Злоключения начались в пятницу, или Сон в руку (СИ)

До верхней плиты добралась, просто спрыгнув. Взяла и соскочила на нее с крыши. Приземлилась на корточки. Сразу распрямляться не стала, посидела так, отдышалась и присмотрелась.
-- Вот, дура сумасшедшая! – шипел на меня сверху Борода. – А веревка тебе ни к чему? Все фокусничаешь, циркачка!
-- Заглохни, придурок, – огрызнулась на него, и вроде легче стало.
Начала натягивать на себя веревку, готовясь на ней повиснуть, и затем спуститься на предполагаемый балкон. Что собиралась делать дальше, не знала. Так далеко решила не заглядывать. Мне и этого спуска за глаза хватало. Это возможно для Маньки он был легче легкого, но только не для меня. Я даже припомнить не могла, когда последний раз лазила по канату. Наверное, еще в школе это было, никак не позже. А тут все надо было проделать без подготовки, с израненными руками и с ушибленными ребрами и на высоте, сорвавшись с которой шансов выжить не было совершенно.
-- Мама моя дорогая! – пискнула, как пойманная мышь и повисла над бездной.
Уже в следующую секунду поняла, что долго в таком положении не продержусь. Или мои ладони непроизвольно выпустят веревку, или веревка разрежет их до кости.
-- Сейчас. Секундочку только, – сцепила я зубы.
 Заставить себя сместиться вниз мне помог страх. Ведь, понимала, что терпеть боль в ладонях надолго сил не хватит. И вот я оказалась висящей над тротуаром и снующими по нему людьми где-то на высоте девятого этажа. Как раз оказалась напротив нужного балкона. Только до него надо было еще добраться. От моих ног до его парапета было сантиметров тридцать. Кто-то мог бы сказать, что это всего ничего. Для меня это показалось ужасным.
-- Что эти придурки  мне там говорили? Раскачаться? – простонала я, не разжимая стиснутых зубов. – Надо пробовать. Мама моя дорогая!
Чуть шевельнулась и услышала странный звук сверху. Пришлось вывернуть шею, чтобы посмотреть, откуда он мог взяться. Когда глаза обнаружили источник, меня бросило сначала в жар, а потом в холод. Дело было дрянь. Веревка была повреждена. И я вспомнила, что сама и пилила ее недавно в этом месте ножичком, надеясь освободиться от пут в той самой квартире, где Лихой добыл ключ и шифр от сейфа. Теперь же поврежденное место пришлось, как раз, на ребро бетонного выступа, и это грозило тем, что очень скоро могло перетереться совсем. А мне еще и раскачиваться надо было, если все же хотела попасть на балкон, что непременно усиливало бы трение.
-- А, а, а! – начала тонко подвывать своим движениям, раскачивающим меня из стороны в сторону.
С испугу приблизиться к парапету никак не удавалось. Меня вело в разные стороны и даже иногда крутило, но все было не то, что нужно. А вот страшные звуки сверху все усиливались. Мое положение виделось мне отчаянным. И подозреваю, именно безысходность придала сил и сноровки заставить себя качаться правильно. И вот мои ноги зацепили край балкона. Радости не было конца. Но страх промахнуться и сорваться не давал разжать руки. Именно поэтому я продолжала раскачиваться и держаться за веревку, пока она окончательно не перетерлась.
На мое счастье это случилось, когда мои ноги в очередной раз оказались над балконом. Я так и рухнула на пол, держа в руках кусок троса. При падении здорово приложилась к парапету боком, ободрав с него кожу, но это было сущим пустяком по сравнению с тем, что со мной было бы, окажись сейчас за бортом. Об этом думать и не хотелось, и было некогда. Потому что в следующий момент я подняла голову и увидела сначала ноги, а потом и всего целиком спускающегося ко мне Лихого.
Мне думалось, что никакая сила не смогла бы поднять меня с пола, так и осталась бы лежать. Ан, нет! Как только заметила своего врага, так и вскочила. А потом завертелась на месте, закрутила головой и стала лихорадочно соображать, что делать, чтобы не попасть ему в руки. И тут мой взгляд зацепился за соседний балкон. Оказалось, что на этом этаже лоджии шли сплошной линией, отделенные друг от друга перегородками толщиной в пятнадцать сантиметров. При некотором старании и ловкости можно было перебраться с одной на другую. Только и надо было, что самую малость повисеть на высоте, всего-то один шаг.
 
Долго я не думала. Ухватилась за шершавый бетон и вскочила на узкий парапет. Один миг, и была уже по другую сторону перегородки на соседнем балконе. Конкретного плана в голове не было. Просто меня гнал вперед страх. Хотелось максимально увеличить расстояние от ненавистного врага. И я продолжила бег по балконам. Где-то на третьем заметила, как Лихой соскочил со своего троса и начал меня преследовать. Это добавило мне сил, и смогла значительно ускориться. У него же вышла какая-то заминка уже у первой перегородки, как смогла заметить боковым зрением. А мой дух при этом окреп еще больше.
Но на пятом балконе у меня включились мозги, и смогла понять, что скоро мне некуда будет бежать. Оказалась бы в тупике, если немедленно что-нибудь не придумала бы. И тут удача снова мне улыбнулась. Оказалось, что стояла рядом с открытой балконной дверью. Решила положиться на судьбу и дальше и шагнула в комнату. Дверь захлопнула за собой немедленно и только после этого осмотрелась по сторонам. И то недолго. Почти сразу продолжила действовать. В помещении горел свет. Это было очень плохо. С балкона все хорошо просматривалось, а значит, Лихой мог меня моментально здесь заметить. Первое, что пришло в голову, опустить жалюзи. На этом не остановилась, заметалась по помещению в поисках выключателя. Помня, что обычно он расположен рядом с входной дверью, кинулась в том направлении. Нашла и нажала клавишу. Темнота привела меня в победный восторг.
-- Что это вы себе позволяете? – испортил все незнакомый мужской голос.
Раздался он совсем рядом, всего в нескольких шагах. Прозвучал тревожным набатом в моей душе. А в голове, как выстрел, прогремела мысль, что если нас и не видно, теперь вполне могло быть слышно, приди охота этому голосу и дальше звучать.
-- Тихо. Пожалуйста, тихо, – взмолилась я шепотом.
Но соображала только то, что мне грозила смертельная опасность. Поэтому мои действия и не поддавались обычным объяснениям. И как было понять, что я, не колеблясь, устремилась на звук, и в темноте, найдя его источник, зажала незнакомцу рот. Тот не стал с этим мириться и начал отрывать мои руки от своего лица. Завязалась борьба, но длилась она недолго. В результате я оказалась сидящей у кого-то на коленях, стиснутая крепкими руками так, что не могла пошевелиться.
-- Ты что, сумасшедшая?!
-- Нет, – сдавленно зашептала в ответ. – Умоляю, помолчим минуту. Потом все объясню.
Только тот, на ком я в тот момент полусидела, полулежала, не собирался бездействовать, хоть и замолчал. Теперь он решил подняться, для чего и стал меня спихивать на пол. И все это, как я догадывалась, чтобы встать и зажечь свет. Допускать это было никак нельзя. Оттого и принялась ему препятствовать. Новая возня в темноте позволила протянуть еще пару минут. И то, потому, что я изо всех сил цеплялась за спинку и подлокотники кресла, в котором мы барахтались.
-- Кошка дикая! – успел он меня обозвать и при этом сам шипел не меньше моего.
Я же изловчилась и вновь запечатала его губы своей ладонью, хоть сделать это было и нелегко. И все потому, что он уже вскочил с кресла и крепко встал на ноги, оказавшись значительно выше меня.
-- Тихо! Вот, он!
Как раз в этот момент на балконе появилась тень. Я знала, что это был Лихой. А тот, на ком висла и хватала за лицо и руки, ничего знать и понимать не мог. Но он замер и превратился, как и я, в зрение и слух.
-- Кто это был? – вернул меня к действительности мужской голос.
К тому моменту тень покинула этот балкон, перебравшись на следующий. Я же стояла, ни жива, ни мертва, опустив плечи и руки, но все еще прислушиваясь и присматриваясь.
-- Мой враг.
-- Уже можно зажечь лампы?
-- Подождем еще немного, пожалуйста. Он может сейчас появиться снова.
-- Почему?
-- Что, почему? – я уселась прямо на пол, а он снова опустился в кресло.