Последний Охотник на Магов. Том 4 (СИ)

— Повредил магические каналы⁈ — удивился я. — И никто не стал в этом разбираться? Отца просто уволили и даже не отдали под суд?
— Видимо, Андрей Робертович Пересветов не захотел, чтобы кто-то узнал о причастности его детей к этому эксперименту, — вздохнул Быков. — Скрыл это и подверг всех нас огромной опасности. В том числе и себя самого. Проклятье… Мой старый друг сам себе вырыл могилу. Эти личные дела были хорошо спрятаны. Ректор хорошо постарался, чтобы их никто не нашёл. Возможно, я единственный человек, который знал — как распечатать тайную секцию архива. Андрей Робертович доверял мне и не рассчитывал, что я когда-либо полезу в дела его детей.
— Если Пересветов-старший так беспокоился за них, то почему же тогда они его убили? — не понял я. — Банально ради того, чтобы захватить власть в Магической Академии?
— Я уверен, что он не разделял их идеалов, — ответил Быков. — Андрей Робертович был очень хорошим человеком. Но его слабость была в его же детях. Если бы он догадался о том, что на самом деле творят Александр и Ярослав, он бы вмешался. Но они инсценировали смерть Ярослава Пересветова, как раз для того, чтобы его больше никто и ни в чём не подозревал. Особенно их отец.
— А я ведь чуть не попался, — произнёс я. — Пересветов в поезде испытывал меня на прочность. Пытался понять, нахожусь ли я под их контролем или нет.
— Надеюсь, вы не раскололись, Владимир? — забеспокоился Быков.
— Нет, — замотал головой я. — Вроде нет. Но теперь, зная настоящую личность Мастера Тайн, я смогу действовать более агрессивно. Я буду убеждать Александра или Ярослава, чёрт их разбери, что я — один из них.
— Проблема в том, что вся Магическая Академия теперь у них под колпаком. И неизвестно, как они собираются её использовать, — заключил Быков. — Все студенты и преподавательский состав в большой опасности.
— Через несколько дней у нас состоится очередной совет клана. Там я попытаюсь выяснить, что у них в планах дальше, — сказал я. — Мне удалось выйти на контакт с императором и подстроить стирание его магии.
— Что, что, Владимир? — Быков чуть не выехал на встречную полосу, услышав моё заявление. — Вы говорили с Константином Николаевичем лично?
— Да. Скоро он должен выйти со мной на связь сразу после того, как в новостях промелькнут намёки на его недуге, — объяснил я. — Теперь даже император участвует в нашей игре.
— Это хоть и шокирующие, но всё же хорошие новости, — кивнул Быков. — С поддержкой императора у нас будет куда больше шансов.
— Не будет, — не согласился я. — Если Невский попытается вмешаться в игру в открытую, Пересветовы ускорят развитие своего плана. А нам нужно время, чтобы развернуть полноценное противостояние этим безумцам. Кстати…
Я замолчал, пытаясь осмыслить всю полученную информацию.
— Не понимаю, как так вышло, что двое сыновей главы Светлого Дня резко решили встать на сторону Тёмного Мира, — произнёс я. — Неужели эксперименты моего отца свели их с ума?
— Ответ на этот вопрос мы сможем узнать только от самих братьев Пересветовых, Владимир, — заключил Быков. — Нет смысла гадать. Нужно готовить план противостояния.
— Я приступлю к этому сразу после очередной сходки клана, — ответил я. — Однако… Хм… У меня уже есть мысли на тему того, как победить Пересветовых.
— И как же?
— Самый опасный из них тот, кто способен открывать порталы. Убьём его — и их доступ к Тёмному Миру накроется медным тазом. Иллюзионист в одиночку ничего не сможет нам противопоставить, — заключил я.
— Только убить его будет совсем не просто. Теперь Пересветов всегда на виду. Он — ректор Магической Академии и важный член организации Светлый День, — рассуждал Быков. — Не могу представить ситуацию, когда у вас может получиться убить его и остаться незамеченным. Нет, Владимир. Это должен сделать я.
— Вы? С какой стати вам так рисковать?
— Я уже в розыске за убийство предыдущего ректора. Подумаешь? — пожал плечами Быков. — Повесят на меня ещё одно — мне от этого не тепло и не холодно. Весь город будет болтать о том, что я маньяк, зато главный психопат отправится в мир иной. И проблема будет решена.
 
— Я, наоборот, хочу очистить ваше имя! — запротестовал я. — Скрытное убийство — не вариант. Нужно вывести Пересветовых на чистую воду. Показать всему городу, кто они на самом деле.
Юля Колокольцева сонно замурчала и упала на моё плечо.
Мы с Быковым умолкли.
— Лучше оставить этот разговор на потом, — прошептал он. — Подумайте, Владимир, чего вы действительно хотите. Но поймите одно — без жертв мы эту войну не выиграем. И пусть уж лучше я буду той жертвой, без которой нам не обойтись.
Бывший декан подвёз нас с Юлей к общежитию. Девушка начала постепенно приходить в себя. Она всё ещё дремала, но уже могла встать на ноги и передвигаться, опираясь на моё плечо.
Я помог ей вылезти из машины и добраться до своей комнаты.
— Что случилось? — сонно пробормотала она.
— Ты уснула, Юль, — объяснил я. — Потерпи немного. Сейчас я доведу тебя до кровати. Выспишься хорошенько — а завтра всё обсудим.
— Угу, — кивнула Юля и послушно вошла в свою комнату.
Девушка, не раздеваясь, рухнула на кровать и засопела. Не хило же её Быков шарахнул. Но работа — тонкая. Чтобы испепелить человека молнией, много ума не надо. Другое дело — усыпить лёгким электрическим разрядом.
Весь остаток ночи я провёл в раздумьях.
Предательство. Вот — что я ощущал. Пересветов игрался с моими желаниями, убеждал бороться с Тёмным Миром на стороне своей организации. Хотя сам оказался не лучше паршивого фоба!
На следующее утро я первым делом пошёл к Николаю Бродскому. Мой друг и бизнес-партнёр, судя по отёкшим векам, тоже не сомкнул глаз этой ночью.
— Добрался вчера без происшествий? — спросил я, заперев за собой дверь.
— Если смех Павла Мясникова над моим внешним видом и пережитый мной позор — это не происшествие, то нет, всё прошло очень даже гладко, чёрт возьми! — воскликнул Бродский.
— Уверен, у тебя очень много вопросов, но вряд ли я смогу ответить даже на половину из них, — честно сказал я. — Интриги, в которые тебя втянул императорский бал, куда опаснее, чем всё, что мы когда-либо с тобой переживали.
— Я уже это понял, Владимир, — кивнул Николай. — И я не стану заставлять тебя раскрывать всю правду. Но всё же напомню — ты не один. У тебя есть мы, наш студенческий клан. Если уж ты смог довериться Павлу Мясникову, то можешь довериться и всем нам.
— И очень скоро мне понадобится ваша помощь, — кивнул я. — В Магической Академии теперь нет безопасных уголков.
— А как же Тайное Убежище? — спросил Николай.
— Особенно Тайное Убежище, — ответил я. — Там не безопасно. И никогда не было… Мы сильно ошиблись, Николай. Враги окружили нас со всех сторон. Я очень прошу тебя — веди себя так, будто ничего и не было. Будто ты совсем ничего не знаешь.
— Уж постараюсь как-нибудь, — пожал плечами Бродский. — Правда, настроение это сильно омрачает. А у меня свадьба на следующей неделе, как никак.
— Погоди, что? — удивился я. — Свадьба? А чего ж ты сразу не рассказал!
— А была возможность? — нахмурился Николай. — Ты всё время занят своими секретными играми. Мы с тобой уже давно не общались, как друзья.
— Ты прав, Николай, — кивнул я. — Тяжёлые настали времена.
— Я ни в коем случае тебя не осуждаю, ты не подумай! — замахал руками Бродский. — Но всё же, если у тебя есть такая возможность… Я бы хотел, чтобы ты пришёл на мою свадьбу. Как свидетель.
— Спрашиваешь ещё! — улыбнулся я. — Да даже если всему миру будет грозить опасность, как я могу пропустить такое событие?
Я похлопал Николая по плечу. Эта новость была маленькой каплей света в море тёмной скверны, которая заполнила мою жизнь.
Но ничего. Прорвёмся! Теперь я знаю имена врагов. А враги считают меня своим соратником. Скоро я разыщу способ раз и навсегда уничтожить Тайный клан.
Мы с Николаем отправились на пары. Мне и Колокольцевой было вовсе не обязательно на них идти, поскольку Пересветов дал нам несколько выходных в связи с поездкой на бал. Но мне очень хотелось развеяться. Вдохнуть обычной студенческой жизни на пару с Бродским.