюсти исчезает.
— Хорошо. Теперь ложись на середину кровати и покажи мне, что ты обычно делаешь, чтобы кончить.
Я делаю то, что он говорит. Он забирается на матрас, заставляя бабочек в моем животе порхать. Мое тело прижимается к нему ближе из-за его веса, но он старается не прикасаться ко мне. Вместо этого он ложится рядом со мной, оставляя небольшой зазор между нашими телами.
Я испускаю дрожащий вздох.
— Во-первых, мне нравится ласкать себя.
Цвет его глаз меняется, как океан перед штормом, светло-голубой цвет быстро становится темнее из-за расширяющихся зрачков.
— Я сказал, покажи мне.
Мои пальцы вцепились в простыни.
Ты действительно собираешься это сделать?
Одна ночь ничего не изменит между нами. По крайней мере, если я не позволю, а я не собираюсь повторять эту ошибку.
— Лана, — говорит он напряженным тоном, пытаясь отвлечь меня от моих мыслей.
Просто отпусти на одну единственную ночь.
Я закрываю глаза, поглаживая свой живот. Кончики пальцев бегают взад-вперед по гладкой плоти, щекоча кожу, пока мои мышцы не расслабляются. Только когда мое сердце начинает учащенно стучать, я перемещаю пальцы мимо ребер, прямо к груди.
Я чувствую его взгляд повсюду. Это разжигает огонь, бушующий во мне, питая его до тех пор, пока я не начинаю извиваться на кровати, дразня себя.
— Боже. То, как ты сейчас выглядишь, заставляет меня желать… — он сдерживает стон и дует на ближайший к нему сосок, заставая меня врасплох.
— Заставляет тебя желать чего? — спрашиваю я.
— Чтобы ты позволила мне прикоснуться к тебе.
Я стараюсь не подпускать свои руки слишком близко к соскам, вместо этого я сосредотачиваюсь на том, чтобы сначала пройтись по окружности груди. Каждое движение приближает меня к вершине.
— Что бы ты сделал, если бы мог?
Кэл ругается себе под нос.
— Ласкать твое тело руками и губами, пока ты не будешь молить меня о члене.