Дубль (СИ)
Мужчина слишком отличался от всех, кого я раньше знала. Глаза у него были ярко-голубые и их холодный цвет подчеркивали светлые волосы, в которых поблескивала седина. Резкие черты лица, тяжёлые прямые брови, не улыбчивый хотя и чувственный рот. Хорош своей нордической красотой. Я знала о его существовании, но никогда не видела. Так вот ты какой, тайный любовник сестры! Одного взгляда достаточно, чтобы понять, в кого пошли мои девочки.
Знакомый, ага... Мне захотелось захлопнуть дверь перед этим красивым мужчиной и убедить саму себя, что всё происходящее просто дурной сон. Даже кошмар. Я сделала попытку, но безуспешно: Глеб успел поставить ногу в проем.
- Я, конечно, не ожидал теплого приёма, но это чересчур. - усмехнулся недобро мужчина даже не запыхавшись, в то время как я усиленно наваливалась на дверь. - Ты ведёшь себя неразумно. Я всё равно войду.
Этот снисходительный отеческий тон и "ты" привели меня в себя и показали как по-детски я себя веду. Отпустила дверь, чем тут же Глеб воспользовался и вошёл внутрь. Представляю, как нелепо я смотрелась со стороны!
Позади в моей комнате послышался голос Верочки: что-то среднее между писком и визгом, в котором отчетливо слышалось нетерпение. Точно, я же шла за бутылочкой на кухню! Я заметила как глаза мужчины потеплели и в них мелькнула нежность, сразу изменив его недружелюбный и неприступной облик. Я невольно выпрямилась, пытаясь загородить вход. При этом понимала, что войдя в квартиру Глеб пройдёт и дальше. Как он здесь оказался? Неужели Ольга постаралась? Не зря она делала в последнее время странные намёки. Ладно, с ней я ещё разберусь, как и с этим мужчиной. Придётся вытерпеть эти несколько неприятных минут и скоро всё будет кончено. Хорошо, что мамы нет дома, ни к чему ей такие потрясения в виде внезапно нарисовавшегося папаши. Посмотрим, зачем он пришёл.
- Я пройду... - даже не спросил, а предупредил Глеб, разулся, кинул сумку у стены и решительно направился в комнату.
Я закрыла входную дверь и пошла за ним, смирившись с неизбежным.
Взгляд мужчины оказался устремлен только на ребёнка и был таким пристальным, что я опять непроизвольно вздрогнула. Глеб вообще внушал мне робость и был намного старше, чем я ожидала. Безусловно привлекательный мужчина, неудивительно, что выбор Вики пал на него.
- Такая маленькая! - пробормотал он, внимательно изучая Верочку, которая кряхтела и сучила ножками.
- Мы уже набрали необходимый вес, - заступилась я за малышку, хотя и понимала, что он просто констатировал факт, и никого не хотел задеть. По сравнению с ним любой малыш выглядел словно кукольный пупс.
За свою короткую жизнь Верочка видела не так уж много людей, а посторонние вообще никогда не появлялись в её крохотном мирке, поэтому она уставилась на своего биологического отца такими же как у него голубыми глазами. Сейчас когда они были так близко нужно быть слепой, чтобы не заметить генетического сходства. Со зрением у меня всегда был полный порядок, а вот с нервами - не очень. Я заметно вздрогнула когда Глеб произнёс:
- Красавица... Нет сомнений - моя девочка…
Неожиданно Верочка беззубо улыбнулась словно солнышко показалось в дождливый день. Глеб улыбнулся тоже и улыбка, озарившая его серьезное лицо показалась такой искренней и нежной, что у меня перехватило дыхание и слёзы выступили на глазах. Это оказалось невыносимо трогательно - быть свидетелем встречи отца и дочери. В защитном инстинкте я выхватила малышку из кроватки и прижала к себе.
Я посмотрела на Глеба: в его глазах засверкали молнии, а губы плотно сжались в недовольстве. Видимо привык, что всё идёт по его планам, а тут я - помеха. Верочка что-то прогулила и схватила мой палец, с неожиданной силой потянув его в рот.
- Нам пора кушать, - смутившись своего порыва сказала я и пошла на кухню. Не хотелось оправдываться за поведение, ведь я считаю себя её матерью. Пусть не биологической, но зато в любом другом плане, который Глебу придётся принимать во внимание.
Одной рукой я пыталась насыпать смесь в бутылочку, чтобы развести водой. С каждым днём у меня получалось всё лучше и лучше и, честно говоря, мне захотелось блеснуть своими умениями именно сейчас, чтобы показать, что я не пустое место. Впрочем у Верочки были свои планы: она громко заплакала и взбрыкнула, едва не выбив у меня из руки бутылочку, из-за чего смесь просыпалась мимо на стол.
- Ну что ты, что ты моя маленькая! Тише! Сейчас я тебя покормлю…
- Давай её сюда, я подержу, - приказал мне Глеб и протянул руки, на которых поблескивали капли воды. Надо же, успел и руки помыть, и куртку снять. - Не волнуйся, у меня есть опыт.
Нехотя я передала ему дочь и с удивлением обнаружила, как ловко он её подхватил и как уютно она устроилась у него в могучих руках словно в колыбели. Тут же успокоилась, словно почувствовала его силу и авторитет. Даже думать не хочется, откуда у него подобный опыт, хотя если вспомнить о его семье... Вика, Вика…
Я вздохнула и отвернулась, чтобы заняться приготовлением смеси. Судя по всему малышка в надёжных руках и от осознания этого с одной стороны радостно, а с другой... Внутренности скручиваются в фарш, когда представляю, что за этим может последовать. Надежда на то, что дети ему не нужны на глазах превращается в пыль. Уже сейчас понятно, что договориться нам будет не просто. Оля, Оля... Ну кто ж тебя просил?!
Я взболтала бутылочку и взяла у Глеба девочку, которую он неохотно мне отдал. Вернулась в комнату и села в кресло, удобно устраиваясь. Верочка с громким чмоком присосалась к соске, разбавляя неуютную тишину.
Шорох у двери заставил меня беспокойно поднять глаза и встретиться с умными голубыми глазами. Я заметила каким оценивающе взглядом Глеб окинул меня от макушки до ног. Это сканирование необъяснимо заставило почувствовать своё собственное тело. Причём так как я никогда раньше не чувствовала его. Вероятно он сравнивал меня с сестрой, а понимая как близко они были знакомы я не могла не думать, что Глеб знает моё тело тоже. Вся кожа тут же порозовела от смущения.
- Извините, вам лучше уйти. - я посадила ребёнка повыше, закрываясь, и прижалась к мягкой нежной щёчке. Не отдам! - Хочу сразу прояснить, что мы не имеем к вам никаких претензий.
- Кто это мы?
Светлые полосы густых прямых бровей, выделявшихся на загорелом лице, сошлись вместе, а взгляд метнулся на мой палец где не было обручального кольца.
- Малышки и я, конечно.
- Угу... Однако девочки недостаточно взрослые, чтобы принимать подобные решения. - сухо добавил мужчина. - Уверен, что в отсутствии матери им необходимо присутствие отца и претензии впору предъявить мне.
Я едва не задохнулась от злости. Я была права когда решила быть с ним поосторожнее. И тут же получила ещё одно подтверждение своей правоты. Вежливо с неумолимый жёсткостью мужчина заявил:
- Претензии вещь обоюдоострая. "Вы" можете отказаться от своих - это ваше полное право. Но я не имею ни малейшего желания отказываться от моих. Это моё право и мой отцовский долг.
Я отчётливо услышала в его словах угрозу, которая болью и безысходностью отдалась во всём теле и от страха у меня даже онемели пальцы. Как я могла увидеть в его глазах какое-то чувство? Они были холодными как айсберг и бездонными словно Ледовитый океан.
Тепло извевающейся в моих руках наевшейся Верочки придало храбрости. Нас, Зайцевых, так просто не запугать! Я гордо вздёрнула подбородок и бросила в лицо Глебу:
- Неужели вы решили предъявить какие-то права на девочек? Они не были вам нужны раньше.
- Я только вчера узнал об их существовании и тебе это прекрасно известно. Не получится выставить меня подонком, увы и ах…
Мои щёки запылали ещё жарче. Мне надо раз и навсегда дать ясно понять, что никакие претензии этого отца удовлетворены не будут. И тем более не сейчас на самой щекотливый стадии процедуры усыновления, которая даст мне все права на девочек. Но в этом я, конечно, признаться не могу и поэтому продолжила атаку: