Альянс (СИ)

Северный Эретин бросил на защиту территорий центральную армию, усиленную флотилией боевых дирижаблей. Вольфганга определили в отдельный полк, собранный из остатков пограничников. Они маршировали на север, не встречая сопротивления, пока не уперлись в границу вечного леса. За седмицу кровопролитных боев им так и не удалось пробиться дальше опушки — из-за каждого проклятого дерева появлялась тень с горящими алыми глазами. Эретинцы убивали сотни тварей, но на их место приходили тысячи. Мерзкий холод, страх и кровь стали привычными спутниками брошенных на убой солдат.
Вольфганг Урц устало прислонился спиной к частоколу. Черным волкам ничего не стоило появиться за спиной незадачливого егеря и в мгновение ока оторвать ему ногу. Обычно тварь успевала расправиться с несколькими людьми, прежде чем ее прошивал паровой арбалет или гарпун. Наконец, командование признало ошибку. Армия отступила от проклятого леса, отгородившись частоколом и земляными насыпями со стрелковыми позициями. В кои-то веки эретинцам повезло — черные волки не использовали телепортацию за границами деревьев. Чудовища атаковали волнами, большей частью погибая под градом арбалетных болтов.
— И чего мы тут стоим… К городам отходить надо, обжитые земли защищать. — Паренек из четвертого полка завел привычную волынку. — А так поляжем боги знают за что. Тут ведь дикари сплошные, пустоши мерзлые, за что вообще воевать?
— Варежку захлопни! — мгновенно завелся белобрысый громила. Он вернулся с охоты в опустошенную деревню, молча собрал нехитрый скарб и ушел записываться в армию— А не то я сам тебя закопаю!
Вольфганг предпочитал не влезать в споры. Все равно ничего никому не докажешь, а получать по лицу за просто так не хотелось. Он подул на варежки, растворяя снежинки теплым дыханием. Собачий холод надежно обосновался под шинелью, не отступая даже у костра. По уверениям местных, в Крефельде отродясь не было подобных морозов.
Иногда Вольфгангу казалось, что черные волки несут за собой волю Тамь, богини зимы и смерти. Иначе как еще объяснить их способности? Уж точно нельзя верить государственной пропаганде — они любую нелепость скормят под видом правды. Нашествие из иного мира, сотворенное темными магами? Три раза ха! Любой ребенок знает, что инквизиторы истребили малефикаров сотни лет назад, когда религиозные ордена еще имели силу.
Не успели размышления бывшего пограничника перейти на мечты о горячей каше с большими кусочками тушеной конины, как зазвонил тревожный колокол. Горнисты отказывались дуть в сигнальные рога на таком холоде, пришлось срочно подбирать замену.
Вольфганг быстро занял свое место в первой шеренге, приклад парового арбалета привычно уперся в плечо. Постоянные налеты превратились в привычную рутину. Отупев от холода, плохой кормежки и постоянного страха, он устал бояться.
— Готовьсь! — Сержант хлестал себя стеком по ноге. Удары не чувствовались через толстую штанину, зато громкий звук привлекал внимание. — Цельсь!
Вольфганг дернул рукоять, арбалет засвистел, стремительно нагреваясь. Мушка отвалилась во время бегства, приходилось довольствоваться ржавым гвоздем.
Черная стая не скрывалась. Волки безмолвно выныривали из окружающего тумана. Они останавливались у незримой границы, до которой не доставали паровые арбалеты. Один, десять, сто… Монстры медленно заполняли свободное пространство.
— Их слишком много! Мы все умрем! И зачем я вообще записался в армию!
К удовлетворению Вольфганга, следующий удар стека пришелся по оголенной щеке нытика. Остальной взвод поддержал сержанта одобрительным гулом. Почти все солдаты научились преодолевать страх. В конце концов они защищали свою землю и им служили технологии.
Военные дирижабли медленно и неотвратимо приближались к черной стае. Засвистели установленные на стрелковых площадках стационарные арбалеты, осыпая волков градом раскаленных снарядов, в распахнувшиеся люки сбрасывали алхимические бомбы. С началом взрывов волки двинулись к укреплениям и пехотинцы слитно дернули за спусковые крючки.
 
Первые ряды монстров будто натолкнулись на невидимую стену. Вольфганг вместе с сотнями других стрелков безжалостно выкашивал врагов. По два выстрела на тварь и затем переключиться на новую. Замена барабана доведена до автоматизма, снарядов в поясной сумке хватит на уничтожение целой роты, совместная работа армии и Гильдии Прогресса не даст чудовищам добраться до укреплений…
Никто не заметил, как из-за тумана вынырнула еще одна стая. Больше всего новые монстры напоминали львов со скорпионьими хвостами и крыльями летучих мышей. В отличие от волков, они могли похвастаться разнообразием расцветок — от банальных черных до мягких персиковых и ослепительно белых. Мощные крылья стремительно несли их к цепочке дирижаблей.
— Горгульи! — Первым угрозу заметил Янг, зеленый юнга, принятый в экипаж неделю назад. Из-за рвущихся из сопел облаков пара он не мог как следует рассмотреть приближающихся монстров, приняв их за чудовищ из сказок, которые ему рассказывала бабушка.
Несколько стрелков успели развернуть орудия на летающих чудовищ. Стержни насквозь прошивали крылья и вязли в глубоко в телах. Несколько хороших попаданий сбивали «горгулью», но их было слишком много. Монстры камнем падали на стрелковые палубы и расшвыривали людей, словно пушинки. Чудом уцелевшие члены экипажа скрылись в гондолах, сдерживая чудовищ в узких коридорах при помощи ручных арбалетов и гарпунов. Стационарные орудия замолчали и волчья стая двинулась вперед с удвоенным рвением. Одних только пехотинцев не хватало, чтобы сдерживать черную лавину.
Вольфганг опустил голову, перезаряжая арбалет, и не увидел, как передняя линия чудовищ телепортировалась. Материализовавшись, они запрыгивали на спины солдат с пиками, с упоением вгрызаясь в незащищенные шеи. Вторая линия атаковала оставшихся без поддержки стрелков. Паровой свист смешался с криками раненых и умирающих, а над всей симфонией смерти вознесся вой вожака.
Вольфганг резко развернулся, наведя ржавый гвоздь на остановившихся тварей. Он успел отстрелить семерых, прежде чем барабан опустел. Новый волк появился всего в нескольких шагах, времени на перезарядку не оставалось.
«Вот и все»
Не веря в успех, Вольфанг швырнул арбалет в монстра и потянулся за палашом. Волк презрительно фыркнул на брошенное в него оружие и сжался. Прыжок вышел красивым и грозным, но направление не задалось — перелетев через бывшего пограничника, он налетел на нытика, вцепившись в выставленную руку. Не веря в свалившееся на голову счастье, Вольфганг подскочил к чудовищу и несколькими ударами разрубил тому хребет.
— Вставай! — Не слушая крики, он потянул нытика на себя. — Бежим отсюда!
— Это бессмысленно! Я умру, ты умрешь, мы все умрем! — Раненый солдат прижимал к себе окровавленную руку.
Решение пришло мгновенно. Вольфганг двинул нытику рукояткой меча по виску и забросил бессознательное тело на спину. Пока что волки не трогали его, но кто знает, когда закончится его удача. Фортуна дама капризная… А так, если он принесет раненого товарища в лазарет, никто не обвинит его в дезертирстве.
Обе стороны несли немыслимые потери в смертельном сражении, но не собирались сдаваться. «Горгульи» полностью перебили экипажи в нескольких дирижаблях, но остальные сумели удержать гондолы. В ответ монстры переместились на баллоны. Прочная ткань плохо поддавалась попыткам рвать и кусать ее.
Пусть множественные мелкие проколы не приводили к катастрофе, дирижабли медленно и печально опускались к земле. Экипажу приходилось возвращаться на площадки и сбивать горгулий с чужих судов. Не все находили в себе достаточно смелости на спасение товарищей. Например «Тортера», очистив три чужих дирижабля, рухнула прямо в черное море волчьих спин. Стае хватило нескольких минут, чтобы полностью перебить экипаж. Некоторые «горгульи» возвращались на стрелковые палубы, но лишенные преимущества неожиданности, они становились легкой мишенью. Расправившись с главной угрозой, уцелевшие дирижабли вернулись к отстрелу волков.