Выйти замуж за виконта

— Я знаю, что вы провели там не так много времени, как Нэтаниэль, но, все же, как вам там понравилось? Очевидно, что Нэт получил от путешествия довольно много удовольствия. Он благоприятно отзывался о Мерсерах и был очень впечатлен лекарственным напитком доктора Мерсера. — Девушка улыбнулась своим слушателям. — Это — тонизирующее средство от несварения желудка и других болезней. Его производит компания доктора Мерсера.
— Никогда не слышала об этом, — сказала леди Брамли. — И Вы можете быть уверены, я знаю все тонизирующие средства от несварения желудка.
— Это сейчас продается только в Америке, миледи. — Эвелина дрожащими руками положила себе спаржу. — Но Нэтаниэль думает, что оно могло бы весьма хорошо продаваться и здесь. Поэтому, в обмен на владение долей в управлении компанией, Нэтаниэль содействует продаже тонизирующего средства в Англии.
Спенсер не знал о планах Нэта. О чем еще его брат не рассказал ему?
Леди Брамли бросила на Спенсера укоризненный взгляд.
— Вы сошли с ума, милорд? Почему вы позволяете вашему брату заниматься каким–то диким проектом…
— Но это не так, — торопливо перебила Эвелина. — Нэтаниэль полагает, что предприятие доктора Мерсера заслуживает внимания. Милорд тоже так думает — он согласился вложить в него деньги.
— Действительно, Рейвенсвуд? — спросила леди Брамли. — Вы поддерживаете этот идиотизм?
— Я всегда стремлюсь делать выгодные инвестиции. — Но, в действительности, Нэт еще не просил у него денег, и Спенсер только наполовину помнил ту ночь пьянства, когда он согласился вложить деньги в компанию. — На протяжении некоторого времени мне пришлось присматривать за компанией Мерсера, она казалась надежной.
— Нэтаниэль настроен на успех, — сказала Эвелина. — Как вы знаете, у него есть своя собственная доля в этом предприятии.
Да. Нэт очевидно сделал невозможное, потому, что, возвратившись в Англию, он заверил Спенсера, что старый Джошуа уступил и сделал его своим партнером.
— Конечно, — продолжала Эвелина, — ему придется разделить компанию с дочерью доктора. Но это даже хорошо, так как именно мисс Мерсер готовит все лекарства. Таким образом, он нуждается в ней, так или иначе.
Эбигейл Мерсер. Проклятье, Спенсер, возможно, и забыл американку за несколько часов, но ему понадобилось только упоминание о ней, чтобы снова вызвать в памяти образ мисс Мерсер – сияющий блеск ее улыбки, дразнящие зеленые глаза, загорелую кожу. Почему он не мог отогнать от себя эту картину? Он знал ее всего две недели, однако, с тех пор, она не покидала его мысли в течение многих месяцев.
— Так Нэт… эээ … рассказывал вам о мисс Мерсер? — Спенсер съел кусок пирога, наколотый на вилку. Что же мог рассказать Нэт, что Эвелина не стала ревновать?
— О, да, — ответила Эвелина. — Бедняжка, потерять свою мать в таком юном возрасте, затем оказаться перед лицом потери своего отца. К тому же быть все еще не замужем в двадцать шесть лет! Хотя, она вряд ли найдет мужа даже после того, как ее отец умрет. Нэтаниэль говорит, что она темная и некрасивая, как ворона.
Спенсер чуть не подавился. Когда Нэт стал таким же искусным лгуном, как и его старший брат?
— Я полагаю, что девичество мисс Мерсер является результатом не столько ее внешности, сколько ее ситуации.
— О? — с интересом сказала Эвелина.
— Многие годы ее отец был болен. Поскольку она — единственный ребенок доктора Мерсера, забота о нем легла на ее плечи, что оставляло ей мало времени даже для самого обычного ухаживания. — Не говоря уж, что некоторые джентльмены, вероятно, отнеслись неодобрительно к ее смешанной крови. — Но я полагаю, что со временем мисс Мерсер найдет себе мужа. Она привлекательная женщина с хорошим…
Виконт Рейвенсвуд резко остановился. Все женщины за столом теперь уставились на него с непреодолимым любопытством. Черт побери. Обычно Спенсер помнил о том, чтобы не сказать что–нибудь, что могло дать женщинам повод для размышлений. Но таинственное исчезновение Нэта выбило его из колеи. Слишком поздно исправлять случившееся, судя по проницательному блеску в глазах леди Брамли.
 
— Кажется, вы много знаете о мисс Мерсер, — сказала сплетница. — Возможно, она не настолько темная и некрасивая, как утверждал ваш брат. Что вы думаете о ее внешности, Рейвенсвуд?
К счастью, ему не пришлось отвечать, так как в этот момент дверь в столовую открылась, впуская дворецкого. Когда Макфи приблизился к столу и наклонился достаточно близко, что можно было заметить неестественную бледность, проступившую сквозь его румяную шотландскую кожу, Спенсер понял, что что–то случилось.
— В чем дело? — спросил он тихо.
— Я должен поговорить с вами с глазу на глаз, милорд.
У Макфи, вероятно, были новости о Нэте. Виконт поднялся и посмотрел на гостей.
— Прошу прощения, но я должен ненадолго выйти в холл.
Под бормотания вежливого согласия Спенсер большими шагами покинул столовую с Макфи, следующим по пятам. Дождавшись, пока дворецкий закроет дверь, он спросил:
— Что случилось?
— Вас хочет видеть женщина.
Спенсер нахмурился. Макфи использовал слово «женщина» только к определенному сорту женщин. Ей–Богу, если Нэт послал какую–то проститутку с запиской …
— Что она хочет?
— Поговорить с вами.
— О моем брате?
— Нет, милорд.
Облегчение затопило Спенсера.
— Тогда скажите ей, пусть возвращается завтра. У меня сегодня вечером нет времени для встречи с ней.
— Она была очень настойчива. И я полагаю, что вам, вероятно, следует поговорить с ней.
Виконт поднял одну бровь в ответ на дерзость дворецкого.
— Почему? Кто она?
— Видите ли … ну … это …
— Ради Бога, выкладывай, — сказал нетерпеливо Спенсер. — Я не могу всю ночь стоять здесь.
Макфи выпрямился с оскорбленным достоинством.
— Она утверждает, что она леди Рейвенсвуд. Ваша жена.
— Моя, кто?!
Крик разнесся эхом из холла в роскошное фойе с высоким потолком, где ожидала Эбигейл Мерсер со своей служанкой миссис Грэхэм. Эбби насторожилась.
— Я думаю, его светлости только что сообщили о нашем прибытии.
— Благодарю тебя, Господи. — Миссис Грэхэм нахмурилась. — Этот мистер Как–его–там — дворецкий вел себя настолько странно, что я сомневалась, даже возвестит ли он о нас.
Эбби в ответ слегка улыбнулась. Миссис Грэхэм жила с семьей Мерсер уже целую вечность, сначала, как няня Эбби, а позже, как обычная семейная прислуга. Хотя стареющая вдова время от времени любила поворчать, девушка не могла представить, что бы она делала без нее.
— Я боялась, что мы попали не в тот дом, особенно со всеми теми каретами перед ним. У его светлости, должно быть, званый ужин, хотя, почему он принимает гостей именно вечером в день нашего прибытия…
— Я только хочу знать, почему виконт Рейвенсвуд не послал никого в доки, чтобы привезти нас. Разве вы не сообщили ему, на каком корабле мы приплываем, миледи?
— Конечно, я сообщила. Как странно, что его светлость не позаботился о нашем удобстве. Я думала, что нам никогда не удастся найти наемный экипаж, чтобы отвезти нас сюда.
Суматоха в другом конце холла, открытие и закрытие дверей, бормотание различных голосов привлекли внимание Эбби. Лорд Рейвенсвуд вероятно объяснял гостям, почему он выходил.
Миссис Грэхэм нахмурилась.
— Его светлость показался абсолютно удивленным, когда услышал о нашем прибытии. Но я думаю, миледи…
Эбби расхохоталась.
— Господи, ты прекратишь меня так называть? Достаточно неприятно, что ты настояла, чтобы я носила этот нелепый корсет. Но 'миледи', ты вставляешь в каждое предложение и действительно переусердствовала в этом. Я до сих пор продолжаю оглядываться, чтобы увидеть, кого ты имеешь в виду.
Миссис Грэхэм фыркнула.
— Лучше привыкайте к этому. Вы теперь виконтесса.
— Я не чувствую себя виконтессой. Я даже с трудом могу думать о лорде Рейвенсвуде, как о виконте. В Америке, он больше походил на простого землевладельца. Он всегда заставлял меня чувствовать себя свободно.