Провинциалка для сноба. Меж двух огней (СИ)
– Прости, – вырвалось само у Люды. Сейчас ее мучали угрызения совести, что дала Светлане телефон и адрес гостиницы Влада. Не нужно было во все это вмешиваться. Не рад он девушке из своего прошлого – это она читала в его глазах.
– За что? – усмехнулся Влад, и Люда не сомневалась, что он уже и сам обо всем догадался.
– Это ведь Светлана звонила?
– Она, – кивнул Влад, и отчего-то порадовало, то что он не юлит, не скрывает. – Хочет встретиться.
– А ты? – рискнула спросить Люда, хоть и дала себе слово не проявлять любопытства.
– Не знаю, – виновато посмотрел он на нее. – Наверное, я боюсь, потому что виноват…
А ведь он даже не догадывается, что ребенок у Светланы от него! – осенило Люду. О такой вероятности Влад просто не думает в силу своего характера и отношения к жизни. И так ей вдруг стало жалко его!
– Я не понимаю, зачем ей это? К чему ворошить прошлое?
И слышать настолько серьезные речи от него было непривычно. Даже предыдущий разговор, довольно деликатный по содержанию, Влад вел в шутливой привычной ему манере. А тут он едва не плакал, и Люда понимала, что душа его сейчас не на месте.
– А если рассуждать философски? – весело подмигнула ему Люда, как это всегда делал он.
– Это как? – не удержался Влад от ответной улыбки.
– Ну с точки зрения того, что что ни делается, все к лучшему?
– Это не философия, а демагогия, – рассмеялся он, но напряжение с него заметно спало, и Люду это радовало. – Не хочу я! – тряхнул он вдруг головой, вмиг снова став серьезным. – Не хочу ворошить прошлого.
Тут Люда не могла с ним не согласиться. Она тоже считала, что Светлана готова совершить самую большую глупость, которая может повлечь за собой роковые последствия. Но свои мозги в чужую голову не вложишь, да и кто знает, зачем именно она хочет встретиться с Владом. Ну и ее это точно не касается, как ни крути.
– Влад, нам, наверное, пора?..
– Да, поехали, – кивнул он. – Тем более что через час у меня встреча, – посмотрел он на часы.
Простились они как-то впопыхах, когда он подвез Люду до дома. Заметно было, что нервничает он все сильнее. Тему они щепетильную больше не поднимали, и мысленно Люда могла только им обоим пожелать удачи.
Весь вечер она ждала звонка от Алексея. Да чего уж там! Она ждала его весь день. И он позвонил, когда Люда уже собиралась ложиться спать.
– Привет!
Привет! Он произнес одно единственное слово, а она едва не потеряла сознание от наплыва настолько сильных чувств, что аж вынуждена была присесть на диван. И сердце готово было выскочить из груди. Она ведь ждала его звонка, даже в ванную ходила с телефоном, чтоб не дай бог не пропустить. Конечно, у нее был его номер тоже. Но разве ж она рискнула бы сама побеспокоить его в такой момент.
– Алеша… – пробормотала Люда и только потом сообразила, что произнесла его имя, которое твердила про себя весь день, вслух.
– Маленькая моя, я так соскучился! – прошелестел его голос обволакивающим теплом, согревающим внутренности, а потом и заставляющим их плавиться, словно вот он – оказался вдруг рядом, обнял ее, приник к губам в самом прекрасном поцелуе…
На глаза Люды навернулись сентиментальные слезы. И руки задрожали, как при сердечной недостаточности. Хотя, так наверное и было – сердце билось слишком неровно и быстро. Этот мужчина умел как никто сдувать с нее душевное равновесие.
– Я тоже соскучилась, – «И я люблю тебя! Люблю больше жизни! Люблю так, что не хватает воздуха!» – хотелось крикнуть ей в трубку. Но нужны ли ему сейчас ее признания? И готова ли она сама их озвучить? Сейчас для него точно важнее другое. А она… она просто рада до безумия, что он позвонил. – Как папа?
– Плохо, – грустно отозвался Алексей. – Все еще в реанимации. Врачи говорят, что вроде должен выкарабкаться, но не дают гарантии, что за первым не последует второй инфаркт. Сердце у него, оказывается, износилось.
Видно, сейчас отец Алексея далеко не такой крепкий, каким запомнил его Влад. Грустно и за любимого обидно. Ведь он переживает сейчас все гораздо сильнее и острее. Но и ей передается его боль.
– Как мама? – задала Люда очередной вопрос вежливости, но ее это и на самом деле волновало. Скорее всего, с мамой Алексея она не познакомиться никогда, но никто не помешает ей любить и уважать женщину, что дала ему жизнь.
– Плачем все время и не отпускает меня ни на шаг. Даже в туалет приходится отпрашиваться, – сейчас в голосе его слышалась улыбка, но и она была грустной. – Ты как, малышка?
«Без тебя плохо. Очень хочу оказаться сейчас рядом, поддержать тебя».
– Нормально. Собираюсь спать. Завтра на работу…
Банальности! Боже, какие же это банальности, не несущие в себе никакой смысловой нагрузки! Что мешает ей быть с ним откровенной? Почему язык не поворачивается говорить ему то, что наверняка он хочет от нее услышать и ждет?
– Хочу сейчас быть рядом. Ты уже в постели?
Лицо обожгло жаром, стоило только услышать его последний вопрос и вспомнить, как все было вчера. Как он ласкал ее – трепетно, нежно и умопомрачительно приятно. Какой он, наверное, умелый любовник, хоть и сравнивать ей не с кем. Об этом говорили факты, что в свой первый раз ей было хорошо и почти не больно. И сейчас она возбуждалась от одних воспоминаний.
– Нет еще, только собираюсь…
– А что на тебе надето?
Люда оглядела себя, словно забыла, в чем она сейчас.
– Ночная сорочка и халат, – улыбнулась в трубку. Эта игра начинала ей нравиться. Тоска немного притупилась. И Люда поняла, что Алексей специально завел этот разговор, чтобы хоть чуточку развеселить ее. А ведь это она должна веселить его. Ему сейчас гораздо хуже.
– А что под сорочкой?
Кажется, лицу теперь не просто жарко, а оно пылает.
– Ничего, – практически прошептала она. Голос резко сел. Игра из невинной превращалась в самую настоящую сексуальную.
– А можно я сниму ее?
– Сначала тебе придется снять с меня халат, – улыбнулась Люда, чувствуя, как от его сексуального голоса и того, что он говорит, возбуждается все сильнее.
Сыграл еще и фактор неожиданности. Не думала она, что этот всегда такой серьезный мужчина способен на такое безумство. А он уже продолжал:
– Иди ко мне, малышка. Сниму его с удовольствием. А потом проберусь руками под твою сорочку и коснусь горячей кожи…
Люда слушала его тихий голос, рассказывающий ей, как медленно он ее раздевает, где и как ласкает. Пылало уже не только лицо, но и шея, и грудь. А в животе пульсировало невозможно сладко и тянуще. Впервые она испытывала такое. И первый раз реагировала так остро. Это не были прямые ласки, а лишь воображение, которое подбрасывало настолько четкие картинки, что казалось будто она действительно чувствует на себе руки и губы любимого. А потом они сливаются в одно целое и…
Боже! Она испытала это наслаждение, и оно единственное перестало быть воображаемым. Дыхание еще какое-то время судорожно срывалось с губ, и все это время Алексей молчал. Люда была уверена, что он сейчас прислушивается именно к ее дыханию, и ему нравится то, что он слышит, чувствует.
– Моя маленькая страстная девочка, – проговорил он, и его голос тоже прозвучал хрипло. – Когда я приеду, мы снова проделаем это, но уже вместе и по-настоящему. И… – ей на короткий миг показалось, что он сейчас признается в любви. Но нет, он лишь пожелал спокойной ночи и приятных снов, поцеловал ее на прощание и обещал позвонить завтра.
Глава 12
Началась новая рабочая неделя. Влад позвонил в понедельник утром и сообщил, что до выходных уезжает в столицу. Люда с ним мило поболтала, насколько позволяло время, потому что уже вовсю работала. Он обещался приехать в пятницу вечером и поймал ее на слове, что подарит ему дружеское свидание в субботу или воскресенье. После его звонка настроение у Люды, как ни странно, подскочило. До этого держалось где-то между отметками «уныние» и «полнейшее уныние». А все потому, что не звонил Алексей. И умом она понимала, что, скорее всего, тот очень занят, что не до нее ему сейчас, и все равно, не могла не расстраиваться, все время ожидая от него звонка.