Последний Охотник на Магов. Том 4 (СИ)

Вечером в субботу я соберу своих друзей и поведаю им всё, что долгое время от них скрывал. Сразу после этого в полночь состоится совет Тайного клана.
А через неделю — свадьба Николая Бродского и Екатерины Суворовой.
Нельзя допустить, чтобы мои друзья пострадали. Ни они сами, ни их родственники.
За двадцать минут до отхода ко сну, в окно моей комнаты постучал Гаспар.
Я открыл форточку и впустил голубя-фамильяра.
— От стука твоего клюва веет ностальгией, Гаспар, — усмехнулся я. — Будто ещё вчера ты постучался в моё окно с письмом от Мастера Тайн. А теперь я знаю, кем всё это время был твой хозяин на самом деле.
Гаспар в ужасе раскрыл клюв и замотал головой, показывая мне, что не может говорить на эту тему.
— Не беспокойся, — сказал ему я. — Скоро я освобожу тебя от всех клятв. Рассказывай, зачем прилетел?
— Владимир, знаю, что ты будешь злиться, но… — замялся Гаспар. — Денег не хватает.
— Да ты что? — усмехнулся я. — А когда тебе их хватало?
— Я серьёзно! — топнул лапкой голубь. — Наши с Теодорой дети… Растут слишком быстро. Им нужно больше еды. Приём срочно.
— Насколько быстро? — спросил я. — Ты объясни конкретнее, и я дам тебе столько денег, сколько потребуется.
Что-то постучало в окно ещё раз. Только от этого стука стекло чуть не выдавило из оконной рамы. За окном сидела огромная птица — размером со взрослую упитанную свинью. Выглядело существо величественно. Вытянутый острый клюв был больше моего кулака. Единственное, что портило картину — это его мордаха. Глазки были уж больно детские.
— Я же сказал, Владимир, — чётко проговаривая каждое слово, продолжил Гаспар. — Они. Растут. Очень. Быстро!
— Вампировы дёсны… — выругался я. — Гаспар, это твой детина?
— А чей же⁈ — крикнул голубь. — Первенец! Быстрее всех растёт.
— Да он же раз в двадцать больше тебя! Это зелья силы так на него повлияли?
— Скорее всего. Но ты не переживай, Владимир, он — дружелюбный, — решил успокоить меня Гаспар. — Только голодный очень.
— Папа, — послышался писклявый голос из-за окна. — Жрать!
— Вижу, что голодный. Ты зачем его сюда притащил? — спросил я.
— А ты думаешь, он спрашивал у меня разрешения — лететь ему или нет⁈ — сокрушался Гаспар.
— Ладно, ладно, не беспокойся, — сказал я. — Я сейчас вынесу мясо из запасов деда Акима. На первое время хватит, а потом закупим вам ещё еды. Он же есть мясо?
— Ещё как ест, — кивнул Гаспар. — В лесу же живности не осталось.
— А говоришь — дружелюбный! — усмехнулся я.
— Людей-то он не ест, — ответил Гаспар.
— Думаю, это оттого, что люди в лесу не живут, — отшутился я.
Через несколько минут я вынес из Тайного Убежища целую коробку с мясом, распахнул окно и пододвинул все запасы деда Акима птенцу переростку.
Первый отпрыск фамильяров сразу же принялся жадно поедать мясцо.
— Лёха, братьям с сёстрами немного оставь! — воскликнул Гаспар.
— Лёха? — оторопел я. — Ты голубеястреба Лёхой назвал? Более подходящего имени придумать не смог?
Видимо, с зельем для предотвращения мутации не получилось… Но хотя бы радует, что эти птенцы собрали лучшее от генов обоих родителей.
— Это в честь Ковтунова! Смотри, какой здоровый! — с гордостью произнёс Гаспар. — Ну вылитый же Ковтунов.
— Я бы не стал с тобой спорить, если бы Теодора родила лягушку, — усмехнулся я.
— Что? — не понял Гаспар.
— Не важно. Слушай, Гаспар, между прочим, через неделю мне понадобится твоя помощь. На свадьбе Николая Бродского намечается серьёзная заваруха, — произнёс я. — Ты мне там очень пригодишься.
— Для чего? Хотите меня из клетки выпустить, как обычных свадебных голубей? — съязвил Гаспар.
— Нет, но… Кстати, идея хорошая, — прикинул одну из потенциальных стратегий я. — Но суть не в этом. Там будет твой создатель, Гаспар. Борис Золотарёв.
Перья голубя-фамильяра встали дыбом. Гаспар отскочил от меня к окну и издал какое-то подобие рыка.
— Нет! — воскликнул он. — Ни за что. Только не он. Я не могу, Владимир…
— Кроме тебя больше никто не знает, что это за человек и на что он способен. А ему, между прочим, поручено совершить убийство. Гаспар, я бы хотел заручиться твоей поддержкой без использования клятвы верности. Помоги мне добровольно.
 
— Ты не представляешь, что это за существо, Владимир… — прошептал Гаспар. — Он даже не человек. Он…
— Оборотень. Первородный. Я знаю, — кивнул я.
— Нет, Владимир, — замотал маленькой головой Гаспар. — Хуже. Он — настоящий монстр. Один из самых преданных людей Маст… моего бывшего хозяина.
— Именно поэтому я и прошу тебя о помощи, Гаспар. Если ты хочешь создать мирные условия для дальнейшего роста своих птенцов, тебе придётся принять участие в этой войне, — заключил я.
Гаспар взглянул на своего первенца, затем театрально вздохнул и прикрыл глаза крылом.
— Хорошо, — наконец, произнёс он. — Что от меня потребуется?
— В субботу вечером будь в городе. У нас будет общий сбор клана. Там обсудим план действий, — сказал я. — Как только я направлю тебе магический зов — лети к нам. И убедись, что тебя никто не преследует.
— Договорились, Владимир, — понуро ответил Гаспар, выбираясь наружу через окно.
— Папа, ещё жрать! — заявил птенец Лёха, скинув пустую коробку из-под мяса вниз.
— Ещё⁈ — воскликнул Гаспар. — О боже мой… Ладно. Полетели за город. Найдём тебе какую-нибудь… не знаю, корову, например!
Фамильяры скрылись из виду, а я отправился спать.
На следующий день я договорился со своим вассалом Григорием Антарктьевым о сборе клана субботним вечером. Всё-таки приходить толпой в особняк Мясниковых опасно. Там находится Серебряное Зеркало, и к поместью магов крови в таком случае привлекать лишнее внимание точно не стоит. Лишусь источника отражения — лишусь единственного шанса на победу.
Настала суббота — день, на который у меня намечено сразу две сходки кланов. В восемь вечера я и все мои соратники собрались в главном зале особняка Антарктьевых.
— Если что-то будет нужно, Владимир Алексеевич, зовите, — произнёс Григорий, запирая двери. — Я буду снаружи особняка.
— Благодарю, — кивнул я. — Если заметите любых подозрительных личностей неподалёку от поместья или на его территории — сразу сообщите. Тогда наш совет придётся экстренно прервать.
— Владимир, что случилось? — спросила Анастасия Антарктьева. — Ты уже очень давно нас так не собирал. И почему совет проходит у меня дома, а не в Тайном Убежище?
Этот вопрос беспокоил многих. Только Николай Бродский и Юлия Колокольцева хотя бы приблизительно понимали, что происходит в Санкт-Петербурге. Ковтунов, Антарктьева и Мясниковы не имели ни малейшего понятия, с чем нам всем предстоит столкнуться.
И тогда я начал свой рассказ. Об отражении, которое, якобы получил от артефактов отца. О Мастере Тайн и его личности. О Тёмном Мире и его главной угрозе.
Друзья молча слушали мой рассказ, потеряв дар речи от раскрывшейся им истины.
— Именно поэтому я собрал вас всех здесь, — добавил я, когда мой рассказ подошёл к концу. — Через неделю на свадьбе Николая планируется убийство.
— Что⁈ — воскликнул Бродский. — А я-то зачем им сдался? Это всё из-за моего похода на бал?
Павел Мясников тихо хохотнул, очевидно, вспомнив Николая, облачённого в женское бальное платье.
— Нет, Николай. Убивать будут не тебя, а твоего будущего тестя — Игоря Суворова, — объяснил я. — Его влияние на Легион не даёт Мастерам Тайн покоя.
— И что же тогда делать? — испугался Бродский. — Проклятье… Вот сволочи! Если отца Екатерины убьют прямо на свадьбе… Боже, да она просто не переживёт этого!
— Для этого мне и нужен студенческий клан, друзья, — заключил я. — На свадьбу придём мы все. Николай, ты взял достаточно приглашений?
— Да, как ты и просил, — кивнул Бродский.
— Отлично. Раздай их всем присутствующим, а остаток отдай мне, — велел я. — Два приглашения мне придётся передать Тайному клану.