Случайно... Конец (ЛП)

Она втянула свежий предрассветный воздух и снова потянулась к мужчине. Ладно. Плечо. О! Грудная мышца такая же упругая и накаченная. У извращенцев, вероятно, много свободного времени, чтобы ходить в спортзал.
«Держу пари, у него членство в круглосуточном извращитнесе! И не думай о странном покалывании в пальцах».
А как сложена его грудь! Как у греческого бога. Так, теперь она выглядит извращенкой. Или умственно-отсталой. В любом случае, всё это плохо.
Уже слишком поздно. Всепоглощающее любопытство овладело Эшли, и она начала шарить руками. Как он выглядит? Он извращенец-сталкер, поэтому его лицо должно было быть искажено и испещрено уродливыми шрамами. Верно?
Она наклонилась, стараясь разглядеть хоть какие-нибудь тени, но сад до сих пор погружён во тьму.
Эшли скользнула пальцами по лбу преступника и ниже, ожидая нащупать шишки, как у Клингонов или костлявые выступы, как у Лорда Ситхов (да, она смотрела слишком много фантастики). Однако обнаруженное далеко от грубого или межгалактического извращенского существа. Тёплые щёки, густая поросль щетины, прямой нос… Она сглотнула. Мягкие, полные губы. Эшли наклонилась ниже и приложила ухо прямо к губам. Его тёплое дыхание коснулось её щеки. Чёрт. От мужчины даже пахло приятно. Свежестью и чистотой, словно воздух в горах, но с оттенком чего-то ещё, чего хочется вдыхать снова и снова. Как домашний тыквенный хлеб с лёгким привкусом специй. Должно быть, какой-то извращённый ополаскиватель для рта. Листеренец со вкусом рождественских каникул! Но всё равно пахло очень хорошо.
«Да что с тобой такое? Этот парень только что вломился к тебе в дом, угрожал убить, а ты тут нюхаешь его и щупаешь торс? Ты ведь не такая идиотка, Эш?»
Но желание прикоснуться к нему было непреодолимым.
«А желание жить? Жить с ним? Прекрати. Возьми себя в руки, Эш!»
Так, его надо связать. Она скользнула ладонью по его руке — тоже накаченная — и нашла запястье. Сжав его, она оттянула преступника на несколько футов — чёрт, какой он тяжёлый, вероятно, он просто огромный! — к ближайшей пальме. Где завела его руки за ствол и связала запястья. Пальма толщиной с баскетбольный мяч, но крепкая, чтобы удержать преступника. Во всяком случае, на какое-то время.
Он громко застонал, и Эшли отступила, упав в садовое кресло. Дерьмо. Он приходил в себя! Парень снова застонал глубоким, пронзительным голосом, посылая взрывную волну дрожи по трепещущему телу Эшли, и вызвал у неё образы обнажённой женщины, катающейся по песку в объятиях сильного мужчины, чувствующей его тепло на своей коже.
Да, очередной сон, который Эшли неоднократно видела. Сон о безликом мужчине, который языком и руками ласкал её тело, в то время как доставлял ей удовольствие способами, возможными только… во сне — и с таким мужским, таким совершенным телом, что при каждом воспоминаний она вздрагивала.
Член такой большой и толстый, что она таяла от…
«Да, что с тобой? Иди за помощью!»
Точно.
Она вытянула руки и на ощупь направилась к пляжу, ища Луиса.
— Подожди, — раздался низкий голос. — Не оставляй меня здесь.
Ох, дерьмо. Он очнулся.
— Ты только что пытался убить меня!
Проклятье, если бы она только могла его видеть! Слишком страшно разговаривать с тем, кого не видишь. Она бы всё отдала за фонарик.
— Будь всё проклято, женщина, — прорычал он. — Я не пытался убить тебя. А пришёл ради защиты.
«Ага, как же».
— А я — Мэри. Ты не заметил моего маленького ягнёнка? На самом деле, он больше похож на гигантскую лопату, но не обманывайся.
— Думаешь, я шучу, — сказал он, — нет. Я пришёл спасти твою жизнь.
— Могу я поинтересоваться, от чего?
— Несомненно. Эшли, нельзя отрицать, что смерть небезразлична к тебе. — Вот же гадство. Откуда он знает? Парень добавил: — Разве ты не чувствовала это тягостное ощущение, что твоя жизнь вот-вот закончится? Может быть, тебе снилось это?
Кровь в жилах заледенела. Откуда ему известно? Эшли делилась этим лишь со своим терапевтом и считала крайне маловероятным, что доктор Эрнандес раскрывает самые сокровенные мысли своих пациентов извращенцам-преследователям, одержимым тренировками.
 
— Не знаю, в какую дурацкую игру ты играешь, но плевать, — сказала Эшли. — Расскажешь это полиции. Кстати, в Мексике взятка в пятьдесят песо может сделать твой срок хуже раз в двести, а я дам взятку в сотню.
Она на ощупь шла через сад к пляжу, где над горизонтом показались первые лучи солнца.
«Наконец-то!»
Она добралась до соседского дома, где Луис жил в крошечной гостевой хижине, и постучала в дверь.
— Луис! Луис! — Скорее всего, он спит. — Проснись!
Луис, шатаясь после сна, открыл дверь:
— Sí [2]?
Она объяснила, что поймала нарушителя, и Луис немедленно отправился за наручниками, дубинкой, перцовым баллончиком и фонариком.
— Я прослежу, чтобы крыса не сбежала. Оставайся здесь. Entiende [3]? — сказал он.
Конечно же, она останется тут! Эшли не собиралась приближаться к своему дому, пока не задержат извращенца-нудиста. Она кивнула и смотрела, как Луис направился к её дому, но прошло всего несколько минут, прежде чем он вернулся.
— Мисс Эшли! — Луис вытер вспотевший лоб и наклонился, чтобы отдышаться. — Там никого нет.
Что? Никого? Нет, он там. Должен быть.
— Я привязала его к дереву, — объяснила она.
Луис посмотрел на неё, как на сумасшедшую, а потом заверил, что не нашёл ни мужчины, ни женщины, ни ребёнка, ни осла, никого, привязанного к пальме.
Как ему удалось сбежать? Мерзавец! Она бросилась к своему дому, а Луис за ней, но он оказался прав. Когда она добралась до своего сада, там никого не было. Эшли почесала затылок. Что теперь делать? Нарушитель сбежал. Что, если он вернётся?
— Думаю, пора завести собаку.
***
Вот же дерьмо собачье.
У Маакса пульсировала голова от сильной боли, напоминая о случае, когда на него наступил единорог Симил. Гигантская тварь считала себя болонкой, но весила, как слон.
И чем же сумасшедшая женщина его ударила? Мусоровозом? Не может быть простой лопатой.
Так или иначе, удар выбил из колеи, потому что Маакс не помнил, как освободился и пробрался в её дом. Но так и было. На самом деле, он добрался до её кровати, и теперь Эшли лежала рядом с ним и крепко спала. Как долго он был в отключке, и как, чёрт возьми, она заснула, не заметив в своей постели крупного мужчину?
«Потому что ты невидимый и умудрился отключиться на той стороне кровати, которой Эшли не пользуется».
Он осторожно шевельнулся, чтобы не потревожить Эшли. Но та перевернулась и закинула руку ему на грудь. Господи Боже. Маакс глубоко вздохнул.
— Ты так хорошо пахнешь, — пробормотала она.
Она разговаривает во сне? Ему показалось это милым.
— Что за одеколон? — спросила она.
Это его естественный запах. Все боги производили приятный ароматный коктейль из феромонов. Маакс предположил, что это природа придумала лёгкий способ обезоружить людей, чтобы те меньше волновались и понимали, что находятся в присутствии чего-то не совсем человеческого. По иронии судьбы, ему казалось, что аромат Эшли его успокаивает. Он никогда не чувствовал чего-то соблазнительнее: тропические цветы, смешанные с лёгким намёком на жареный перец чили из её кухни и свежий океанский бриз. Боги, запах такой же экзотический, как и женщина.
К тому же Эшли наслаждалась океаном с такой же страстью, как и он. Если бы он мог прожить всю жизнь на пляже, так и сделал бы. Воздух, тропический бриз, мягкий песок… не было ничего лучше, чем плавать в волнах или заниматься сёрфингом, когда появлялась такая возможность, хотя прошло уже очень много времени. Плохая идея заниматься сёрфингом, когда ты невидим. Одинокая доска для сёрфинга, высекающая волну сама по себе — немного странно.