Клинок Императора. Книга II (СИ)

Под конец своей речи он от бурлящей злости аж поднялся.
Ладно… Надо работать с тем что есть. Никто мне другого Вагранта не предоставит.
Морально готовясь к любому развитию событий, я скинул с себя действие "маски".
Надо отдать Вагранту должное, он почти не изменился в лице. Единственное, так и рухнул на стул – и на секунду мне показалось, тот не выдержит; нервно дёрнулась мышца под глазом бедолаги, а потом вырвалось тихое:
– Некр раздери, – и всё, затих.
– Разодрал, разодрал, – заверил я его.
Он глубоко вздохнул, выдохнул и сказал:
– Погоди, погоди, Кириан. Мне нужно немного времени чтобы подумать.
На какое-то время Вагрант завис. Смотрел в одну точку, с блеском в глазах, характерным для медитации, затем хлопнув себя по бёдрам, заговорил уверенно:
– Хорошо… Это хорошо, конечно. Многое меняет, увеличивает наши шансы, – затем задумчиво. – Но раз ты не всплыл раньше, значит дело много хуже, чем я думал. Кто причастен к делам во Дворце и к… гибели Торина?
Я перечислил.
– Три из шести имён я знал, – мрачно сказал Вагрант, отстукивая по столешнице ритм. – Я знал о Аргусе, Марко и Стивенсе.
– Три из шести имён любому здравомыслящему очевидны. А вот оставшиеся…
– Ты был там? – перебил он меня.
– Да.
– Как его убили?
– Кого именно? Там много кого убили, – внезапно для самого себя мне стало тяжело говорить, эмоции ожили – сейчас это совсем ненужное, поэтому я закрутил медитацию отвлечения.
Вагрант одобрительно хмыкнул:
– Легит. Приятно, что молодежь приобщается и традиции не забывает. Я имел в виду гибель Императора. Я знаю, что моего отца не было во Дворце.
Кивнул.
– Крах использовал много фокусов: Распад, Двойника, а потом еще труп из себя какой-то взрывной шар выплюнул. Император не ожидал такого.
– Никто не ожидал, – сказал, как сплюнул Вагрант. – Дерьмо, конечно. Сплошняком в наборке – фиолет.
– Что это значит?
– Ты и так всё понял. Самое редкое, то что тяжело найти; то, что нужно выковыривать из реально-опасных тварей; то что достаешь из нор и ульев; такое не могло на него валится от Дома – оно бы доставалось либо Миладу лично или на распределение, либо Лео. Значит он построил структуру в структуре и все прилетало ему, либо…
– Либо он работал с кем-то и этот кто-то "кормил" его редкими усилками.
– Верно, Кириан.
– Это мог быть Марко?
– Мог, но гадать – занятие неблагодарное. Лучше скажи, почему ты пришёл именно ко мне?
Я немного растерялся, но эффект медитации все смягчил и быстро, проанализировав его слова, понял, что имелось в виду: почему именно он – первый из лоялистов. Быстро нашёлся с ответом.
– Последние слова Императора. Отец сказал, что у вас долг и вы поможете в любом случае и при любых обстоятельствах. В других лоялистах я не могу быть настолько уверен. Долг крови актуален или я не за тот угол заглянул и мне трындец?
Вагрант оперся о спинку стула и позволил себе тридцать пять секунд молчания, в течение которых тщательно, с каким-то удовольствием промысловика разглядывал меня, точно здоровенную пойманную рыбину.
На девятой секунде я не выдержал – раскрутил медитацию спокойствия, чтобы в голове параноидальные завывания прекратились.
– Слабак, – как обычно уколол меня Принц. – Он просто строит из себя всякое, издевается. Я даже отсюда слышу, как его алтарь бурлит от хохота.
– Долг актуален. Садись, молодой…
Так и сделал.
– Ты и легит, и скиталец уже, поди не первый ранг к тому же, и контрабандной маской обернулся, – с осуждающим видом оглядел он меня.
Я поднял бровь:
– Дальше будет что-то вроде “я тебя вот такой маленькой козявкой помню, а теперь вон какой взрослый и самостоятельный”?
– Нет, почему? – удивился. – Я тебя вообще никогда не видел и дело до тебя мне никакого не было. Больше скажу – периодически про твоё существование вообще все забывали. Но таков был твой собственный выбор.
– Фу, таким холодным быть. Мы теперь большие друзья – союзники.
 
У Вагранта лицо, будто бы он лимон съел.
– Увы.
– А кривиться не стоит, – дерзко бросил, потом добавил еще. – Лео просил передать, что у вас в Доме, в составе преподавателей, минимум три крысы. Все работают на Марко.
Директор как-то разом помрачнел, сгорбился весь:
– Штуки шутишь?
– Я в каком-то уникальном положении шутника, уважаемый Вагрант? Или может просто похож на юмориста?
Хотелось бы, чтобы он воспринимал меня серьезно. Мы, конечно же, не говорим сейчас о каком-то подчинении – это просто глупо. И до уважения мне тоже дела нет – подрасту в рангах и сам ему это уважение в глотку запихаю; а вот небрежное отношение к поступающей информации – это нерациональное поведение и просто свинство.
– Ну, извини. Так получается Лео жив?
– Функционирует, – неопределенно ответил.
Переспрашивать Вагрант не стал, поняв, что ничего здесь от меня добиться не сможет. Зато поделился мыслями:
– Я знаю про крыс. Правда мне казалось она всего одна. Как обычно думал о людях лучше, чем они есть.
– Но кто это конкретно, вы, конечно же, не узнали…
– Сарказм не уместен, Кириан. Лео – тыкался против моего папаши, мешал мне; просчитался... Теперь отец мёртв, Лео где-то там, ты в подполье и вынырнуть не сможешь минимум...
– Минимум год.
Он как-то серьезно посмотрел на меня, с сомнением. Я глаза не отводил, еще и медитацию остановил, по сути обнажился. Во мне клокотала ярость, желание действовать: внутри беспокойный облитый напалмом хорёк метался как безумный, выл, поджигая эмоцией всё к чему прикасался…
Увидев, что настроен решительно, Вагрант медленно кивнул.
– Я понял, Кир, охладись нахрен, а то взорвешься.
Тут же вновь закрутил медитацию.
Стало легче.
Вагрант продолжил:
– Император мёртв, мой Дом под ударом, Марко и другие шавки курсируют на фоне; делают кусь-кусь.
– Диверсии уже пошли?
– Угу. Через неделю после убийства Императора напали на «Яму». Пятеро третьегодок погибли, – он зубы сжал. – Я не дал скандал раздуть, так как все погибшие слуги моего Дома, запланированные в гвардейцев – уже контрактники. Деньги немного утешили семьи. Мы даже двух пленных взяли. Серокожие. После усилили охрану Ямы – это люди, ресурсы. Пленные назвали кое-какие имена, но мы этих ребят не нашли, они тут слегка затерялись и спрятались.
– Плохо искали или противники концы обрубают?
Он пожал плечами.
– Без понятия. Может и обрубили, но и мы шибко не искали, если так прямо говорить. Нам некогда, у нас три серьезных нападения сразу же произошли на клиники и две фарм-лаборатории тупо взорвали. А большая часть гвардии "Яму" сторожит. Ресурсы ограничены. Перетащить гвардейцев не можем, в других местах тоже давление: в Стиге Дом Аспов хочет на фарм рынок влезть. В Крине Дом Скал палки в колеса наших частных клиник вставляет.
– Мне нужны дела преподавателей и имена, которые вы из допрошенных выбили…
– Зачем?
– Лео сказал, что, если я не помогу вам – все будет очень плохо.
– Для кого это? – он нахмурился.
Вагрант вообще много хмурился. По той фотографии мне почему-то казалось, что он весельчак.
– Для нас, лоялистов. У меня есть сотрудник из другого города – пусть покопается с теми именами, ей как неместной, будет проще во всякие злачные места залезать. И нельзя тактические игры на территории тьмы отменить?
– Нельзя. Совет отказал в просьбе, сказал, что стандарт обучения разработан не мной и не мне, молодому, его изменять. Если тактических игр не проведём, то аккредитация будет отозвана, а меня силой сменят.
– Ну, в Совете маловато наших… Не удивительно, что они всякую херню говорят.
– Это понятно, что провокация где-то произойдёт и по тому сколько “Домового” молодняка помрёт по моему Дому и будет бить Совет. Тут еще и паскудная ситуация: посылаешь много гвардии на игры, бьют по Яме. Посылаешь мало – бьют по играм. А игр надо много во тьме проводить, за учебный год – больше сотни. Сам понимаешь, вопрос не в том, чтобы защититься от каждого удара – мы не сдюжем. Вопрос в том, чтобы раздавить мразей.